Глава 23

"Когда страх бледнеет, он жаждет крови". Станислав Ежи Лец. Непричёсанные мысли

- Сынок, как у вас дела?- Хорошо, мам,- снимает машину с сигнализации, садясь за руль.- Мне что-то нехорошо, предчувствие какое-то нехорошее.- Мама, перестань. Все хорошо. Не нагнетай.- Да я не нагнетаю. Как Кристина? Что врач говорит?- Нормально все. Лечиться нужно, что мы и делаем.- Ну все хорошо будет, я верю. И ей скажи, чтоб нос не вешала.- Уже.- Ой, Руслан, Аленка приехала, пошла я ее кормить.- Ага, давай.Завел машину, кидая телефон на соседнее сиденье.Почти одиннадцать. А обещал Крис приехать по раньше. По дороге заскочил в магазин за фруктами и букетом цветов.У дома, на крыльце выкурил сигарету, выбрасывая окурок в урну, и обведя напоследок двор взглядом, зашел в подъезд. Его шаги отдавались гулким эхом, но чем ближе он подходил к их квартире, тем ярче ощущалось какое-то жуткое предчувствие.- Я дома,- с порога, но ответом послужила тишина.Не разуваясь прошел внутрь, оставляя пакет у двери. Букет белых роз все еще покоился в его руках, но и его он оставил на диване в гостиной. В квартире было тихо, тихо, но не пусто. Он внутренностями чувствовал, что она здесь.Загляну в спальню, включая ночник - никого.На лбу появилась испарина, и он медленно прошел вдоль коридора, замирая у дверей ванной комнаты. Дернул ту на себя.- Твою мать! – шипит сквозь зубы.Все происходит быстро, на автомате. Влетает внутрь, падая перед ванной на колени. Все кружится, словно сон какой-то, только не сон это, не выдумка, везде кровь и вода…По локоть ныряет в красную, ледяную воду хватая ее за плечи. Какие-то секунды…пытается открыть ее глаза, главное, чтобы зрачки реагировали на свет, и они реагируют, пульс слабый, но присутствует. Придерживает ее одной рукой, второй набирает скорую. У него что-то спрашиваю, не только адрес, а что-то еще, какие-то тупые вопросы, на которые он просто не в состоянии сейчас отвечать.- Если через пять минут машины не будет, я вас всех там к чертям разнесу! – орет сквозь накатывающую пелену. Отбрасывает мобильный, прижимая Крис к себе. Словно пушинку, поднимает ее на руки, почти бегом несет в комнату. Стаскивает с кровати плед, укладывая ее на кровать. В полном раздрае подсовывает под ее руку подушку, и уже роется в шкафу доставая первую попавшуюся простынь. Разрывает ткань, которая с громким треском разделяется на лоскуты. Почти дрожащими руками накладывает давящую повязку, слыша во дворе сигналку скорой.Пулей бежит вниз, и уже через пару минут приходит в комнату вместе с врачом.Нервно выдыхает, пока врачи колдуют, уходит на кухню, затягиваясь сигаретой. Его трясет и, кажется, совсем не хочет отпускать. Смотрит на свои подрагивающие перепачканные в крови пальцы и хочет сдохнуть. За что? Что произошло? Почему она это сделала? Выпускает струйку дыма. Она долго не приходит в себя, но, к счастью, все не так плохо. Она потеряла немного крови, Руслан приехал вовремя.Пока идет в палату, с силой сжимает зажигалку.Кристина бледная, аки неживая, лежит на кровати. Глаза закрыты, кожа тонкая-тонкая, каждую венку видно. Лицо осунулось, он ее не узнает, не узнает, безусловно, есть в ней что-то общее с его женой, но сейчас этих сходств так мало.Берет стул от стены и ставит рядом с кроватью, садится. Аккуратно обхватывает ее руку – холодная.- Крис,- шепчет, касаясь губами ее пальцев,- что ж ты творишь-то? – шумно выдыхает, закрывает глаза и упирается лбом в ее руку.- Руслан? – хриплый шепот поражает в самое сердце, мужчина, как струна, выпрямляется, и смотрит ей в глаза, - Я умерла?- Не умерла,- стискивает зубы.- Прости меня.- Все хорошо. Что произошло? Зачем, Крис…- Я…,- сглатывает, смотря в его глаза,- он…Лабодский мне позвонил, сегодня…а дальше, дальше не знаю. Не помню. Мне было плохо. Так плохо…а потом вода, холодная и…,- начинает заикаться,- не знаю,- прикрывает глаза.