Глава 7

Его пальцы мягко скользили по изгибам моего тела. Теплое дыхание щекотало чувствительную кожу на шее. Горячие губы коснулись уха, скулы. Тяжело дышала, запрокинула голову, открывая шею для поцелуев. Кусала губы и не сдерживала протяжных стонов от его легких прикосновений. Он игрался со мной и невинными прикосновениями доводил до изнеможения. Даже короткий поцелуй в щеку казался чем-то волшебным, невероятно возбуждающим и интимным. Шелковое платье нисколько не скрадывало чувственность прикосновений, а даже добавляло им колдовские нотки. Он будто волшебник шептал заклинание на ухо, слова были знакомыми, но смысл их улетучивался от моего плавящегося сознания. Его руки заскользили вверх, собирая ткань и оголяя бедра. Прижался теснее, и я почувствовала силу его желания. Уперлась рукой в окно и выгнулась навстречу его рукам, которые бесстыдно спускались все ниже. Скользнул рукой под трусики и коснулся разбухшего клитора. С губ сорвался громкий стон. Раздвинула ноги, смяла ткань платья в бессильном желании сорвать его с тела, освободиться из его плена, ощутить дыхание своего мужчины на разгоряченной коже. И он угадал мое желание, одним движением снял платье и отбросил в сторону. Вздрагивала от каждого движения его пальцев, жмурилась и двигалась им навстречу. С трудом держалась на ногах, но он даже не думал прекращать мучительно сладкие ласки.

- Моя чувствительная девочка, - довольно сказал он и проник пальцами во влажное лоно. – Мокрая, сладкая, такая податливая.

Опустился и стянул с меня трусики. Его язык пощекотал под коленкой, и мне пришлось приложить массу усилий, чтобы удержаться на ногах. Шумно выдохнула и облизала пересохшие губы. Уткнулась лбом в прохладное стекло и распахнула глаза, когда он нежно укусил за ягодицу. Ахнула и тут же задохнулась, когда его пальцы вновь скользнули во влагалище. Я горела, растворялась в волнах жара, которые прокатывались по телу, сходила с ума и была готова умолять, чтобы он не останавливался. Насаживалась на пальцы и мечтала о том, чтобы он сгорал в этой страсти вместе со мной. Его язык вырисовывал замысловатые узоры на позвоночнике, и я послушно выгибалась ему навстречу.

Стоны становились все громче, дыхание все чаще, а его движения – резче. Он почувствовал, что я на грани. Перехватил за талию и прижал к себе, покрывая плечи поцелуями. Заметалась в его руках и крупно задрожала, когда меня накрыло ярким оргазмом. Закусила губу, чтобы сдержать громкий стон удовольствия.

- Я люблю тебя, - раздались над ухом теплые слова.

Улыбнулась и лениво раскрыла глаза. А в следующее мгновение широко распахнула и утратила всю расслабленность. Лишь ноги все еще дрожали. 

Но теперь оказалось сложно определить, отчего колени подкашивались. Я смотрела на темные шпили, которые сливались с черным полотном беззвездного неба. Напротив красовался зловещий замок. Окна – темные провалы вселяли ужас. Лишь из одного окна лился тусклый свет, но и его загораживала женская фигура. Широко распахнутыми глазами смотрела на нее. Вокруг стало заметно прохладнее, казалось, чье-то ледяное дыхание коснулось моего плеча. Сжалась и покрылась гусиной кожей.

- Ты меня разочаровываешь, - сзади раздался холодный голос Руслана.

Еще секунду назад его руки согревали и дарили невероятное блаженство, от его голоса тепло разливалось в душе, а сейчас он казался чужим, незнакомым.

За этими словами всегда следовала ссора. Внутренне напряглась и задрожала всем телом. На глаза навернулись слезы. Снова. Снова я что-то сделала не так. Он снова недоволен. Обида сжимала сердце в кулак. Губы дрожали, но я не смогла произнести и слова. Лишь неотрывно смотрела на незнакомку напротив, которая беззвучно билась в окне напротив, словно невольница, которая жаждет получить свободу.

- У тебя никого нет. Даже твой отец бросил тебя. Ты никому не нужна.

Его слова, словно тонкие иглы, впивались в кожу, проникали все глубже, добирались до сердца, чтобы безжалостно вонзиться и оставить еще одну кровоточащую рану. Но эти слова не причиняли бы столько боли, если бы не были правдой, которую сложно отрицать.

