Глава 34

Волчица наступала, а Ник, один раз прорычав, отвернулся, как-то странно, искоса, посмотрел на нее. В тот миг я очень жалела, что не могу залезть к нему в голову и узнать, что он сейчас думает.

А Грегори-то каков! Опять преподнес сюрприз. Обещал, что болонка защитит меня, и не соврал. Только не сказал, что она какой-то необычный оборотень – то маленькая болоночка, то гигантская, а то белая красивая волчица.

Мне стало совсем не страшно, даже смешно. Вот так друзья у моего дракона! Наверняка это то существо, что он иногда упоминал как пришедшее с ним из другого мира.

Волчица загнала Ника почти в угол и застыла, продолжая с угрозой смотреть на него. Уверена, если бы они сцепились по-настоящему, то стоило бы поставить на Ника. Он и крупнее, и самец… Но волкопес, к счастью, больше не проявлял агрессии. Выражение его по-человечески эмоциональной морды было пропитано безмерным удивлением.

Еще один рык волчицы, и Ник вдруг начал обращаться в человека. Встал напротив нее, поднял руку и сказал:

– Я не буду драться с тобой.

А в следующее мгновение обернулась волчица. Но не обратно в болонку, а в невысокую девушку-блондинку с шикарной фигурой.

Ну ничего себе.

– Анжела?! – то ли прокричал, то ли прорычал Ник. – Ах ты лживая собака!

– Козел! – в гневе глядя на него, крикнула в ответ девушка. – Кто ты такой, чтобы так пугать женщину моего друга?!

Она стояла, маленькая и разъяренная, перед огромным и тоже очень недобрым Ником. Смотрели они лишь друг на друга, я даже начала чувствовать себя лишней на этом празднике жизни.

– Ах вот как! – Я заметила, что Ник сжимает и разжимает кулаки. – Вот, значит, кто твой друг! Драконий прихвостень, мелкая обманщица!

– Почему «обманщица»? – чуть спокойнее, с удивлением спросила девушка, которую, похоже, звали Анжела. Или все-таки Криппи?

– Ты соврала мне, что тебя зовут Анжела, и не сказала, что ты – Криппи, болонка этой чешуйчатой твари!

– «Анжела» – это мой псевдоним, – уже совсем спокойно с усмешкой ответила оборотница. – И на себя посмотри! «Чешуйчатая тварь» не кидается на людей в приступе неконтролируемой, немотивированной ревности. Кто больший монстр? Извиниться перед Тиной не хочешь?

Ник метнул на меня быстрый взгляд, словно внезапно обнаружил мое присутствие. Да-а, этим двоим я явно не нужна. Им и без меня интересно!

– Тина, прости… Не хотел пугать тебя… Это больше не повторится, – тоже уже спокойно произнес Ник.

– Да ладно, – улыбнулась я, потом посмотрела на Криппи-Анжелу: – Спасибо, что встала между нами.

– Не стоит благодарности, – доброжелательно улыбнулась она. – Я вообще очень рада, что у Грегора наконец появилась ты.

При этих ее словах лицо Ника дернулось, но не слишком сильно. Видимо, присутствие Криппи действовало на него успокаивающе, хоть он и сердился на нее саму.

– Почему ты не сказала мне, кто ты? – строго спросил Ник у нее.

– А ты почему не сказал мне, что ты оборотень? – парировала она.

– О таких вещах не говорят первой встречной!

– Вот и о том, что я – метаморф из другого мира, не сообщают случайным парням из самолета!

– Ах я «случайный парень», да?! – опять взъярился Ник.

– Тихо, дети! – Я покачала головой, решительно прошла в центр комнаты и встала между ними. – Хватит. Я уже поняла, что вы знакомы и… В общем, поесть не хотите? Лично я очень голодна.

– Я не буду есть с этим ненормальным! – бросила Криппи.

– А я – с этой лживой болонкой!

– Ну, тогда счастливо оставаться! – улыбнулась им я. – Желаю вам найти общий язык и не перегрызть друг другу ничего ценного.

И вышла за дверь. В коридоре, опершись плечом на стену, стоял Грегор и неудержимо смеялся. Я прислонилась к нему и тоже засмеялась.

Двое оборотней были неподражаемы. И, похоже, у Ника появилась новая проблема, отвлекающая от меня. Маленькая, белая и пушистая.

