Глава 8

А утро было прекрасным, вплоть до того момента, пока я не открыла глаза и не встретила ничего не выражающий взгляд черных глаз Лейрана. Чуть не заорала от испуга, его глаза, словно наполненные тьмой, тягучей, как смола и завораживающей, как текучая вода. – Ты что тут делаешь? – хриплым со сна голосом спросила мальчишку, только этого мне не хватало. Детей я не сказать, что не любила, скорей опасалась, и одно дело покормить голодного и совсем другое, привязанность такого вот монстренка. Потом мне стало немного стыдно за свои мысли. Нелегкая у него жизнь, мать боится, отец холоден как лед, да и мир вокруг не напоминает приятную сказку. Лейран не переставал пялиться и уходить точно не собирался. Я быстро просмотрела его ауру, удостоверилась, что никаких странных щупалец нет и выдохнула. Может, выпитой жизненной энергии с Альмы, хватит ему надолго или хотя бы до того момента пока мы не пройдем ритуал, на который так надеется Ян. – Ты не мог бы отвернуться? – попросила мальчишку, – мне надо одеться, а это не прилично в присутствии постороннего мужчины, даже если он еще мал, – Я вымученно улыбнулась. Лейран повернулся на попе помогая себе ногами и замер, ну хотя бы человеческий язык он понимает. Я быстро выскользнула из кровати и открыла дверку огромного шкафа, отгораживаясь от мальчишки. Мой рюкзак не разобран, быстро напялила на себя первый попавшийся костюм и пригладила волосы, которые за ночь вылезли из косы, так я походила на черный одуванчик. – Теперь можешь повернуться, – сказала я ребёнку, что он незамедлительно сделал. Оглядел меня с ног до головы и выпрыгнул с кровати в который раз, поражая своей быстротой на фоне общей расслабленности. Ухватил меня за руку и потянул на выход. Я вздохнула и пошла как на привязи, принимая, что цитата «доброта наказуема» сейчас очень в тему. – Вот ты где, – услышала я голос Яна, высокородный был уже одет, но взбудоражен, видимо, не застал сына в его комнате и стал искать, – Лейра, – встревоженно посмотрел мне в глаза Ян, – ты в порядке, он ничего тебе не сделал? – Нет, – ответила Алору, – но ощущаю себя фамильяром на поводке. –Лейран, иди ко мне, – Ян присел и позвал сына на руки, но тот резво спрятался за мной и выглянул оттуда настороженно поглядывая на отца. – Это как понимать? – удивился Ян, – Первый раз вижу, чтобы он к кому–то шел сам. Я тяжело вздохнула и с надеждой посмотрела на высокородного, это его сын в конце концов. Он с ним с рождения и должен иметь подход к своему ребенку. Но на все уговоры отца мальчишка лишь сложил ручки на груди и не мигая уставился в стену. – Лейра, – устремил ко мне свой взгляд Алор. – Что? – спросила я уже предполагая, какой вопрос услышу. – Не могла бы ты отвести в его комнату, ему нужно позавтракать, а я пока расскажу тебе, что мы сегодня будем делать. Я со вздохом вытянула из-за спины ребёнка и повела его в комнату. Со мной он шел не артачась, а я не забывала сканировать его на предмет страшных щупалец, попасть под них мне не хотелось. Я понимала, почему Ян с ним спокоен и даже осторожен. Никогда не поймешь, что может вывести непонятное нечто в теле ребенка из себя. – Отец сказал есть, значит, надо есть, – ответила на вопросительный взгляд черных глаз, – Он главный, – кивнула, словно всегда подчинялась главным. Ян за спиной многозначительно хмыкнул. Пока Лейран ел кашу, Ян рассказывал, что будет во время ритуала. – Нам нужно оказаться внутри источника, – говорил Ян, – Времени будет мало, сама понимаешь, никто не даст нам долго там находиться. – Я вообще удивлена, что тебе удалось провернуть допуск, – сказала я. – Я привез им лайзы, для нас лайз повседневность, для других, это дар, который может сильно продвинут в магических дисциплинах. В Лакарсте ценится личная сила. – Можно подумать, она где–то не цениться, – хмыкнула я. – Я договорился лишь с одним их хранителей источника, другие не знают. И как ты понимаешь, мы придем во время его дежурства, – Он рискует, – я задумалась, – Ты уверен, что это не ловушка? – Клятвы Лейра, ты забываешь, что мы даем клятвы магией и она смотрит за тем, чтобы все соблюдалось по правилам. Клятвы не такие, как берешь ты, но