- Тише,- гладит ее волосы,- тише. Все хорошо. Я рядом. Поспи.Смотрит на нее еще несколько минут, а она засыпает. Чувствует его присутствие и засыпает. Она в безопасности.Из палаты выходит переполненный злобой. Стискивает зубы в бешенном желании убить. Разрезать эту тварь по кусочкам.- Па, - спускаясь к машине,- нужно поговорить, это по поводу Лабодского.- Что-то произошло?- Он сегодня звонил Крис, она в больнице…- Что...- Потом расскажу. Я хочу, чтобы…- Не по телефону, через пару дней я сам прилечу.- Хорошо. ***Он не находит себе места. Все два дня он сидит в ее палате, ругаясь с врачами и настаивая на том, что ее слишком рано выписывать. Головой понимает, что нужно опять тащить психолога…понимает, но как сказать об этом ей, не знает. Она и так только-только закончила сеансы, чему была так рада, а теперь опять…по кругу.Леонид Николаевич звонит ему ближе к обеду. Кристина как раз находится на процедурах, поэтому у него образуется пару часов, чтобы встретиться с отцом.Они договариваются пообедать в центре.- Привет,- Леонид пожимает руку сына, явно ожидая рассказа.- Привет. Как долетел?- Нормально. По делу давай, не до этикета.- Хорошо. В общем, после его звонка она порезала вены себе. Врачи говорят, что, скорее всего, сработал защитный механизм. Его голос запустил флэшбек, после которого она решила, что до сих пор там, в прошлом, и решила избавиться от этого всего самым простым способом…Леонид молчал. Смотрел в окно, и молчал.Когда он заговорил, его голос был тих и до тошноты спокоен. Слишком спокоен.- Мне нужно пару дней, чтобы подумать, я позвоню тебе уже с решением.- Ты издеваешься?- Нет. Не пыли, лучше езжай к жене в больницу.Леонид, не давая сыну ответить, поднялся из-за стола, покидая ресторан. Почему-то захотелось навестить отца, но он знал, что генералу Коршуну его визит вряд ли будет нужным. Ему пятьдесят, у него самого двое детей, но он до сих пор, как мальчишка, боится своего отца, ждет от него одобрения, которого так и не получил на протяжении всей своей жизни.Эти мысли наводят на Корнеева.- Артур, найди мне Корнеева, я вечером буду в Москве,- отдает распоряжение своему человеку, направляясь в аэропорт.В Москве немедля едет за город. Все в тот же новый-строящийся дом.Корнеева привозят в течение получаса.- Леонид Николаевич,- расплывается в гнусной улыбке,- зачем вам в такой короткий срок понадобилась моя скромная персона?- Кристина хотела покончить с собой.Улыбка быстро слезает с надменной рожи, превращаясь в замешательство.- Почему? – тихо, сжимая кулаки.- Лабодский ей позвонил, и у нее слегка поехала крыша. Он опасен для нее, даже когда просто дышит.- Она знает, кто я…- Я ей сказал, еще тогда.- А она даже не захотела…,- шепча покачал головой.- Ты натравил Олега на ее отца.- Я ее отец.- Она считала иначе.- Ты рассказал ей все?- Как на исповеди. И как ты посадил Ружевич, и как натравил Лабодского, умолчал, конечно, по каким зонам тебя мотало, но, думаю, это было бы ей не очень интересно.- Я любил Люду, люблю. И Кристину. Она моя дочь, я люблю ее.- Тогда сделай так, чтобы она могла спокойно жить. Может быть, тогда она тебя простит?Корнеев истерически усмехнулся, убирая руки в карманы.- Как быстро тасуются карты. Еше недавно я хотел сделать это твоими руками…- И был очень глуп.Мужчина потер подбородок, смотря на горящий в камине огонь.- Я сделаю это. Но после, ты заплатишь мне столько, чтобы я мог покинуть страну и жить безбедно до самой старости.- Другого я и не ожидал. Я заплачу. И больше никогда ни я, ни моя семья о тебе не услышит.- Мне нужны гарантии, чтобы меня не прикопали вместе с Лабодским.- Гарантии будут.