Глава 17

На следующий день я и Калим ехали на улицу Мирную в частном тяге, загруженном сумками и коробками. Хотя, в основном коробками, они здесь все были очень прочными и красивыми.

Кали настояла на своем сопровождении, хотя, на самом деле я бы справилась и одна. Подозреваю, ей просто было любопытно посмотреть на мое преображенное жилище. Конечно, до пентхауса или отеля класса люкс ему было еще очень далеко. Но было бы желание — изменить можно все.

Мы расплатились с водителем, выгрузили все вещи возле калитки, и я побежала скорее открывать дверь, чтобы можно было со спокойной душой заносить скарб в дом. Калим осталась постоять у калитки, немного посторожить.

Вещи мы занесли быстро. Подруга отправилась побродить по дому, осмотреться. Я начала распаковывать вещи, и с кухни донеслось:

— Новая кухня! Такая красивая, и так хорошо смотрится! Где брала?

— Это не новая, я просто старую покрасила и дверцы починила. Еще лет пять теперь точно простоит, — я тоже зашла в кухню.

Кухня получилась очень уютной. Шкафчики выкрашены в жизнерадостный соломенный цвет, медные ручки сверкают на солнце, а столешницы покрыты толстым слоем лака. Рамы тоже обновленные, как и свежая тюль на окне. Теперь тут готовить одно удовольствие.

Зал тоже со светлой деревянной мебелью. Стены персикового цвета, а шторы, подушки, скатерть и небольшой ковер у, если можно его так назвать, дивана с подушками насыщенно синего цвета, немного темного оттенка. Смотрится ярко и тепло. Не хватает еще пары горшков с цветами и вещей в серванте.

— Ой, а спальня-то какая!.. — восторженно выдохнула Калим. — Покрывало потрясающее! Сама делала?

— Конечно, нет, — усмехнулась я. — У меня бы на такое ни сил, ни терпения, ни умения не хватило. Купила на барахолке, в тот единственный раз, когда туда ходила.

Весь интерьер спальни подстраивался под это покрывало. Бордовое, с невероятной узорной серебристой вышивкой в виде петель и изгибов. Теперь стены в комнате белые, деревянная мебель темного оттенка, а шторы, покрывало, чехлы на декоративных подушках и небольшой, но толстый ковер — бордовые. Здесь же теперь стоит и напольное зеркало, которое оставила миЭлла.

— Да уж, никогда не знаешь, что можно найти среди ненужных вещей, — она потрогала ткань покрывала рукой. — Натуральный шелк!

— А с внутренней стороны тонкая шерсть. Так что оно еще и теплое, — похвасталась я.

— Много отдала?

— Шесть далмов, но оно того стоило.

— Да, я бы тоже себе такое приобрела. Но это ручная работа, — вздохнула она. — Покажешь потом у кого купила.

— Конечно, — кивнула я. — На следующей неделе сходим и посмотрим. Мне как раз аванс выдадут.

— И ты тут же его спустишь, — улыбнулась Калим.

— Не весь, только половину.

Мы еще долго болтали, я показывала разные вещи и выслушивала восторги. Что сказать, было приятно немного похвастаться. Не так уж и часто я это делаю.

Уехала подруга только ближе к вечеру, перед этим я напоила ее чаем с сухофруктами, другой еды в доме пока не было. А оставшись одна я весь вечер потратила на распаковку и раскладывание вещей. Мое! Все мое! Я любовно перебирала предметы интерьера, гладила мебель и стены. Как же хорошо дома!

Спать в собственной кровати — это нечто, скажу я вам. Развалиться звездочкой, заняв весь матрац, а утром проснуться без будильника, поваляться среди мягких подушек, зарывшись в толстое одеяло. Выползла я только часам к двенадцати. Неторопливо позавтракала, сходила в магазин за продуктами, сварила суп, рецепт которого мне подсказала все та же Калим.

И после обеда я, наконец, вышла посмотреть на внутренний двор. Перед покупкой дома я только бегло отметила небольшой огородик и вполне крепкий, маленький сарай. Задняя часть двора тоже была огорожена штакетником, а кроме огорода было еще несколько плодово-ягодных кустов. По одной из стен сарая вилось какое-то растение с мелкими белыми цветами. В целом все смотрелось довольно мило, хоть и несколько заброшенно.

Сейчас мы это исправим.

Я переоделась в свою самую плохую одежду и решила начать с разбора сарая. Внутри оказалось несколько пустых ведер, черенки для инструментов, старая уличная метла, садовая лопата и грабли. В небольшом деревянном ящике лежал мелкий садовый инвентарь: лопатка, савок, секатор, разрыхлитель для земли. В углу стояла металлическая лейка и мешок с остатками удобрений. Еще я нашла пустые клетки для кроликов или какой-то другой живности. А посередине помещения стояла старая тачка без колес.

