Глава 14
Часть выпитого понеслась обратно. От испуга девушка так закашлялась, вода пошла носом, а на глаза нахлынули слёзы. Пытаясь откашляться, Милана отвернулась к окну, и часто задышала, задыхаясь.
- Тпрру! – пробасил брюнет, и она почувствовала, как его рука опустилась ей на спину. Хлопнул пару раз, явно не жалея сил, а Мила отскочила в сторону. – Не хватало ещё откачивать тебя здесь!
Милана в ужасе смотрела в тёмные глаза напротив.
- Что ты здесь забыл?! – ощетинилась, приходя в себя.
- Это мой дом. Не забыла?
Его взгляд падает на её одежду. Мятая футболка фиолетового цвета и такие же шорты. Ему показалось, что они слишком короткие. Ножки стройные, кожа светлая, на вид очень гладкая. Напрягся, и сунул руки с карманы спортивных брюк.
Смотрел на то, как она торопливо отводит взгляд. Куда угодно, лишь бы не на него.
- Мне сказали, что ты переехал, – подобралась вся, руки сложила на груди в защитном жесте.
- Переехал… но, знаешь, как говорят? Родные стены тянут обратно.
Ещё один взгляд. Вопрошающий. Он бы даже сказал: боевой. Что, милочка? А ты уже расслабилась?
- Ты… - злится. Злится от того, что ни черта не понимает, – ты…
- Я?
Илья делает шаг в её сторону, и девушка мгновенно шарахается, прячась за столом.
- Ничего, – поджимает губки, и обходит стол по кругу. Искоса поглядывает на брюнета. Уж слишком он доброжелателен. Подозрительно спокоен. Ни одного оскорбления или гадкой шуточки? Это странно.
Мила нервно проводит пальцами по волосам, и, стараясь больше не смотреть на Леднёва, мигом выскальзывает из кухни. Как только оказывается возле лестницы, тихо рычит и, перепрыгивая через ступеньку, мчится к себе. Хлопает дверью и тут же подпирает ту стулом.
Это наказание какое-то! Где она так согрешила, что кара небесная в виде этого кретина упала ей на голову?!
А вчера? Он ни слова не сказал о вчерашнем вечере. Почему? И это тоже странно. Совершенно на него не похоже. Он что-то задумал?
Голова вновь загудела от резких движений. Девушка зажмурилась и, подойдя к кровати, опустилась на упругий матрац.
«Мурр».
Оглянулась. На подушках по-царски лежала Виски.
Где ты была, когда я тебя звала?
Блондинка протянула руку и погладила шёлковую шерстку, зарываясь в неё пальцами. Успокаиваясь. Легла рядом, и закрыла глаза, продолжая перебирать мягкую рыжую шубку.
Веки вновь становились тяжелее. Дыхание выравнивалось.
Плевать. Она так мечтала об этом моменте. Когда раскалывающаяся голова коснётся подушки. Когда сон окутает сознание.
Леднёв не стоит того, чтобы мучить собственный организм. Даже если он захочет войти, стул упадёт, и она проснётся.
В голову вихрем ворвались воспоминания. Его руки, пальцы, которыми он касался её. Пальцы, которыми он сжимал её шею. Что это? Лютая ненависть? Издевательство? Испытание на прочность? И… ей ведь не показалось? Он смотрел на её губы. Могло ли это означать, что он хотел её поцеловать?
С ума сошла?!
Дёрнула головой, прогоняя мысли о нём, и следом почувствовала боль. Вновь. Стиснула челюсти…
Бах!
Мила ошарашено подскочила, а вместе с ней и пушистая неженка. Нахохлилась, глядя на то, как покачнулся стул. Но не упал.
- Дверь открой! – раздраженный тон говорил о том, что брюнет снова чем-то недоволен. Стоит ли открывать? Откровенно говоря, она просто боялась. Да, именно.
Уселась на край кровати, гипнотизируя тень под дверью.
- Ты глухая или тупая? – ничего нового. Всё так же, как и было раньше.
- Чего тебе? – коснулась ступнями мягкой ворсы и поднялась на ноги. Переминаясь с пятки на пятку, приблизилась.
- Открой эту чёртову дверь, – чуть спокойнее. Но раздражение в его голосе никуда не делось.