и мы высокородные что–то умеем. – Вот только не надо корчить из высокородных страдальцев, – я состроила мину. Лейран перестал стучать ложкой и наблюдал за нами. В черных глазенках впервые, я увидела что-то похожее на осознание. – Сегодня приедет доверенное лицо от хранителя и возьмет твою кровь, ты с него берешь клятву. – Хотелось бы брать клятву не с простой пешки. – Поверь, – ухмыльнулся Ян, — это сын хранителя, ты даже с ним знакома. – Это Северьян? – охнула я, – То есть это Никс?! Ян на секунду потемнел лицом, если бы я не наблюдала за ним, то навряд ли заметила, но он быстро взял себя в руки: –Северьян Никс, один из лучших магов Лакарста и универсал, к тому же сын хранителя источника, одного из хранителей, – сказал мне Алор, делая вид, что совершенно спокоен. Но было видно, что ему неприятно воздавать почести, как он, наверно, думает понравившемуся мне мужчине. Хотя да, мне Северьян понравился, но менталисты странные люди, которых я побаивалась. И пусть Марик сказал, что на магов лима они не могут воздействовать, чувство настороженности, остается. – Тебе лучше сходить на завтрак, – сказал Ян, когда Лейран доел свою кашу, – а мы пока погуляем, – обратился он к сыну. Мальчишка немного подумал, но потом спрыгнул со стула и ухватился за руку отца заставляя того встать и следовать за ним. Ян улыбнулся ребенку. У меня екнуло сердце, было видно, что высокородный по–настоящему любит сына, на лице написаны неподдельные чувства, которые Ян почему–то даже не скрывал, хотя по натуре очень скрытен. Может, решил, что я ему не угроза. В столовой за столом сидела Диана и недовольно ковырялась в тарелке. При моем приближении она вскинула голову и осмотрела мою немного неухоженную физиономию. – Ночка была веселая, как я погляжу, – желчно сказала высокородная, потом немного напряглась и закрыла рот. Видимо, хотела чего–то запрещённого сказать, клятва ее успокоила. А у меня даже настроение поднялось. Диана считает, что мы провели ночь с Яном, хах, значит, так и будет. А что потом, подумала про себя и тут же одернула. Не загадывай! Почему–то планы в последнее время всегда рушатся, и мне если честно, все равно, что будет потом, я надеялась, что моя страсть немного поутихнет и желание испарится. Диана всячески пыталась вывести меня на разговор, но я стойко молчала и ела. Потом решила все–таки привести себя в божеский вид и поблагодарив Альму за вкусный завтрак, пошла к себе в комнату. Взяла мыль–рыльные принадлежности и в ванну, где пропала на пару часов. Нет ничего более приятного, чем лежать в пахнущей цветочными ароматами ванне и нежиться, плескаясь теплой водичке. Мысли в голове все испарились, а полное расслабление вводит в состояние транса, в котором прекрасно восстанавливаются жизненные силы. Потом я высушила себя заклинанием, за эти годы поднаторела в обслуживании бытовых проблем магией. Без проблем, конечно, и тут не обходилось, но Марик учил меня всему понемногу. По волосам прошлась своим незаменимым гребнем, выпрямляя вьющиеся пряди. Собрала все богатство в высокую гульку и пошла в комнату заменить одежду. В общем, когда уделяешь время себе любимой, то приходишь в спокойное расположение духа и понимаешь, что в жизни все решаемо. Лейра, – стук в дверь, – можно? – раздался голос Яна. – Заходи, – прикрылась дверкой шкафа, которая могла и слона закрыть не только мою мелкую фигуру, – Я переодеваюсь, что–то срочное. – Нет, я хотел поговорить насчет клятвы и твоей крови. – Говори, я быстро, – стала натягивать штаны. – Они привезут с собой емкость, чтобы кровь не пропала, так что проблем с этим не будет, но насчет клятвы нужно хорошо продумать, ты же понимаешь, от этого зависит твоя свобода. – Конечно, – вышла из-за двери и повернулась к зеркалу, которое было на дверце с внешней стороны. На мне был легкий тренировочный костюм из тех, что по–настоящему тренировочные, хотелось немного размяться, может Алор согласиться на тренировку. Конечно, после лежания в воде несколько часов, опять потеть глупость, но энергия уже перла через край, я давно не выкладывалась по полной. – Я понимаю, что клятва должна учитывать все нюансы моей спокойной жизни Ян, – сказала