Я только смела пыль и выгребла старой метлой мусор с пола. Взяла с собой инструменты и отправилась копаться в огороде. Честно говоря, опыт в уходе за грядками у меня совсем крошечный. Помогала бабушке поливать огурцы в парнике и как-то раз полола картошку. Потом бабуля решила, что она слишком интеллигентна, чтобы копаться в земле и вместо огорода разбила шикарную лужайку с розовыми кустами.

Но теорию я знаю. Вроде бы ничего сложного.

Я особо не разбиралась в том, что посажено. Узнала местные разновидности лука, моркови и редиса. Различные травы, которые используют как приправы к блюдам. Плети кумбера — это синий огурец, и несколько кочанов вытянутой капусты — туки. Она внешне походила на пекинскую капусту, но была светлее, с розовыми жилками и более соленым вкусом.

Вообще, здесь вполне можно было найти замену почти всем овощам и фруктам Земли. Разве что вместо чеснока были травы, и я нигде еще не встречала картофель, свеклу и репу. Но они вполне могут расти в дикой природе или вообще на другом континенте. А могут оказаться какой-нибудь стручковой фасолью.

На грядках я прокопалась до самых сумерек. Уставшая пришла домой и сразу отправилась в душ. Санузел у меня, что называется, совмещенный, и вполне привычный. Только формы у сантехники не плавные, а угловатые. Туалет прямоугольный с квадратной кнопкой слива, такая же прямоугольная раковина. Вместо привычной ванны — квадратная каменная бадья, в которой можно с комфортом усесться. Все выполнено из одного серого с белыми прожилками камня. А трубы и краны были из все того же магоморфа. Он здесь, как у нас пластик — незаменимая вещь.

Помылась, поужинала супом, потому что готовить что-то другое было лень, и расположилась на диване с энциклопедией. Почти час просидела, читая книгу и узнавая особенности растительного и животного мира Центра. А потом стала отвлекаться, планировать блюда, которые завтра непременно нужно будет приготовить вместе с Родикой. Так задумалась, что отложила книгу и принялась составлять перечень блюд и список необходимых продуктов. Причем в одном столбце писала земной ингредиент, а в другом его ценрианскую версию. Вот втором столбце было много пустых мест, но, думаю, Роди поможет мне найти соответствие.

Закончила список уже глубокой ночью, и поставив будильник легла спать. Утро вечера мудренее.

Утром только выпила кружку теплого молока, и сразу побежала в трапезную Родики. К семи часам утра на местной кухне уже кипела жизнь. Пекари готовили партию лепешек из местного злака, а кондитеры замешивали тесто для кексов и коржей и пирогов.

Среди этого хаоса царствовала Роди. В огромном белоснежном переднике с рукавами и двойной обвязкой, волосы, собранные в тугой пучок, были спрятаны под косынку.

— Доброе утро, Агата. Готова немного поработать? — поприветствовала меня она и повернулась к одному из работников. — Выдайте ей фартук и косынку. Ты же понимаешь, что без формы на моей кухне делать нечего. Что будем готовить?

— Привет, — я улыбнулась и надела поданный халат. — Вот, я тут набросала примерный список и продукты, которые для этого понадобятся.

— Ого! — она взяла в руки лист и начала просматривать наименования. — Так, ага-ага, об этом блюде мы говорили, и об этом тоже… Вот это незнакомое, и это. Так… Вот этих овощей маловато, сейчас снарядим посыльного на рынок, а то у нас доставки только в первый день недели, знаешь ли. И… Ага, понятно. Что ж, мне уже не терпится попробовать. Давай пойдем на мою личную кухню, закрытую. Так и мы никому не помешаем, и за нами никто наблюдать не будет.

— Отлично, тогда идем.

Личная кухня — это что-то вроде лаборатории, где экспериментируют с различными вкусами и продуктовым сочетаниями. Это вотчина главного повара, коим и являлась Родика.

Начать мы решили с самого простого. С макарон. Ингредиенты для него можно было подобрать из имеющихся, только что пшеничную муку пришлось заменить на ревельную. Ревель — это злак, из муки которого пекут небольшие округлые лепешки. Здесь нет привычных батонов и буханок, все порции индивидуальны. И, раз уж мы начали возиться с тестом, я вспомнила и про блины, и про оладьи, и про все остальные вкусности, которыми меня в детстве баловала бабушка.

Хорошо, что я не позавтракала. Приходилось пробовать все, что мы приготовили, так что целый день мы только ели и готовили. Да-да, утро кулинарных экспериментов, плавно переросло в день и даже ранний вечер экспериментов. Процесс был не быстрым, поскольку поварского образования у меня не было, и много вещи я знала только в теории. А, как сказала сама Роди, от своих сегодняшних обязанностей она отказалась в угоду кулинарному искусству.