- Что ты хочешь? – чуть смелее. Мила сделала несколько полноценных шагов и быстрым движением поправила стул. - Леднёв, ты можешь просто оставить меня в покое? Я же не трогаю тебя!
- Убери нахер этот стул, Назарова. И открой дверь. Или я открою её сам…
- Да с какой стати я должна тебе открывать?!
Это моя комната! Моя территория! Так хотелось это сказать. Но это была не её территория. Он бы только посмеялся над подобным заявлением.
- Отдай, блять, мне мою кошку. Усекла?! – звучало, как угроза. Его кошку?
Милана недовольно уставилась на виновницу шума. Кажется, той уже было абсолютно наплевать.
Девушка тяжело вздохнула. Сосчитала мысленно до трёх…
- Сейчас, – бросила в закрытую дверь, и сгребла с постели мягкое рыжее облако. Его кошку… подумать только.
Одной рукой удерживая Виски, второй отодвинула стул, освобождая рукоять. Хотела открыть, но Леднёв опередил. Ворвался, а девушка еле успела отскочить в сторону. Ненормальный.
- И чтобы больше не приближалась к ней, – прорычал, и выхватил из её рук животное.
Парень брезгливо поморщился и, смерив её уничижительным взглядом, шагнул обратно за порог.
Обида. Она кипятком пронеслась по венам. Горькая, липкая. Вязкая.
Полшага в его сторону. Рот открылся сам, а губы зашевелились, выдавая то, что зудело на кончике языка.
- И ты! – крикнула в отдаляющуюся спину. – Ты тоже не смей приближаться ко мне! Ясно?! Заруби это себе на носу!
Сказала. Выплюнула и, затаив дыхание, с ужасом ожидала реакции.
Он замер. Расслабил руки, позволяя кошке спрыгнуть на пол, и забежать в его спальню. Блондинка видела, как поднимаются его плечи от разъярённого дыхания.
Она же могла промолчать? Могла. Но не промолчала. И, кажется, воздух вокруг стал густым и мерзко липким.
Шаг назад. Не упуская из виду его фигуру. Он развернулся. А на лице… ничего. Такое чёрное и пустое ничего. Шаг в её сторону.
Нужно было промолчать.
Мила вновь ощутила это... противное ощущение. Всё снова идёт не так. Предчувствие беды. Катастрофы. Запоздалое.
Пискнула, когда брюнет направился обратно, и подскочила на месте, вновь забегая в комнату. Зацепила дверь, и сорвала ноготь, когда закрыла ту перед его носом. Почти закрыла. Потому что до стула дотянуться не смогла.
Он с лёгкостью открыл её. Кажется, что даже особо не напрягался. Поднажал слегка и сдвинул её вместе с девчонкой.
- Не подходи ко мне! – крикнула, глотая нарастающую панику. – Не приближайся! Слышишь?
Он слышал. Сдавленный вздох и широкий шаг. Резкий выпад, и крепкие мужские пальцы ловят её локоть. Больно дёргают на себя.
- Нет! Пусти! Пусти меня, Илья! – взмолилась блондинка, отпихивая от себя парня. – Я была не права! Не права, я признаю!
На миг её сердце остановилось, когда чёрные глаза впились в её, обжигая своей токсичностью. Она леденела от его взгляда. Кровь стыла, превращая её… боже, в кого она превращается рядом с ним?
- Что ты задумал?! – её голос срывается. Девушка зарычала, обнажая белые зубы, и попыталась вырваться. Удар. И воздух со свистом вырвался из лёгких. Стоит перед ним, готовая зареветь. Прижатая лопатками к прохладной стене. От удара о стену спина заныла. О голове уже никто не помнил… а, может, таблетка всё же подействовала?
- Ты… какая же ты идиотка. Настолько тупая, что до тебя не доходит ни с первого раза, ни со второго, – шипит, склоняясь над девушкой. Каждым словом бьёт наотмашь. – Не смей открывать свой поганый рот. Ты действительно не понимаешь? М? Думаешь, я шучу с тобой?
Удерживает Милу одной рукой за плечо, а второй обхватывает милое, но слишком испуганное личико. Стискивает пальцами челюсти. Давит сильнее, заставляя её ротик открыться.
