45. Демон-хранитель

Для того, чтобы работать с замком Саважей, нужно было изучить его расположение, размеры и что там ещё есть. Поэтому Асканио сначала завёл разговор с Жанной.

— Госпожа Жанна, для успеха нашей миссии мне необходимо побывать в вашем замке, — сказал он непреклонно.

Она была в сознании, но — очень слаба. И так еле-еле начала подниматься, и тут эта дура Аннет со своим художественным выступлением. Жанна выступила в ответ, и снова свалилась с открывшейся раной.

Рана Анри была меньшего размера, и потихоньку затягивалась. Медленнее, чем если бы это был просто нож, не из антимагического сплава, но — затягивалась. Но Анри не лез в бой, а если и отправлялся куда-то — то там только присутствовал или говорил. А Жанна вышла и вполне так полезла. Не скажу ни слова, её помощь была неоценима… но Дуня всё чаще вздыхала, а Асканио поджимал губы. Они никак не комментировали её состояние, но я ощущала, что — им приходится трудно.

Я сидела с ней, когда пришёл Асканио и заговорил о том, что готов работать с её родовым гнездом.

— А я, господин Асканио, совершенно не уверена, что с ним нужно что-то делать. Там, понимаете, единственная более-менее приличная дорога через горы на восток, — Жанна говорила медленно и делала паузы между словами.

— Вот я бы и посмотрел, как идёт дорога, и заклятье какой конфигурации нам там понадобится.

— Не понадобится, — она взяла его за руку и даже слабо улыбнулась. — Не нужно, мы отстоим. Мои братья не собираются из Франкии никуда, и я, признаться, тоже. Мы ещё не всех врагов победили.

— Вам сейчас не следует побеждать никаких врагов, — сообщил Асканио. — Вот встанете на ноги, там посмотрим!

— Не важно, встану или нет, — покачала она головой.

— Куда там не важно, — не выдержала я. — У тебя дети! Тебе нужно девчонок растить и замуж выдавать!

— Ох, — она прикрыла глаза. — Они уже не маленькие. И… в любом случае останутся Филипп и Дени.

— Сами мальчишки ещё, — продолжала ворчать я. — Жанна, бросай дурить уже, хватит. Я была готова дать по голове кое-кому посерьёзнее и утащить в безопасное место, и слава богу, что не понадобилось. Твоих братьев я в глаза не видела и не знаю, а тебя готова отправить в Поворотницу уже сейчас. И девчонок твоих тоже.

— Не нужно меня в Поворотницу. Здесь родилась, здесь и умру.

Ну в общем, вы поняли. Эту содержательную беседу прервало появление Анри, которого притащил Асканио.

— Анри, вы должны приказать ей. Она говорит полный бред.

Анри вздохнул и сел возле постели Жанны.

— Жанетта, ты уверена в том, что говоришь? Быть может, в тебе говорит боль? Или жажда мести?

Она вздохнула, приоткрыла глаза.

— Да, дядюшка Анри. И боль, и жажда мести, и что ещё бывает. Я убила ещё не всех врагов.

— Поэтому нужно восстановиться. И свалиться на головы врагам в тот момент, когда они будут меньше всего этого ожидать. У тебя портал, для тебя не существует огромных непреодолимых расстояний. Ты сможешь вернуться, когда захочешь.

— Я не хочу уходить, — еле слышно выдохнула она.

Анри помолчал.

— Будь любезна, вызови мне Филиппа и Дени.

— Они со мной-то не очень желают разговаривать.

— Вызови сама, а говорить будет Анри, — влезла я.

В общем, она согласилась. И я пронаблюдала, как Анри весьма суровым голосом велел явиться в Лимей сначала одному юному балбесу, потом второму. Потому что речь идёт ни много ни мало об оставшемся имуществе Саважей, и о дальнейшем существовании их фамилии.

Явились оба, слать далеко человека сильно старше себя и имеющего право приказывать они ещё не научились. Я с любопытством оглядела сначала младшего, Дени, темноволосого красавчика, потом старшего, Филиппа, тоже темноволосого и тоже красавчика, и ещё он привёл с собой Жермену и Лилиану дель Мориони, девиц тринадцати и десяти лет. И сказал — пусть, мол, тут сидят, тут безопаснее. Девочки обрадовались матери, и ужаснулись её виду. Старшая сурово сжала губы, младшая широко-широко распахнула глаза, но слёзы всё равно покатились.

