19

День — это маленькая жизнь —

как мы его встретим, так и проведем.

ЛЕРА

Волшебное утро, какое оно? Миллионы людей задаются этим вопросом, и каждый из них находит свой ответ тот, что ближе к сердцу. У кого-то утро начинается с аромата вкуснейшего кофе, собранного на лучших плантациях мира, а у кого-то солнечные лучи, что за окном, вызывают улыбку, делая утро лучше. А может лучшее утро в деревне? Где аромат цветом разносится по саду, а на столе в беседке тебя поджидает чай с лепестками мяты. Или просто звонок родного человека со словами, что все хорошо. Кому-то ближе зимняя пора и горный воздух, поистине освежающее утро. А может лучше морская прохлада, просачивающаяся через легкую занавеску окна, окутывающая тело, нежно его лаская.

Рецептов «волшебного утра» — миллиарды. Главное, проснуться с улыбкой на лице. Поэтому очень важно встречать каждый день своей жизни улыбаясь.

Итак, мое волшебное утро, какое оно?

Проснуться от тяжести мужской руки на талии, уверенно притягивающую мое хрупкое тело к себе и окунуться в воспоминания о ночи, естественно, с улыбкой на лице.

Читая книгу, я почувствовала Стаса еще у двери в комнату, аромат его парфюма Giorgio Armani с нотками бодрящего лайма, яркого апельсина, и едва ощутимым запахом бергамота, внезапно разнеся по и так небольшой комнате.

Я попыталась сделать вид, что на меня это никак не реагирует, какая же я дура. Стоило ему только коснуться меня, кончиками пальцем провести от шеи к пояснице, едва касаясь спины, как стадо мурашек поскакало галопом, весело щебеча «расслабься, просто будь счастлива, ты ведь так давно этого хочешь», как я сдалась на волю случая, отпуская мозг в мини-отпуск. Его легкие обжигающие поцелуи в плечо были только началом, что распыляло наше желание, одно на двоих.30f6fc

Не торопясь, считывая мои эмоции, что выдавали меня с потрохами, он приближался ко мне. Восхитительно? Феерично? Какими словами описать самый страстный, обжигающий внутренности поцелуй, я не знаю.

Он целовал меня с бешеной страстью, будто мечтал об этом, с той ночи в клубе. Недолго думая, или вообще не думая, закинула руки на его мощную шею и потянула на себя, зарываясь пальцами в волосы шоколадного оттенка. Мне было мало, слишком мало, внутри все горело и требовало большего. Я потянулась руками к его рубашке и принялась ее расстегивать…раз пуговичка, язык врывался в мой рот, исследуя каждый его сантиметр…два пуговичка, низ живота скручивается морским узлом, срочно требуя разрядку…три пуговичка, с меня слетает майка — алкоголичка, оставляя в одном лишь бюстгальтере из белого кружева. Руки его блуждают по моему телу, даря опьяняющее наслаждение. Плавно спускаются к бедрам и стягивают ласины, поочередно горячие губы касаются щиколотки, колена, внутренней стороны бедра, пупка. Кончиком языка обводит пирсинг, заставляя меня ловить остатки воздуха.

Встал на колени и стянул с себя рубашку, затем расстегнув бляшку ремня, снял брюки. Я смотрела на него заворожённым взглядом, картина, что стояла передо мной, заслуживает как минимум Оскар в номинации «лучший порноактер». Тело его напоминало фигуру древнегреческого Бога, сошедшего с Олимпа, заставляя меня не произвольно кончиком языка обливать губы. Заметив это, глаза его вмиг потемнели, губы припали к моим губам, а аромат апельсина с легкой ноткой бергамота поселился внутри меня окончательно. Я притянула его к себе, наслаждаясь мгновением. Грудь распирала от желания, хотелось больше, глубже, сильнее.

Он не останавливался, одаривал мое тело поцелуями, заставляя плавиться как воск.

А дальше? А дальше было чрезвычайно жарко, божественно чувствительно и нереально глубоко и приятно.

Ядерный взрыв, заставляющий тело выгибаться дугой, мозг полностью уплыть в мир иной, заставил вымотавшийся, но получивший удовольствие организм провалиться в царство Морфея.

Волшебное утро оно такое, когда просыпаешься с улыбкой о приятных воспоминаниях. Чувствуешь, как рука, обнимающая тебя за талию, поменяла направление и сейчас находится на моей пятой точке, сжимая ягодицы. Сто процентов присвоив их себе. Попытка пошевелить тем самым местом, что скинуть руку и пойти готовить завтрак, пала крахом.

— Не шевелись, — тихий бархатный шепот касается мочки уха, легкий укус зубами вызывает приятную дрожь. — Во сколько просыпается дочь?

Смотрю на часы в форме зайца, что стоят на комоде напротив дивана, время нет и восьми утра. Мы спали всего несколько часов, но организм полон сил и готов на новые подвиги.

— Скоро проснется, минут двадцать есть, — да, я хочу этого потрясающего мужчину и не собираюсь скрывать от него и тем более врать себе о своих желаниях.

— Отлично, — Стас переворачивает меня на спину, нежно целует ключи, не спеша, спускаясь на грудь. Обнимаю его руками за плечи, ногами обхватываю его бедра, притягивая к себе как можно ближе. Одна его рука спускается к заветному местечку, где нарастает дикая пульсация. Закусываю губу от нереального ощущения, и только дело подходит к самому сладкому как…

Тук…тук…

— Мамочка, к тебе можно? — слышу, как дочь дергает за дверную ручку, но безрезультатно, та не поддается. Не помню, чтобы там был замок.

Смотрю на Стаса, которого походу впервые застали врасплох. Картина «Папа в шоке» готова, прошу любить и жаловать. Не сдерживаясь, заливаюсь смехом, встаю и ищу свою одежду, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

— Мамочка, все хорошо? — черт…

— Да, солнышко, сейчас выйду. Ты кровать заправила? — надеюсь, что нет.

— Нет, — виноватый голос малышки в сложившейся ситуации меня только радует.

— Иди заправляй. — кидаю Стасу его вещи и начинаю одеваться сама, не забывая того поторапливать.

— У нас есть две минуты, быстрее, — ну что сказать? Ему хватило минуты.

Пока я убирала место преступление, а именно приводила диван в порядок, Стас убрал от двери стул и приоткрыл ее слегка. Увидев, почему дочь не смогла открыть дверь, я снова расхохоталась, счастливо упав на диван.

— Чего смеешься? — улыбаясь и обнимая меня за плечи, поинтересовался до боли родной мужчина.

— Дверь, — показываю пальцем в сторону двери. — Надо туда поставить замок.

— Не думай об этом. — загадочно улыбаясь произнес Стас, после обращая все свое внимание на вбегающую дочь.

— Мамочка, я все заправила. — счастливая улыбка вмиг исчезает, на ее месте появляются озадаченные черты лица. — Папа?

— Доброе утро, принцесса. Иди к нам? — Стас протягивает ей ладошку, и дочь, вновь счастливо улыбаясь, залазит на диван.

Оставляю эти двоих и направляюсь на кухню готовить семейный завтрак.

Какой он этот семейный завтрак?

Сидящие за столом папа с дочкой весело, поедающие фриттату с овощами, затем сырники с малиновым топпингом и запивающие все это чаем и кофе.

Смотря на них, я осознаю, как на душе мне спокойно. Безграничное счастье оттого что Стас свободен, только разжигает уверенность в себе.