- Неблагодарная! – постепенно повышал он голос, даже не пытался скрыть злости и раздражения. - Я все делаю для тебя. Я забрал тебя из того общежития, в которое ты превратила квартиру, избавил тебя от необходимости считать каждую копейку. И это твоя благодарность? – закричал он.

Сжалась, словно ждала удара. Да. Каждый раз я ждала, что вот сейчас, сейчас он ударит, перейдет черту. Сорвется. Но он сдерживался. Каждый раз сжимал кулаки, кричал и уходил, оставляя меня наедине с собой. А я корила себя за сомнения, за то, что подумала, будто он способен на такую подлость. Винила… За что-то, за его недовольства.

Печально усмехнулась. Я даже не знала, в чем провинилась. Вскинула взгляд. Окно напротив вдруг стало ближе.

И именно в этот момент я узнала ту, что стояла напротив и сейчас печально улыбалась. Это была я. Словно в зеркальном отражении увидела бледную измученную девушку, которая с сочувствием смотрела на меня.

Распахнула глаза. Хватала воздух ртом и пыталась понять, где нахожусь. Тело сотрясала мелкая дрожь. Душа рвалась на части и сжималась от ужаса. Еще долго оглядывалась, словно ожидала разглядеть Руслана в темном углу. Вокруг стояла тишина. Стены комнаты казались серыми и холодными в тусклом свете, который проникал в окно сквозь легкий тюль. Несколько раз глубоко вдохнула, чтобы унять бешено колотящееся сердце. Взгляд уперся в потолок. В голове царила пустота, а душу захватила тоска, она была сравнима с противной зубной болью, которая не позволяла отвлечься ни на секунду. По щекам покатились слезы. Свернулась клубочком, уткнулась в подушку и зарыдала. «В последний раз», - мысленно обещала себе. «Нужно выплеснуть и очиститься от прошлого, смыть его с себя, чтобы начать все заново, нужно выплакаться». До самого утра утирала слезы, всхлипывала, уткнувшись в подушку. Словно пленку, прокручивала воспоминания о той жизни, которая связывала меня с Русланом, каждое мгновение – плохое и хорошее, оплакивала их и прощалась с ними. И боль утихала. Медленно отступала, уходила вместе со слезами, грудь уже не сжимали тиски, дыхание постепенно выравнивалось, а распухшие веки тяжелели и опускались. Я казалась себе фениксом, который сгорает в своем же пламени, чтобы переродиться.

Уже через пару часов я чувствовала себя бодрой и выспавшейся. С недовольством разглядывала распухшее лицо. Зрелище было удручающим. Мне казалось, что в таком виде не стоит и высовываться из своей комнаты, чтобы не пугать остальных гостей и не вредить их чувству прекрасного. Мышкой юркнула в душ, к счастью, не встретив никого на своем пути, приняла прохладный душ, умыла лицо ледяной водой и стала похожа на человека. О пережитой ночи старалась не думать, занимала себя мыслями о предстоящей прогулке, о том, как много еще предстоит сделать и как хорошо бы не откладывать остро стоящий вопрос о съемном жилье.

Из разговора с Марией узнала, что потрясающей красоты собор, который предстал в моем сне в роли пугающей тюрьмы, это городская филармония, где можно послушать завораживающую и совершенно магическую игру на органе. А в нескольких минутах от хостела находится большой городской парк, в тени густой зелени которого можно укрыться от палящего солнца, уединиться со своими мыслями и просто погулять. Она же, Мария, посоветовала мне агентство недвижимости, которое могло бы быстро решить вопрос с жильем.

Выпила чашку кофе, позвонила Ритке, отчиталась, заверила ее, что со мной все в порядке и отправилась на разведку в город.

Следующие два дня я бродила по городу, наблюдала за людьми, разглядывала интересные места и просто отдыхала. Легкий летний ветерок приятно касался кожи и уносил все грустные мысли с собой вдаль. Городской парк, который раскинулся в самом центре города, навсегда покорил мое сердце. Хотелось часами сидеть на лавочке, наслаждаться тихим шелестом листьев, прохожими, одни из которых медленно плелись по извилистым дорожкам, другие напротив торопливо перебирали ногами, быстро скрываясь из виду. Но сама атмосфера беззаботности и спокойствия околдовывала и затягивала. Это место казалось мне спасительным, ведь под лучами солнца, которые проникали сквозь густую крону деревьев, не хотелось думать ни о чем плохом, хотелось подставлять им личико и улыбаться. А все проблемы уходили на второй план. Но это ощущение спокойствия продолжалось недолго. Сущий ад начался на третий день моего пребывания в городе, утром, как и всегда, я позвонила Ритке и сразу по голосу почувствовала напряжение подруги, которое она пыталась тщательно скрыть.