— Побеседуйте пока, — сказал Анри, поднялся с помощью Рогатьена, направился к себе и велел обоим парням следовать за ним.

Я тоже пошла — пусть Жанетта поговорит с детьми, сколько она их не видела? А если что, девочки позовут.

В кабинете Анри велел обоим становиться и докладывать. Что, где, как, при каких обстоятельствах. Филипп бодро рассказал, сколько нападений на замок отбили только в течение последнего месяца, а Дени — сколько удачных терактов совершил отряд графа де Февра, в котором он имеет честь состоять. И оба в один голос заявили, что не покинут Франкию, потому что судьба их — здесь, и если то, что они делают, приблизит триумфальное возвращение Анри хоть немного — значит, они делают это не зря.

Анри в целом не возражал, потому что считал, что каждый делает свой выбор сам. Но сказал, что государству, кто бы им не правил, будет весьма неудачно остаться без единого Саважа. И кто бы ни оказался у власти далее — Саважи будут ему нужны. И если это будет умный человек, он согласится сам, ему не придётся доказывать эту простую истину. А дуракам служить не следует, всё верно.

— Но остаётся вопрос, что мы будем делать с вашим домом.

— С домом в столице — что угодно. Заколдуйте его хорошенько, мы только спасибо скажем, и поможем, чем сможем. А вот с замком сложнее.

Оказалось, это и база сопротивления, и склад оружия, и ещё черт-те знает, что. И прислуги-то там почти не осталось, только те, кто сам по уши во всём этом. Семьи вывезли, ничьих жён и детей там давно нет. Да вообще почти пустой стоит. И конечно, мятежники тоже знают, что Саваж — ключевой пункт, и уже не раз пытались его взять. Но взять его очень сложно.

— Невозможно, — поправился Филипп. — Пока есть на свете хоть один Саваж — невозможно.

— Давайте, мы поможем вам, что ли, — вступил пришедший следом за братьями Асканио. — Можно… немного изменить заклятье, я сейчас понимаю, как. Это сложнее, но ненамного. Те, в ком есть ваша кровь, смогут увидеть и войти. И выйти. И снять заклятье, если понадобится.

— Идеальное укрытие, — произнёс с горящими глазами Дени. — Я готов, господин Нери, ваше высочество, — он вскочил и поклонился обоим.

— Да, брат прав, — кивнул Филипп. — А Жанну забирайте в безопасное место, пока она снова куда-нибудь не ввязалась.

Магический вызов услышали мы все — вибрацию зеркала где-то в недрах поясной сумки Филиппа.

— Господин Филипп, тут снова поналезли! Давайте-ка возвращайтесь уже! И госпожа Жанна тоже не помешала бы, их там страсть, как много! — сообщило зеркало.

— Я буду, Жанна ранена, она никуда не пойдёт, — сообщил Филипп.

— Я с тобой, помогу, — вскинулся Дени. — И давай просить у Жанны портал, что ли. Потом вернём, как она выздоровеет.

Они подскочили, оба, и побежали в покой, где лежала Жанна. Чтобы увидеть, как, опираясь на чьё-то плечо, она неуверенно шагает в тот самый портал. Девочки сидели на кровати, прижавшись друг к другу.

— Мы сказали матушке, что вы справитесь без нее, — всхлипнула младшая.

— Она не поверила, — вздохнула старшая.

Оба брата мигом прыгнули в портал… и он схлопнулся.

— Мне одной кажется, что им нужна подмога? — пробормотала я.

Портал открыл Анри, а экспедиционный корпус составили Северин и два сына маркиза де Риньи, Жак Трюшон, Асканио и Дуня. В последний момент оказалось, что Дуня не взяла пару важных снадобий в сумку, я подхватила их и прыгнула следом — Анри не успел задержать меня. Хоть погляжу на этот Саваж, что ли, а потом попрошу, и меня заберут. Или Северин проводит.

