Глава 31

– С днем рождения, – услышав нежный шепот на ухо, я улыбнулась, не открывая глаз. – С днем рождения, любимая жена. Просыпайся уже, потому что у нас очень много планов.

– Не буду, – простонала я, потягиваясь. – Ты меня вчера так вымотал, что теперь мои веки словно свинцовые. Я целый день буду спать и наслаждаться своим старением.

Касим негромко рассмеялся.

– Значит, шоколадный торт я ем один.

– «Захер»? – спросила я, приоткрывая один глаз.

– Мы в Вене. Конечно, это он. И, кстати, твой телефон с самого утра разрывается звонками и сообщениями, скоро накалится и взорвется.

– А кофе?

– И кофе, Алсу. Открывай глазки.

Я, медленно поморгав, подняла веки, наткнувшись взглядом на довольное лицо мужа.

– Доброе утро, любимая жена.

– Доброе утро, – с улыбкой ответила я.

– Я все еще жду окончания «любимый муж», но это потерпит. А сейчас… – Он отклонился и взял с тумбочки небольшой торт с зажженной свечой. – С днем рождения.

– Ты уже третий раз меня поздравляешь, – улыбаясь, произнесла я.

– И далеко не последний. Давай, загадай желание о том, как ты влюбишься в меня и у нас родится с десяток детей, а потом задувай свечку.

Я со смехом зажмурилась и задула свечу, загадав первую часть пожелания Касима. Я действительно хотела влюбиться в своего мужа, потому что он был достойным мужчиной. Такому не страшно отдать сердце и душу, потому что я точно знала, что он будет беречь их получше своих собственных. И как-то со временем на задний план отошли мои страхи, вызванные сталкерством Касима. Наверное, я даже убедила себя, что должна быть ему благодарна за то, что присматривал за мной. Дурацкая идея, но мне она пришлась по вкусу. Все же я по своей многолетней привычке пыталась найти во всех людях только хорошее.

Удобно устроившись среди подушек, я с благодарностью приняла небольшой столик, на котором стояла маленькая ваза с тремя шикарными красными пионами, тарелочка с куском торта и чашка ароматного кофе.

– Снова пионы? – спросила я.

– Сегодня только пионы, – ответил Касим. – Все для тебя.

Он кивнул в сторону, и я, переведя туда взгляд, обомлела. На полу стояла огромная широкая ваза, плотно набитая белыми пионами. Впервые в жизни мне захотелось сфотографироваться со своим букетом и выложить снимок в сеть. Мама считала привычку запечатлевать на камеру каждое событие в жизни дурной и недостойной, и я была склонна с ней согласиться. Но в тот момент что-то словно щелкнуло внутри меня, захотелось поделиться своей радостью с целым миром.

Мы завтракали, постоянно улыбаясь. Я любила свой день рождения. Каждый год мама превращала этот день в особенный. Она все время придумывала нам интересные занятия, пекла большой торт, а вечером собирала всю семью за ужином. У меня никогда даже не возникало мысли о том, чтобы отпраздновать свой день рождения где-то в другом месте, с друзьями, например. Этот праздник я считала именно семейным. И сейчас, когда я понемногу осознавала, что Касим и есть моя семья, а остальные теперь уже родственники, в моем мироздании со скрипом переставлялись ценности, заменяя и смещая друг друга. Пока еще это было очень странное и немного тревожное ощущение, но я была уверена, что со временем приму новый уклад своей жизни и научусь воспринимать Касима не просто как мужчину, с которым живу, а как главного члена своей семьи.

– Телефон, – произнес Касим, услышав жужжание.

Я взяла аппарат в руку и бросила взгляд на экран, с него на меня смотрело улыбающееся лицо брата.

– Привет, Эм, – ответила я на звонок.

– Привет, сестренка. С днем рождения! Всего всякого! Ты знаешь, я не умею желать, но также знаешь, что тебе я желаю всего самого наилучшего, что может быть в этом мире.

Я рассмеялась.

– Спасибо, мой хороший. Я очень ценю.

– Я еще похвастаться хочу.

– Давай.

– Включай камеру.

Как только я ее включила, увидела Эмиля. Он стоял на улице возле родительского дома и широко улыбался.

– Поскольку на свой день рождения ты улетела за тридевять земель, подарок получил я. Смотри. – Он переключил камеру и направил ее на ярко-желтый автомобиль с двумя черными полосами, тянущимися по капоту, затем по крыше и дальше назад. – Видишь?

– Вижу, – улыбнувшись, ответила я. – Поздравляю.

– Спасибо. Это моя Пчелка. Красотка, правда? К сожалению, не новая.

– Почему?

Эм снова переключил камеру на свое лицо.

– Папа меня воспитывает. Учит быть ответственным и все такое. Сказал, что на новую я должен заработать сам. Но Пчелке всего два года. Ее хранили в гараже, и она никогда не попадала в аварию. Двигатель объемом…

– О, нет, избавь меня от этих подробностей, – со смехом попросила я. – Таким делись с Каримом и Касимом. Мне достаточно того, что она… желтая, Эмиль? Серьезно?

– Да, я, когда мы ее покупали, сразу тоже подумал, что надо перекрасить в черный, но так уже сроднился с ней. И девчонкам нравится, – он подмигнул мне, заставляя улыбаться шире. Я любила видеть своих близких счастливыми, потому что это дарило счастье и мне.

– Ты уже успел и девчонкам показать, – я покачала головой.

– Сегодня ездил на встречу группы, собирал овации.

– Эмиль, гордыня, – пожурила я его.

– Дай парню поиграться и насладиться первой машиной, – тихо произнес Касим, целуя мою свободную руку.

– Слушай, а ты в Бельгии будешь?

– Я не знаю. Касим, мы будем в Бельгии?