- Рит, что-то случилось? – осторожно поинтересовалась я, но в ответ подруга совсем неубедительно заверила, что все в порядке. – Лучше скажи правду, - настойчиво попросила я, - это что-то, что касается меня? Руслана?

- Зачем тебе сдалась эта правда? – проворчала Ритка, - ты там как себя чувствуешь? Правильно, вдали от этого подонка гораздо лучше! И чем меньше о нем думаешь, тем лучше.

- Не уходи от темы, не пытайся заговорить зубы. Знаешь, делать вид, что проблемы нет, не было и продолжать жить, как ни в чем не бывало – не выход, уж поверь мне. Поэтому просто расскажи, что происходит.

- Ну, - протянула она, - может, ты и права, по крайней мере, желание вернуться поутихнет. Я виделась с ним, - после этих слов последовала долгая пауза, которая не сулила ничего радостного. – Как бы тебе объяснить, - замялась Рита, - понимаешь, в общем, он с виду-то спокоен, но мне в какой-то момент показалось, что он меня прибьет на глазах у всех. Ко мне даже парни с потока подошли, поинтересовались, все ли в порядке.

- Что он хотел? – от волнения с трудом произносила слова, а голос получился каким-то чужим, металлическим, словно принадлежал не мне, живому человеку, а роботу.

- Тебя хотел, - вздохнула подруга, - очень настойчиво интересовался, куда же ты пропала.

- И что? – совершенно бездумно задала вопрос.

- Что «что»? Естественно, я ничего не сказала. Вернее, сказала, что раз ты не сообщила ему таких подробностей, то я ему помочь ничем не могу. Удивительно, он даже не кричал. Говорил тихо, но так угрожающе, что становилось страшно. Знаешь, мне в какой-то момент захотелось вызвать ему псих бригаду. Ты вообще уверена, что он вменяем?

- Он вменяем, - прикрыла глаза, чтобы сдержать подкатившие слезы, - видимо, сильно злится.

- Злится? – удивилась Ритка, - да он в бешенстве, Леська, мне кажется, если он тебя увидит, то шею свернет двумя пальцами в ту же секунду. Понимаешь? У него в глазах такой огонь горит, такая жажда, не знаю даже чего, как будто мести. Не смей даже думать о возвращении. По крайней мере, пока он не перебесится.

- Да и не собиралась, - промямлила я, - правда мне так тяжело и страшно. А еще я скучаю очень.

- И я скучаю, но пока пусть будет так, чем ты продолжала бы жить с этим, - Ритка резко замолчала, видимо, сдерживала рвущиеся наружу оскорбительные эпитеты в адрес Руслана, - зверем, - наконец, определилась она.

- Угу. Завтра куплю новую симку, кстати, завтра еще должна позвонить Юлия, она, вроде, нашла какую-то женщину, которая тоже ведет групповые занятия для таких, как я.

- И замечательно. Видишь, жизнь-то налаживается.

- Ну да, наверное, еще, когда гуляла, наткнулась на объявление, что в кафе официантки требуются, номер записала, может, получится устроиться, опыт у меня есть небольшой.

- Отлично! Это то, что тебе нужно. Больше людей вокруг и больше занятий, чтобы не думать о плохом. Только прекращай предаваться страданиям, я по голосу слышу, что ты опять изображаешь размазню. Давай, соберись! Мы обе знаем, что ты сильная. Да я таких храбрых и отчаянных людей и не знаю больше. Так что, давай, моя родная, все наладится, нацепи на лицо умопомрачительную улыбку и иди навстречу приключениям, а там, глядишь, какой-нибудь прекрасный прЫнц не сможет пройти мимо такой красотки и спасет ее из лап ужа-а-асного дракона.

Слова подруги заставили улыбнуться. Конечно, ни о каких принцах я думать не могла и не хотела. Мне бы для начала с самой собой разобраться, прежде чем другими людьми интересоваться, а уж мужчины теперь наверняка долго не будут занимать мое сердце. От одной мысли о новых отношениях становилось страшно, ведь, наученная горьким опытом, теперь в каждом буду искать подвох, буду бояться сближаться и доверять. Просто не хочу переживать столько боли снова.