я, быстро сплетая волосы в толстую косу. Закрепила конец на затылке и завязала ремешок, чтобы поменьше растрепалась. – Ты собралась тренироваться? – спросил меня Ян, я повернулась к нему и успела увидеть его голодный взгляд, от которого мурашки пробежались по всему телу. – А что еще делать? - пожала плечами, — но мне нужен партнер, как высокородный, не желаешь померяться силами? – я ухмыльнулась, Ян сверкнул глазами. – Если измара желает, кто я такой, чтобы отказать, всегда к твоим услугам Лейра. Небольшой внутренний дворик, который раньше был предназначен для скота, теперь же зарос травой, её я быстро убрала заклинанием ножа, неприятные богомолы с лапами лезвиями скосили все за пару минут. Ян смотрел на моих боевых насекомых с сомнением. – Уже боишься высокородный, — улыбнулась я с предвкушением. – Давай без магии, – тут же сдался Ян, – смотрю у тебя большой прогресс, и меня не тянет испытывать весь твой зверинец на себе. Я рассмеялась, на меня нашло какое–то пофигистическое настроение, а еще эйфория от близкого боя. Оказывается, за пять лет я привыкла к адреналину и была рада опять рисковать. Может быть, уже перестать быть настороже и просто жить? Мы немного покружили по кругу приноравливаясь к пространству и исследуя землю на неожиданные ямки, а потом я напала первая, любимым ускорением Айты. Ян принес свой меч с собой, я же активировала клинки лима и довольно улыбнулась, когда глаза высокородного расширились от удивления. Неужели думал, что я буду с ним голыми руками сражаться. Магия гудела в моих руках как высоковольтные провода, желая вырваться на волю, я старалась сдерживать силу, боялась поранить Алора. Ян в свою очередь, тоже не выпускал наружу своего пожирателя, и, хотя мне сейчас он почти безвреден, но неприятные ощущения мог обеспечить. – Ты дерёшься как первогодка Алор, – рассмеялась я, чтобы его подначить, но не тут–то было Яну можно давать премию самого выдержанного человека. Наш бой больше походил на танец, мы сходились клинками высекая искры из оружия и отскакивали, чтобы увернуться от клинков противника. Ну и пусть будет танец, подумала про себя, по крайней мере, энергия уходит и уже не так давит на резерв, а проснувшийся Марик, нудно говорит про все мои ошибки, спал бы еще сто лет паразит. Остановила наши пляски Диана: – Вот они, – сказала они стоявшему рядом Северьяну, – как вы говорили, «ваша жена», – высокородная фыркнула, – убедились, она очень быстро нашла вам замену, – Диана злорадно осмотрела наши раскрасневшиеся лица и упорхнула назад в дом, что–то напевая. Сделала гадость, сердцу — радость, в этом вся высокородная. – Дан Алор, – холодно склонил голову менталист, сначала в сторону Яна, потом склонился ко мне, – Лейра. Я смахнула со лба пот и убрала клинки. Ян нахмурился, но не стал высказывать свое неприятие Никсу. – Я знал, что вы самая необычная девушка, которую я встречал, но теперь убедился в этом воочию, – продолжил Северьян, словно мы не расставалась с ним и опять сидим на дирижабле и попиваем прохладительные напитки. – Спасибо за комплимент, – улыбнулась Никсу, все–таки мне он пока ничего плохого не сделал, а что менталист, так кто тут без изъянов. Ян вообще пожиратель, но как–то же я его люблю. Кстати, пожиратель был зол. – Вы приехали раньше времени, – включил холодную надменность высокородный. – Мы решили, что будет лучше сделать все пораньше, сейчас ночами не так спокойно. Ян поджал губы и указав на дом, сказал Северьяну: – Тогда прошу в дом, нам с Лейрой надо освежиться и потом мы к вам присоединимся, вы с лекарем? – Конечно, – пошел следом за нами Северьян, – жизнь измары драгоценна, а ее кровь не должна пропасть просто так. Я усмехнулась, вот какая драгоценность, все хотят спрятать поглубже и подальше, чтобы никто не видел, и никто не уволок. В фойе сидел на скамейке старик в мантии, в руках саквояж. Он встал, когда мы вошли с внутреннего дворика. – Это мой лекарь, – показал на него Северьян. Я кивнула и пошла в сторону лестницы, и лишь когда поднялась на второй этаж, поняла, что Ян за мной не пошел. Тут же кинула заклинание «облегчение» веса на свое тело и тихо спустилась чуть–чуть вниз. – Вы