9. Именем Эжени

Наутро я еле дождалась девяти и позвонила в приёмную. Валентина Васильевна, секретарь Жени, отозвалась мгновенно.

Как мы договаривались, я передала телефон Анри — потому что Васильна, как мы все её звали, отлично знает мой голос, она с нами столько лет, сколько у Жени вообще есть секретарь. Почтенная дама, внуки уже в школу пошли, что Женя будет делать, когда она на пенсию пойдёт — никому не ведомо. Но пока — неизменная Васильна на страже.

Так вот, я передала телефон, и дальше говорил Анри. Он поздоровался и спросил, в какое время сегодня можно увидеть Евгения Ильича. Видимо, добавил какой-то посыл, потому что Валентина Васильевна вздохнула, потом ещё раз вздохнула, и раскололась, что с десяти до половины одиннадцатого. Анри вежливо поблагодарил, и попросил передать, что Анри де Роган навестит его в десять.

Я хрюкнула в кулак — вот так, не фунт изюму. Не знаю, что подумала наша Васильна, но — Анри вернул мне телефон и поинтересовался, как скоро нужно выехать из дома, чтобы быть на месте в назначенное время.

— Минут через двадцать, как раз успеваем, — ответила я.

Узкие улицы и пробки — бич иркутских автовладельцев. Но по новому мосту долетим. Это на правый берег все с утра ломятся, на левый — намного меньше. Ну и время уже не самое пиковое.

И когда мы долетели до бизнес-центра, в котором Женя уже лет пять арендовал этаж под офис, как раз оставалось минут десять до назначенного времени. Я с трудом подавила в себе рефлекс поставить машину на привычное место на парковке. Посмотрела туда — пусто. А Женя здесь, всё в порядке.

— Я жду, — улыбнулась ему, выдохнула.

— Всё в порядке, Эжени.

— Вот, если будет туго — отдай сразу, если не будет — просто отдай.

Я сунула ему свёрнутый лист бумаги. Он вопросительно взглянул на меня.

— Посмотри, — пожала я плечами.

Анри развернул, посмотрел.

«Женя, выслушай всё, что тебе скажет Анри, как если бы это сказала я». Под этим — путь. «На моём компьютере на диске Е папка 111, в ней папка „Детали“, в ней папка 002». И вместо подписи закорючка — буква Ж, похожая на шестиногого жука с головой. Был некий риск, но вдруг это не считается прямо полноценным контактом? И вообще, нашли ли мы дыру в правилах, или нет?

— Хорошо, — он кивнул, свернул лист и спрятал его во внутренний карман.

И отправился наружу.

— Жду, — повторила я.

* * *

Анри не видел ничего особенного в том, чтобы пойти и поговорить. Другое дело, что приди кто с таким делом к нему самому, что бы он сказал? Если бы принёс записку, гм, от покойной Терезы? Поверил бы он? А кто ж его знает-то. С таким пока не столкнёшься — не узнаешь.

Внутри здания из прозрачнейшего стекла и ещё какого-то неизвестного ему материала сидели стражники, они носили тёмную форму. Правильно, пусть сидят. Они попытались спросить, что Анри тут нужно, но он отмахнулся и поинтересовался:

— Кто из вас может проводить меня в компанию «Домострой»?

И так посмотрел, чтоб не возникло желания спрашивать, кто он таков да что здесь позабыл.

Один из парней подскочил и едва не вытянулся.

— Пойдёмте, — и открыл ту странную штуку, которая перегораживала проход.

Приложил к ней что-то, похожее на тот артефакт, которым расплачивались в здешних лавках, она и открылась. Анри вошёл внутрь и кивнул парню — веди, мол. Тот пошёл куда-то по коридору сине-серого цвета, ткнул пальцем в углубление на стене, и перед ними в разные стороны раскрылись двери в крохотную комнатку. Анри напрягся собрался, но — вошёл. Встал спиной к стене — мало ли.

Двери закрылись, и комнатка двинулась. Вот прямо двинулась наверх. Эх.

Вчера они с Эжени ужинали в таверне, в которую попадали по странным движущимся лестницам. Она находилась на верхнем этаже огромной лавки, точнее — это был здоровенный дом, в котором кто-то придумал разместить много лавок. В них торговали всем на свете — нередко Анри даже и не знал тех вещей, что предлагали, и для каких надобностей это нужно. Наверное, Эжени бы рассказала, но сколько ж можно спрашивать-то о каждой мелочи! Чаще всего предлагали готовую одежду, Анри не понимал — как это, всегда одеваться в сшитые не пойми для кого вещи, но Эжени посмеялась и сказала, что и шить на заказ тоже можно. Ещё она что-то говорила про размеры и другие детали, Анри непонятные, ну да раз они все здесь во что-то одеваются, то и ладно?

Воспоминания помогли справиться с непрошеным страхом — куда везёт его эта комнатка? Но она остановилась, двери открылись, и парень-стражник вышел вместе с ним.

— Вот, вам сюда, смотрите.

На небольшой площадке и впрямь находилась дверь — с зелёной надписью «ДомоСтрой». Анри толкнул — но она оказалась закрыта. Приоткрыта была другая дверь рядом — с надписью «ДомоСтрой. Отдел продаж». И тут продают.

— Сейчас позвоним, и нам кто-нибудь откроет, — парень снова ткнул пальцем в неприметный серый бугорок на стене, раздался звонок.

Дверь не сразу, но отперли. Ещё один стражник? Парень оглядел их и нахмурился.

— Вам назначено?