Тепло распрощались с Риткой. Когда положила трубку, перед глазами стоял образ Руслана, который сжимая зубы, с горящими ненавистью и яростью глазами выговаривал подруге. Наверняка, обвинил ее в нашем разрыве, наговорил гадостей и о ней, и обо мне, но Ритка не стала расстраивать меня еще больше. Что же, думаю, Руслану и в голову не могло прийти, что я способна сбежать в другой город, и теперь он постарается найти меня среди знакомых. Его ждет разочарование, а значит, еще большая злость – проигрывать он ненавидел.

Остаток вечера провела снова в переживаниях, но я даже представить не могла, что пика этот кошмар достигнет на следующий день, когда я, наконец, занялась насущными вопросами и первым делом купила местную сим-карту, а к новому номеру прикрепила банковскую карту.

С удивлением обнаружила, что баланс не нулевой, там числилась небольшая трехзначная сумма, происхождение которой мне было неизвестно. Я пребывала в уверенности, что полностью обналичила деньги, но эта странность не занимала долго мое внимание, мало ли, могла и ошибиться в спешке. Но уже тем же вечером все вопросы отпали сами собой. Телефон пиликнул, сообщая о пришедшем сообщении. На экране высветился номер банка. Открыла сообщение и задохнулась от нахлынувших чувств. В один миг перед глазами потемнело, а горло сдавили невидимые тиски. Мне казалось, что его невидимая рука дотянулась до меня сквозь тысячи километров и теперь сжимала шею. Отбросила телефон, словно это было что-то гадкое и ядовитое. Отошла к окну, оперлась руками о подоконник и стала глубоко медленно дышать. Прикрыла глаза, и перед мысленным взором возникло то самое короткое смс о том, что Руслан Андреевич К. перевел мне 100 рублей, но нет, он не хотел таким странным способом поддержать меня. Его цель была проста: доставить мне короткое послание. «Шлюха» - это слово завершало сообщение. Боже, я даже представить не могла насколько сильно он зол, что додумался до такого способа общения. Открывать социальные сети не имело смысла. Наверняка они завалены оскорбительными сообщениями от него. Обида душила, мне казалось, что я маленький трусливый заяц, который попал в удушающее кольцо удава. Я не заслужила таких слов. Никогда, ни словом, ни делом, ни взглядом не давала усомниться в своей верности, но он из раза в раз находил для нее повод. Особенно сильно любил тыкать меня носом в мою подростковую влюбленность, которая длилась почти два года и не ограничивалась одними поцелуями. «Порядочные девушки не прыгают в постель, когда молоко на губах еще не обсохло», - повторял он и окатывал меня презрительным взглядом. Передернула плечами, гадкий след его взгляда даже сейчас казался осязаем и вызывал толпы холодных мурашек. Вздрогнула, когда телефон снова пиликнул. Заставила себя открыть новое сообщение. Глупо бояться букв, даже если они причиняют боль. Нужно научиться окружать себя непроницаемой стеной холодного равнодушия, чтобы она защищала мою ранимую душу от града мелких ударов. «Я тебя найду, где бы ты ни была». Очередное послание Руслана. Сколько же таких сообщений приходило, пока я была отключена от мобильного банка? Даже страшно представить. Еще повезло, что голова, несмотря ни на что, работала хорошо, а мысли оставались ясными – я успела сменить пароль и логин в сбербанк онлайн. Теперь Руслан не мог отследить мои банковские операции, но, несмотря на мои меры предосторожности, все же нашел способ достать меня. Какой же он… Скривилась. Вместо того чтобы подумать о том, почему я так поступила, попытаться найти причину или просто отпустить, он вновь вымещал злость на мне. Неужели я настолько ему противна и омерзительна, а отношения со мной – такой странный способ выглядеть и чувствовать себя на моем фоне лучше? Не понимаю! Но если я вызываю такую бурю злости, ненависти, отвращения, то зачем же меня столько времени держать возле себя, зачем искать? И что будет, если он сумеет найти? Я даже представить себе не могла, на что он способен в таком состоянии, какие связи среди его многочисленных знакомых всех мастей он имел, и как глубоко мог копнуть? Нет. Не станет он втягивать в это друзей. Слишком много вопросов возникнет. Да и глупо это поднимать такой шум из-за сбежавшей «шлюхи». Горько усмехнулась, вышла из сообщений и вернулась к тому, чем занималась весь вечер – смотрела объявления о сдаче жилья в аренду. Теперь я знала наверняка, что возвращаться мне нельзя ни в коем случае. По крайней мере, до тех пор, пока я сама не переболею, и пока Руслан не перебесится. Встречаться нам нельзя.