нас обыграли, дан Алор, – услышала я голос Северьяна, – очень жаль, что измара оказалась вашей знакомой, это бы открыло для нас многие возможности. – Что открыло, – бросил в ответ Ян, – ее кровь и тело. – Ну, допустим, – чуть тише сказал Северьян, – с ней бы обращались как с королевой, у нее было бы все, что душе угодно, уж поверьте, обращаться с женщинами мы тоже умеем. От нас бы она не стала сбегать. – Лейра еще молода и немного наивна, но все это проходит с годами, и я благодарен богине, что она полетела на нашем дирижабле. Вам в Лакарсте не знакома природа измар, все, что вы можете делать, это разобрать их на ингредиенты. – У вас, в Регирде им тоже не слишком хорошо живется, раз они сбегают, — хмыкнул Никс, потом, видимо, постарался взять себя в руки, — Ну что ж не будем нарушать наши договоренности, – сказал менталист, – добровольно отданная кровь намного лучше, чем ничего. Но я все–таки попробую ее уговорить остаться, – видимо, Северьян еще не отчаялся, – понадеюсь, что Регирд ей так опостылел, что она решит поселиться здесь в Лакарсте – Попробуйте, – вдруг хмыкнул Ян, – на измар не действуют ментальные практики. Тут я услышала, как Ян стал подниматься по лестнице и стремглав ломанулась в свою комнату, на ходу расстёгивая рубаху. Потом я чуть обтерлась влажным полотенцем и одела новый тренировочный костюм. Запасы подходили к концу нужно стирать грязное. За время, проведенное в подземельях я привыкла это делать сама, потому было неудобно просить Альму. – Не давай повода этому менталисту, – ходил по кровати Марик, – он слишком сильно запал на тебя, может сделать глупость. – Не выдумывай, – отмахнулась от проводника. – Иногда ты бываешь слепа, – задумчиво сказал мыш. – Ты намекаешь на Ривса, – замерла я перед проводником, – там совсем другое. – Все то же самое, – ворчливо сказал Марик, – ты не уверена в своей неотразимости и привыкла не замечать, как смотрят на тебя мужчины, видишь лишь одного. – Не будем об этом, – нахмурилась я. – Конечно, не будем, ты уже все решила. – Тем более не будем, я решения своего не буду менять. – Опять будешь плакать, – не унимался мыш. – Успокойся, я повзрослела, – недовольно покосилась на проводника, – из-за одной проведенной вместе ночи, о совместном проживании и детях мечтать не буду, тем более у него уже есть сын. – Эх, Лейра, – вздохнул мыш и тряхнул розовыми ушками, – ты опять лезешь в пасть химере. – Отстань, лучше расскажи, как кровь отдать и получше сформулировать клятву. К мужчинам я спустилась во всеоружии. С готовой клятвой и знанием, как не дать из моей крови сотворить какое-нибудь непотребство. А еще Марик упомянул, что сын Яна заражен вирусом. Это для лучшего моего понимания он его вирусом обозвал. Когда-то мерги придумали эту отраву, чтобы уничтожить своего врага, но чего-то не учли и чернотой могут заражаться люди, да и вообще все живое в мире. Был один плюс, что чернота глубоко под землей, и изменённые не могут выходить на поверхность, испытывая какой-то страх перед светом. Можно ли победить черноты, Марик не знал, вернее, он сомневался, что я смогу это сделать. Для того чтобы выжечь черноту, нужен большой напор силы, а мой резерв его пока обеспечить не может. -Вот поэтому тебе нужна эволюция резерва Лейра, когда ты станешь сильнее, чернота изменённых будет для тебя нестрашна, да и другим ты сможешь помогать. Времени не было расспросить проводника получше, этим займусь ночью, а пока пошла сдавать кровь. Процедура, надо сказать, была безболезненная и быстрая. Пять флаконов, я наполнила сразу после того, как Северьян и его лекарь дали клятву, которую я написала на бумаге. Когда на их запястьях появилась печать с нераскрывшимся бутоном, клейменые новички долго ее разглядывали и даже переглядывались. – И как действует ваша клятва, – спросил Северьян. – Как она может действовать, – улыбнулась магу, – смерть. Смерть всем, кто нарушит слово и предупреждаю не отсроченная там на года, а мгновенная. – Довольно жёстко, – сказал Северьян. – Зато действенно, – холодно встретила его взгляд. Потом было много слов о том, какая я прекрасная, но на меня его слова уже не действовали и не обязывали хорошо