— Я к Евгению Ильичу, — сказал Анри и глянул посуровее.

Много болтает. Пусть провожает его да идёт на свой пост.

Видимо, он сказал правильно, и посмотрел тоже, потому что парень подсобрался, кивнул его прежнему провожатому, раскрыл дверь, пропуская Анри, и пошёл вперёд по коридору. Дверь с лязгом захлопнулась за их спинами.

Новая дверь, уже, кажется, деревянная, была распахнута, на ней золотилась табличка «Приёмная». За ней восседала за столом почтенная дама, чем-то напомнившая матушку святого отца из Тихой Гавани. Она нахмурилась, Анри взял дело в свои руки.

— Приветствую вас. Будьте добры, доложите господину Белохвосту, что Анри де Роган желает с ним побеседовать. Он не знает меня и никогда не слышал моего имени, но это не должно оказаться препятствием.

Дама подобралась, поднялась из-за стола и толкнулась в другую дверь, на которой как раз значилось: «Белохвост Е. И.»

— Евгений Ильич, тут к вам пришёл человек, он звонил утром, тот самый, — и в голосе почтенной дамы отчётливо слышалось недовольство.

Изнутри послышалось неразборчивое бурчание, дама отошла от двери и сказала:

— Проходите. Раздеться можно здесь, — она показала на сооружение в углу, из которого торчали выступы странной формы, наверное, на них можно разместить то, что снимаешь.

У них тут ни охранники, ни какие другие люди не были приучены принимать верхнюю одежду, пришлось самому. Куртка тёплая, конечно, но плащ удобнее, его легче надевать и снимать.

— Благодарю вас, — кивнул Анри даме и шагнул в кабинет.

Мужчина был одет, как многие тут одеваются — в однотонный камзол, из-под которого виднелась сорочка, и плоский тёмный галстук, только тот галстук не был украшен ничем. Как Анри или немного моложе, брюнет с сильной проседью. От него веяло усталостью.

— Добрый день, что вы хотели? — поднялся из-за стола, смотрит недобро.

— Мы не встречались ранее, меня зовут Анри де Роган. Где можно расположиться?

— Присаживайтесь, — кивнул хозяин кабинета на кресло по другую сторону его стола, и сам вернулся в своё.

— Вы не поверите, но я буду говорить от имени вашей супруги Евгении.

— Что? — ещё сильнее нахмурился тот. — Какого…

— Я объясню. Постараюсь, — Анри позволил себе усмешку. — Она просила навестить вас через полгода после известных вам событий. И посмотреть, что тут у вас и как. И оказалось — не слишком хорошо.

Менталист в Анри видел, что собеседник сейчас или взбесится, и его придётся остановить, или уйдёт в глухую оборону. Тогда он достал записку от Эжени и положил перед её мужем на стол.

Тот с опаской взял лист, развернул…

— Вы кто? И откуда?

— Издалека. Её просьба для меня значит очень много, я не мог её не исполнить. И если вы будете внимательнее следить за тем, что ваши люди говорят о вас в публичных выступлениях, и за этими самыми людьми, ваши дела пойдут существенно лучше. Ваша супруга беспокои…лась о том, какое наследство достанется вашему сыну. Ей хотелось, чтобы — безупречное.

Далее следовало достать местный артефакт для связи и переслать при его помощи сведения обо всех тех неприятных высказываниях, которые позволил себе дурной человек, служащий мужу Эжени. Анри очень надеялся, что всё сделает правильно, вроде бы, задача была не из сложных, просто непривычной. Открыть, найти записанный Эжени вчера «контакт», и в нём нажать вот на эту закорючку, а теперь выбрать вот это. И нажать на стрелочку.

— Посмотрите на досуге, а лучше так даже и пораньше, чем у вас тот досуг появится. Потому что иначе вашу репутацию не ждёт ничего хорошего.

Супруг Эжени взялся точно за такой же артефакт, что-то там тыкал, смотрел…

— Смотрите внимательно, не упускайте ничего важного, — Анри поднялся. — И благодарю вас за то, что выслушали.

— Стойте… стойте, — хрипло произнёс супруг Эжени. — Кто… вы ей?

— До августа прошлого года — никто. Мы даже и знакомы-то не были, как оказалось, — можно ещё раз усмехнуться. — Некоторым образом душеприказчик. Решите вопрос с господином Котовым — и она весьма порадуется. Там, где она сейчас есть, — добавил поспешно.

Вышел к пожилой даме, кивнул ей, взял свою куртку. Неспешно надел. Дверь внутрь оставалась приоткрытой, оттуда доносились невнятные звуки. А потом вопль:

— Васильна, пресс-службу ко мне немедленно! Нет, всех не надо, только эту, как её, Лильку!

Анри усмехнулся, поклонился даме и отправился обратно. Как он и предполагал, изнутри дверь открывалась малой толикой магии. И даже закрывалась без хлопка. Рядом с волшебной комнаткой он увидел нормальную лестницу, ей и воспользовался. На выходе кивнул знакомому охраннику, тот подскочил и сам открыл ему проход. Дальше оставалось только толкнуть входную дверь и шагнуть в мороз. Хорошо, уже почти не мороз, Эжени права.

Наверное, ей стоило немалых трудов не выскочить ему навстречу. Она открыла дверь экипажа и спросила только:

— Ну что?

— Кажется, нам удалось, — улыбнулся ей Анри, расположившись на сиденье.

Она дотянулась и поцеловала его. Внимательно выслушала и порадовалась. И только потом повернула ключ и запустила то, что движет её экипажем.