– Да.

– Привет, Касим! – услышав голос моего мужа, выкрикнул брат, и я перевела камеру на Касима.

– Доброе утро, – спокойно поздоровался он.

– Привезите мне шоколад. Тот, который мама привозила, помнишь?

– Ты же не ешь сладкое, – ответила я, повернув телефон к себе.

– Но того шоколада еще бы поел. К тому же, он горький. Маленькую плитку.

– Хорошо, привезу, если попадется.

– Ну и отлично. Ладно, с днем рождения еще раз. Я поехал, мне пора.

– Ты теперь дома совсем бывать перестанешь.

– Накатаюсь и вернусь, не переживай. Хорошего отдыха!

– Спасибо. Будь осторожен за рулем.

– Как всегда.

Эмиль подмигнул мне и отключился, а я отложила телефон в сторону и откинулась на подушки.

– Пчелка, – усмехнулась я.

– Он счастливчик, – отозвался Касим.

– А какой была твоя первая машина?

– Новой, – коротко ответил он, и я закатила глаза.

– Гордыня.

– Присутствует в каждом человеке, только кто-то ее подавляет.

Касим встал с кровати и прошел к шкафу.

– Если ты закончила поглощать сладости, давай собираться, у нас море планов.

– Например? – Касим повернулся ко мне лицом и посмотрел, вопросительно приподняв одну бровь. – Что? Я просто спросила.

– Помнишь, что я говорил тебе о сюрпризах? Единственное, о чем расскажу, – это что вечером мы идем в оперу, а потом на ужин в один из самых пафосных ресторанов города, так что тебе понадобится соответствующий наряд. А до этого времени… просто доверься мне.

И я доверилась, о чем ни разу не пожалела. Мы полдня катались в карете по потрясающей красоты городу. Пили горячий шоколад, обнимались, гуляли по рождественской ярмарке, купили море игрушек для елки, которую решили поставить в своей квартире, потом были шопинг и опера. Дорогой ресторан, в который мы приехали после оперного театра, блистал хрустальными люстрами и зеркальными вставками на стенах. В углу стояла большая стильно украшенная елка, а справа от нее разместился искусственный камин, напротив которого располагалось кресло-качалка с небрежно наброшенным на него клетчатым пледом. Я притормозила, засмотревшись на этот уголок уюта, и Касим встал рядом со мной.

– Ты говорил, что мы будем покупать дом, – произнесла я, не оборачиваясь к мужу.

– Да.

– У нас будет камин?

Касим положил руки мне на плечи и слегка сжал их.

– У нас будет все, чего ты пожелаешь. Камин, бассейн, да хоть лифт. Что угодно.

– Ты правда готов исполнить любое мое желание? – спросила я, повернувшись к нему.

– Абсолютно любое.

Я смотрела на мужа, понимая, что он не кривит душой.

– Как можно полюбить девушку, не зная ее?

– Я знаю тебя, – тише произнес он. – Я знаю то, чего другие не знают.

– Например?

– Например, что ты из ревности способна разнести целую комнату. – Мы оба широко улыбнулись. – Что ты воинственная, но при этом хрупкая. Что ты сильнее, чем кажешься на первый взгляд. – Касим подался вперед и прошептал напротив моих губ: – И что ты уже влюблена в меня, просто не признаешься. – Он выдержал паузу в несколько секунд – ровно столько мне понадобилось, чтобы осознать его правоту. И когда, судя по всему, он увидел в моих глазах подтверждение своим словам, отстранился. – Пойдем, я очень голоден.

Касим положил руку на мою поясницу и, слегка подталкивая, повел к нашему столику. Я передвигалась просто потому что так надо было, но каждая мышца в моем теле задеревенела. Я никак не могла поверить в то, что он только что сказал. Даже не столько в это, сколько в осознание того, что я действительно испытывала это чувство. Внутри меня как будто разом вспорхнули тысячи бабочек, они трепыхались и взмахивали крылышками, заставляя меня задыхаться. Так вот как это ощущается – чувство, которое, оказывается, я никогда не испытывала. С Виталиком было совсем иначе. С ним я чувствовала притяжение, какое-то единение, но точно не тот трепет, который день за днем я переживала с мужем.

Поздно вечером, лежа в постели и глядя на мужа, я все пыталась понять, когда же это началось. Когда я стала так безраздельно доверять этому мужчине? Когда начала смотреть на него другими глазами? Но все было тщетно, я так и не нашла ответы на эти вопросы, потому что все произошло само собой, очень гармонично и мягко. Я подняла руку и провела ладонью по густой щетине Касима.

– Я люблю тебя, – произнесла совсем неизвестные для меня слова. Я никогда не говорила этого мужчине, и теперь так странно было слышать это из моих уст.

– Наконец-то, – выдохнув и прикрыв глаза, ответил Касим.

– Ты так ждал, пока я скажу это?

– Адски долго, – хрипло произнес он.

– Ответь.

– Я люблю тебя, моя девочка, – еще тише ответил мой муж и притянул меня ближе к себе.

Ладонью я чувствовала, как колотится его сердце. Оно отвечало моему в том же ритме. Я усмехнулась.

– Ты очень терпеливый.

– Я же сказал, что ради тебя пойду на все. Если бы пришлось ждать вечность ради этих трех слов, я бы ждал.

– И что же ты станешь делать теперь, раз уж я наконец произнесла их? Обычно человек, достигая цели, пребывает в растерянности, потому что теряет смысл существования.

– Мой смысл – это ты, а тебя я терять не намерен, – произнес Касим, впиваясь в мои губы поцелуем, в котором растворялась я сама и все страхи, которые были у меня до этого момента. Теперь я была уверена в том, что Касим стал моей семьей, моей второй половинкой.