Когда мы немного отсмеялись, я шутливо ударила Грегора кулаком по груди:

– Мог бы сказать мне, что это не простая болонка!

– Зачем? – лукаво улыбнулся Грегор. – Если бы твой пес не перекинулся от ярости, она бы сама тебе представилась потом. Криппи вообще любит хранить инкогнито до последнего.

– Кто она, кстати? – спросила я.

– Оборотень-матеморф, превращается в разных собакообразных: в любую породу собак, в волков, в енота может перекинуться. Вот хорьком я ее никогда не видел. Наверное, другая группа, и она не может. Пойдем, я все же покормлю тебя сам, заодно расскажу про эту весьма интересную особу.

В столовой был накрыт стол на пятерых, но пока мы были вдвоем с Грегором. Я с аппетитом уминала вкуснейшие сырники с джемом и легкий салатик, что предложил местный повар, а Грегор рассказывал про Криппи:

– Она родилась в одном отдаленном мире. Знаешь, там весьма богатая фауна, всяких зверей сколько угодно, и бегают они везде, даже в городах… А тамошние маги весьма охочи до генетических экспериментов. Уж не знаю, как именно, но они умудрились скрестить людей с весьма занятными зверушками-метаморфами, что могут принимать разный облик в пределах своей группы. Кто-то – в пределах животных, похожих на кошачьих, кто-то – всяких, подобных грызунам, а кто-то – в подобных собакам, волкам и другим их родственникам. Правда, в конце экспериментов выяснились две особенности. Среди этих новых оборотней рождались только девочки, мальчиков приходилось выводить специально. А вторая – облик-то эти метаморфы меняют легко, а цвет у них всегда один. Поэтому Криппи всегда беленькая, кем бы ни была. А еще, что интересно, вид Криппи – единственный во всех мирах, способный менять запах. В каждой из своих ипостасей они пахнут так, как должно пахнуть существо этого вида. Поэтому твой Ник и не распознал в ней оборотня. В общем, маги быстро придумали, как использовать плод своих экспериментов. Девушек-метаморфов стали выращивать как шпионок и наемных убийц. Очень удобно – прикинется любым невинным зверьком и подберется к жертве. Да и в человеческой ипостаси они выглядят так, что мало особей мужского пола могут устоять перед их очарованием. Тоже весьма удобно. Конечно, среди метаморфов – их стали называть гаурри – находились те, кто совершенно не хотел для себя такой жизни. Криппи – одна из них. Ей совершенно не хотелось убивать людей по приказу магов или добывать для них сведения о видных политических деятелях. Но беда в том, что маги устанавливали на них особые браслеты. В случае предательства или бегства гаурри браслет активировали на расстоянии и сжигали метаморфа.

– Ничего себе! – ужаснулась я. – То есть Криппи была кем-то вроде рабыни-шпионки-киллерши, хоть и не хотела ею быть?

Мне стало жаль блондинку, она произвела на меня впечатление хорошего и надежного человека. Вон не побоялась встать перед разъяренным волком, защищая меня.

Хотя, конечно, мы обе понимали, что если ситуация станет совсем критической, то ворвется Грегор и разведет всех по углам.

– Побыть ею она почти не успела, – пояснил Грегор. – Никого не убила, и вообще, ее карьера была недолгой. В том мире я был кем-то вроде теневого лидера. Двигал их политику в нужную сторону. Весьма перспективную, кстати, тебе бы понравилось. Выравнивал слои общества так, чтобы власть имущие маги не имели такого влияния на другие классы. Разумеется, магам это не нравилось, и они послали Криппи шпионить за мной. Вызнать, кто я такой, узнать мои планы, украсть артефакты. Ну а в конце, когда все выяснит, она должна была убить меня. Наша болонка совершенно не хотела этого делать, но проклятый браслет на руке принуждал ее слушаться. В том мире моя ментальная сила работала в полную мощь. Поэтому я легко прочитал мысли милой девушки, которая устроилась работать горничной в моем доме и порой обращалась крошечной собачкой, чтобы шпионить за мной, бегая по коридорам.

– И ты разоблачил ее?

– Конечно. Но я понимал, что наказывать ее, в сущности, не за что. Прижатая к стенке, Криппи честно рассказала мне правду и была готова умереть за свои прегрешения. Хорошая девочка… Вместо казни я просто снял с нее браслет, а затем разогнал всю эту организацию по выращиванию метаморфов и наказал магов. Она была безмерно благодарна мне и за свое освобождение, и за избавление ее сестер от рабской участи. Она осталась рядом со мной помощницей и другом. И да, со временем мы стали настоящими друзьями. Когда я собрался в другой мир, она, подобно Эрми, захотела пойти со мной. Сказала, что мы с Эрми – единственные близкие ей существа, и ее дом – там, где мы.