Что ж, первое, что я ощутила, выскочив из портала — холодный ветер. Это Лимей на равнине, а здесь горы. Узкие щели-бойницы, пустое каменное пространство. Но если все обитатели ушли — то, наверное, так и надо.

Вояки утекли куда-то по лестнице вниз, а я подбежала к окну… господи, какая красота! Почти как у меня в Поворотнице. Тоже горы, подпирающие небо, прекрасная горная страна. Но снизу стреляли и вопили, и даже пушка грохнула — надо же. Я глянула вниз — о да, на крепостной стене стояли пушки, они стреляли по команде, и если бы не ветер — я б уже точно оглохла. Стреляли в толпу, которая, видимо, подошла снизу по дороге. И как-то их там было нездраво много, тех, кто подошёл. В них не только стреляли, но и швыряли огненные шары, а обрывки команд Жанны доносили порывы ветра.

Возле меня снова открылся портал, оттуда вышел Максимилиан.

— Ваше высочество, отец велел проводить вас к нему.

— Да, Максимилиан, непременно, — кивнула я. — Только смотрите, что там, — и я показала ему на окно.

Он выглянул, выругался сквозь зубы и шмякнул прямо через то окно нехилый заряд в наступающую толпу.

— Откуда взялись только! Госпожа Эжени, не девайтесь никуда, хорошо, а то отец меня убьёт! Я мигом вернусь, и мы пойдём к нему!

Короче, Максимилиана как ветром сдуло. А я задумалась. Наверное, уже можно просить помощи?

Зеркало послушно дотянулось туда… куда-то, в общем. Там было знойно, пугающе и вообще не так, как здесь.

— Зачем зовёшь, великая госпожа Женя?

— Помощи прошу, — вздохнула я.

Хэдегей появился из вихря, как всегда.

— Глянь, пожалуйста, — кивнула я на окно. — Там сейчас эта буйная молодёжь поляжет, а жить кто потом будет?

Он глянул — и согласился.

— Сделаем, — кивнул. — Сейчас ударим с боков и с тыла.

Я не видела сражения в Лягушачьей долине, но видела бой в крепости за перевалом. И я тут же узнала тех, против кого мы тогда стояли. Они возникли будто из ниоткуда по бокам дороги — и там, где возвышались скальные стены, и там, где они обрывались в пропасть. Вот изумились-то наши нападающие!

Защитники тоже воспрянули духом — с воплями принялись ещё дружнее стрелять и жечь, а потом и вовсе открыли ворота и пошли в атаку.

— Вперёд! Никого не жалеть! — донеслось до нас.

— Кто это там? — изумился стоявший подле меня Хэдегей.

— Жанетта, — вздохнула я. — Вот ведь неугомонная, в чём только душа держится, а туда же, — ругнулась я.

— Пойдём, глянем, — он взял меня за руку, миг… и мы стоим посреди мощёного булыжником двора.

Я оглянулась… нет, это вам не ренесансный Лимей. Серый замок вырастал из отрога горы и торчал в небо своей острой вершиной — словно ещё одна гора. Стены, как я видела сверху, местами обрывались в пропасти. И единственный нормальный подход — вот эта дорога. Можно долго обороняться, но если подтащат пушки… эх.

А Хэдегей тем временем подскочил к полулежащей на камнях и опирающейся на колодец Жанне.

— Тихо, раскомандовалась. Лежи, не трать себя, справятся. Теперь уже справятся.

— Это ты — знакомый демон маркизы дю Трамбле? — усмехнулась она, в уголке рта показалась кровь.

Черт побери, где Дуня? Где Асканио? Я полезла за зеркалом. А потом прислушалась.

— Надо же, какой могучий дух в этой слабой плоти, — восхитился демон. — Молчи, не говори ничего, уже не нужно. Молчи. Она хозяйка этого дома? — спросил он у меня.

Я кивнула.

— У неё две дочери и два младших брата.

— Мужчины есть, справятся, — он как-то очень ловко переложил её голову к себе на колени.

Я же опомнилась, достала зеркало и принялась звать.

— Где вы там есть, немедленно сюда!