к нему относится, я знала его истинное желание, и не была с ним согласна. – Жду нашей встречи, – в который раз, сказал Никс, пока мы общими усилиями с Яном пытались его выпроводить. Хотелось есть, время подходило к ужину, а мы еще не обедали. Поэтому выгнав гостей сразу пошли ужинать. – Я его накормила, – сказала нам Диана, как только мы вошли в столовую. Я видела, как высокородные переглянулись. Стало неприятно. Тут уж ничего не поделаешь, ребенок всегда будет их соединять как бы Диана не отнекивалась от сына, она мать, хоть и не совсем хорошая. – С ним все нормально, – тревожно спросил Ян. – Лучше бы спросил, как со мной, – скандально сказала Диана и стала есть, руки, державшие прибор, заметно тряслись. – У нас получится вот увидишь, – спокойно сказал Алор, – он будет нормальным. – Я надеюсь, – сказала Диана, – это невыносимо боятся собственного ребенка. Теперь я понимаю мою мать… Я сидела молча, лишь когда Альма принесла еду, стала есть, не вступая в разговоры, которые вели бывшие супруги. Мое решение немного поколебалось, имею ли я право лезть в семью. Потом сама себя успокоила, я же не напрашиваюсь, но и отказываться от Яна не буду. На улице уже смеркалось. Я смотрела в окно и расчёсывала волосы гребнем, превращая их в блестящий, черный водопад. Они были чуть ниже попы, можно было отрастить и длиннее, но много с таким богатством не повоюешь. – Лейра– раздалось за дверью, – ты не спишь? У меня внутри все сжалось от голоса Яна. Я быстро оббежала глазами комнату, закинула вещи, лежащие на полу под кровать, оглянула себя в зеркало. Ночная сорочка была строгой без всяких вольностей, мне ее Альма выдала. У меня в Регирде и более открытые платья есть, поэтому пошла и открыла Яну дверь. Он вошёл, оглядел комнату, растленную постель, открытое окно, в которое дул легкий ветерок, потом его глаза переместился на меня. – Я хотел поговорить о ритуале, завтра выедем с утра, и времени не будет. А сразу после ритуала нам нужно улетать Лейра, поэтому если есть вещи, которые тебе дороги сразу бери с собой. – Может, сядешь, – улыбнулась высокородному, – и спокойно мне все объяснишь. – Хорошо, – Ян тут же прошел к креслу и сел, я притащила табурет и села рядом, чтобы занять руки, принялась опять расчесывать волосы. Ян, как загипнотизированный смотрел на мою руку с гребнем и рассказывал, что будет завтра на ритуале. Внутренний трепет нарастал, тряслись не только руки, казалось, что все тело распаляется, а в ушах нарастает гул бьющегося в нетерпении сердца. – Поэтому тебе лучше не высовываться и быть готовой к быстрому отходу, – закончил свою речь высокородный и впервые посмотрел мне в глаза: – Думаешь, они захотят нас задержать? – спросила я. – Нельзя сказать, что они могут сделать, я здесь не по поручению Регирда и за меня никто не будет бороться, может быть отец. – Как там Малус кстати, – спросила я, – Не видела его очень давно. – Как всегда, – улыбнулся Ян, – весь в делах императора. А как ты Лейра? – А я тут, с тобой, – сделала вид, что не поняла вопроса. – Я вспоминал о тебе, – сказал Ян, сжал челюсти, отвернулся. Мне хотелось съязвить, вспоминал ли он меня в объятиях жены или после, но тоже закрыла рот. Между нами, видимо, слишком много такого, отчего даже разговаривать больно, уныло подумала я. Ян встал: – Ну отдыхай, – сказал он мне и пошел к двери, я пошла вслед, чтобы закрыть за ним дверь, не хотелось опять проснуться в компании его сына. Ян взялся за ручку дверцы и тут же со стоном опустил руку и повернулся. Мы были очень близко, его глаза, которые вопросительно смотрели на меня, казалось, заняли все пространство вокруг. Руки мои ослабели и гребень выпал из пальцев. Ян ухватил меня за затылок и притянул мою голову к себе: – Оттолкни, пока я еще могу уйти, – сказал он мне прямо в губы, я же прижалась к его телу, словно от этого зависела моя жизнь и приподнялась на цыпочки, чтобы самой поцеловать его в теплые губы. А потом было безумие… мы касались друг друга руками везде, целовались до потемнения в глазах и любили друг друга. Весь мир замер вокруг нас, потому–то неслышно было ничего, кроме дыхания любимого, его шепота и его стона… нашего стона.