– Только друзьями стали? – с невольным подозрением в голосе уточнила я.

Мне подумалось, что Грегор сногсшибательно хорош собой, а она – очень привлекательная девушка. Между ними вполне могла возникнуть более близкая связь, чем дружеская. Она и вовсе могла быть любовницей Грегори, которая всегда под рукой. Весьма удобно. Такая маленькая карманная любовница, которую можно посадить в переноску и захватить в другой мир.

Не то чтобы ревность – я была слишком счастлива и слишком верила Грегору, чтобы испытать ее в полной мере, но какое-то острое, противное чувство кольнуло сердце.

– Неужели ты думаешь, что я приставил бы охранять тебя свою любовницу? – заговорщицки понизил голос Грегори, наклонился в мою сторону через стол и улыбнулся, накрыв ладонью мою кисть. – Нет, мы только друзья. Видишь ли, мелкие блондинки совершенно не в моем вкусе. А Криппи учили профессионально соблазнять мужчин, к тому же почти все мужчины, с кем она была знакома, пытались уложить ее в постель и, видимо, страшно ей надоели. Она всегда ценила то, что я этого не делал, и наши платонические отношения.

– Хорошая девушка, – закончила я.

В этот момент в столовую вошел Ник с недоуменным и одновременно довольным выражением лица. За ним следовал пушистый абсолютно белый енот.

– Прошу прощения, – вежливо произнес Ник. – Твоя подружка, дракон, заявила, что я испортил ей настроение. А когда у нее дурное настроение, то она превращается во вредного енота. С тех пор отказывается обернуться обратно.

Словно в подтверждение его слов, енот запрыгнул на стул у стола и принялся шкодливо чистить мандарин, разбрасывая вокруг корки и закладывая дольки себе в рот.

Вид у него при этом был очень шаловливый.

– Криппи! – строго осадил Грегор. – Обернись и поешь нормально. Кажется, этот оборотень готов пойти на мировую.

– Я бы пошел, – усмехнулся Ник, – если бы со мной разговаривали, а не демонстрировали достоинство белой шерсти разных представителей фауны.

При этом на енота он смотрел разве что не нежно.

Криппи-енот поглядела на него и быстренько превратилась в миниатюрную блондинку.

– Грегор! Подтверди этому упрямому волку, что ты не подсылал меня в самолете, чтобы соблазнить его! Это, в конце концов, оскорбительно, я этим не занимаюсь! Я сама к тебе пришла, понятно? – обернулась она к Нику. – Тогда ты мне понравился… Мне было интересно!

– Тихо, дети, – повторил мою недавнюю фразу Грегор и вздохнул. – Николай, я не подсылал этого вредного метаморфа, она сама пришла, хотя совершенно не понимаю, чем ты ей понравился.

– А я не понимаю, как она может дружить с огромным чешуйчатым ящером, – парировал Ник беззлобно.

Вот еще любители пикировок нарисовались. Теперь скучно точно не будет. Может, позвать Эрми, вдруг этот пожилой маг сможет утихомирить молодежь?

Додумать эту здравую мысль я не успела. Прозвонил телефон Грегора, он поднес его к уху:

– Да, Крафтов, слушаю тебя…

В то же мгновение его лицо стало серьезным и мрачным.

– Что там? – напряженно спросил Ник, а мы с Криппи переглянулись.

Грегор выслушал Крафтова, сказал, что перезвонит через пару минут, и обвел нас суровым взглядом.

– Маги официально объявили войну на уничтожение оборотней. Вокруг Санкт-Петербурга кольцо, они хотят организовать магическую блокаду. Крафтову не справиться без меня. Он вызывал подмогу из Москвы, но, похоже, даже силами двух городов не решить проблему. Эта операция, видимо, готовилась давно, и теперь счет идет на часы. Надеюсь, вы понимаете, что это еще и способ выманить меня…

– Ты обещал, – пристально посмотрел на него Ник. – К тому же это город Тины… и мой. Мы обязаны защитить его и мой вид.

– Я полечу с вами! – вскочила на ноги Криппи.