Они пришли, не мгновенно, но пришли, Дуня тут же оказалась на камнях возле Жанны и взялась за её руку, а Асканио — за вторую. За воротами шумели, кричали, что-то ещё делали… но все эти звуки доносились как будто издалека, а не из распахнутых ворот. Я поняла, что одна из всех стою, как столб, и тоже примостилась на булыжниках. И оказалась права — здесь почти не дуло.

— Я… я не справляюсь, — Дуня подняла на Асканио огромные, изумлённые глаза.

Пока я переваривала, что это означает в её устах, он тоже тянул откуда-то изнутри какие-то силы, и делился, и отдавал Жанне.

— Не суетитесь, бесполезно, — проговорил демон. — Тело не спасти.

И стало совсем тихо.

— Он прав, — прошелестела Жанна. — Господин Асканио, вам была нужна кровь Саважей для обряда? Делайте. Берите мою. Всю, что есть.

— Не торопись, — демон положил ладонь ей на лоб. — Что ты скажешь, если твой неуёмный дух получит иную оболочку? Тело твоё слабо, а дух — велик. И сила твоя велика, будто и не у человека, — усмехнулся он.

— Какую это… другую?

— Другую. Я ведь тоже был человеком… когда-то. С тех пор прошли эпохи, и нет уже ни той земли, ничего нет… а я есть. И ты будешь — если захочешь.

— И… что со мной будет? Я смогу остаться?

— Зачем тебе оставаться? Они справятся. У тебя будут иные пути… и иные свершения.

— И… что для этого нужно? — она даже глаза широко распахнула.

— Твоё согласие.

— Я согласна.

Сурово сжала губы Дуня, хотел было разразиться гневной речью Асканио… и не стал.

— Зовите Филиппа и Дени, — сказала Жанна. — Женевьев, могу я просить вас позаботиться о моих детях?

— Как о своих, — кивнула я.

Реветь будем потом.

И дальше я уже просто смотрела, как выдернули из сражения обоих Саважей, и Северина, и Максимилиана, и ещё кого-то из местных. Меня и то посчитали за воду, впервые я стояла в кругу среди тех, кто делится силой с этим старым замком, словно выросшим из горы. И под взглядом демона и под шум боя Асканио начал обряд. Он морщился — потому что бой отвлекал — но делал.

Я не видела, что там сталось с тем замком, я стояла, не в силах пошевелиться — пока всё продолжалось, и смотрела только на Хэдегея и Жанну. Кровь сочилась из раны в её боку сквозь все повязки, капала на камни и словно впитывалась в них. А потом снаружи раздался вздох… и наш круг распался.

Замка не было видно — только горы. Но Дени, младший из братьев, не поверил и бросился к нему… и исчез. И через пару мгновений выскочил обратно, и сообщил — есть, работает. Но снаружи его не видно!

Получилось, и хорошо. Я снова повернулась к Жанне… она улыбнулась всем нам, а потом Хэдегей взял с пояса нож и вспорол себе ладонь. Я ещё в подземелье видела, что из его жил сочится не кровь, а что-то иное, и тут это иное брызнуло прямо на Жанну, и он коснулся её лба, щёк, шеи. И кажется, что-то приговаривал низким голосом на неизвестном мне языке.

А потом она пошевелилась… и встала. Волосы развевались, глаза горели красным не хуже, чем у самого Хэдегея, штаны и колет стали такими же кожистыми, как у него самого.

— Ну что, сестрёнка? — усмехнулся он, облизал ладонь — та тут же срослась, и взял её за руку. — Пойдём, порезвимся?

Они выскочили за ворота, и Филипп едва успел отозвать оставшихся защитников, потому что этим двоим никакая подмога не была нужна. Противник обратился в постыдное бегство, те, кто ещё оставался на ногах, и их даже почти что и не преследовали. Правильно, зачем — там же караулят красноглазые.

— Жанетта, мы ещё увидим тебя? — спрашивал Дени.

— Жанетта, ты наш демон-хранитель! — говорил Филипп.

А мы, остальные, смотрели и молчали. Потому что… потому что. Наверное, так лучше, чем если бы её просто не стало. Где-то есть ураган Катрина, а где-то будет огненный демон Жанетта.

И мы скрыли Саваж.

И сейчас пойдём докладывать Анри. То-то он удивится.