- Знаешь что? – обводит хищным взглядом нежные черты лица напротив. – Я, пожалуй, останусь жить здесь. Ты же не против? Так ведь? Мы сделаем вид, что подружились… как тебе такая идея? М?
Конечно… она хочет что-то сказать. Если бы не его пальцы, что так больно сжимались на её челюсти…
Они оба вздрогнули. Встрепенулись, когда телефон, оставленный на зарядке, громко заиграл «Christmas is all around». Илья оглянулся на раздражающую трель. Всего лишь на миг. Но ей этого хватило. Собралась и, что есть силы, толкнула парня. От неожиданности брюнет потерял равновесие и отшатнулся в сторону, а Мила тотчас сорвалась со своего места.
Бросилась по лестнице вниз, чувствуя, как ноги заплетаются. Совершенно не слушаются. Трясущимися руками распахнула шкаф в прихожей и схватила первый попавшийся пиджак. Чужой. Сердце безжалостно билось о рёбра, пока она, цепляя свои ботинки, слышала звук его шагов.
Он близко. За спиной.
Кинулась к двери, щелкая замком… но…
Ключи…
- Это ищешь?
Замерла, впиваясь ледяными пальцами в металлическую рукоять. Позади послышался звон ключей. В глазах зарябило. Мила на негнущихся ногах обернулась, и скривила лицо, замечая его гадкую ухмылку.
- Чего ты хочешь? – бессильно. - Чтобы я ушла? Я с удовольствием уйду! Только мне некуда идти!! Понимаешь?!
- Прикрути громкость. – прорычал, пряча увесистую связку ключей в кармане.
- Я устала. Как ты не понимаешь? – изящные бровки сошлись на тонкой переносице. – Сколько можно издеваться надо мной? Что я тебе сделала, что ты так ненавидишь меня?!
Её рука слабеет, и пальцы отпускают ботинки. Они падают на пол, отскакивая в разные стороны.
- Давишь на жалость?
Шагнул к девушке, наблюдая за страхом, что плескался на дне её глаз. Он был почти осязаем.
- Я просто хочу спокойствия. Это так сложно понять? Я не трогаю тебя! Не лезу. Я почти невидимка, чёрт возьми! Но ты продолжаешь кормить меня своей ненавистью!
Сжалась вся, когда Леднёв оказался совсем близко. Но вздернула подбородок, демонстрируя напускную смелость. А сама дрожит, как осиновый лист.
Его запах. Смола. Хвойный лес. Этот аромат схватил её за жабры. Легкие закипали.
- Ты… одно твое присутствие в моей жизни бесит меня до блядского скрежета зубов. Мили…
- В твоей жизни меня нет… о чём ты вообще? – переходя на шёпот. Словно кто-то мог их здесь услышать.
Сука… нет? Нет, говоришь? Тогда какого хера ты застряла в башке снарядом, готовым разорвать черепную коробку в любой момент?! Какого хера меня бросает в грёбаный жар каждый раз, когда вижу тебя?
- Я ведь извинилась тогда… я просто не знала. Я понятия не имела…
- Замолкни, – хмурится брюнет. Жевалки на суровом лице ходили ходуном.
- Я правда сожалею о сказанном! Что с тобой не так?! Почему ты так жесток? Где твоя человечность? – её понесло. Она понимала это, но остановиться не могла. Желание достучаться до него оказалось сильнее рассудка. – Ты вообще знаешь, что такое нормальные человеческие отношения? Тебе знакомы такие слова, как дружба? Сочувствие? Прощение? Чего тебе недодали в детстве?!
- Просто замолкни! – его рука врезалась в дверь возле её головы. Девушка вздрогнула, прикрываясь руками.
Идиотка. Совсем за кусок дерьма меня принимаешь? Ждёшь, что я ударю тебя?!
- Ты нихера обо мне не знаешь, Назарова. - Склонился над ней, щекоча ухо, горячим дыханием. – Закрой свой рот. И не смей. Слышишь? Не смей лезть мне в душу. Кто ты такая, мать твою?!
Было похоже на то, что она коснулась оголённого провода. Уязвимого... девушка, не моргая, смотрела на его чуть подрагивающий кадык. Не в силах пошевелиться. Ощущая яростное жжение в глазах.
Молчи, Мили. Просто молчи… не говори больше ничего. И тогда, возможно, он отойдёт от тебя. Отпустит. Позволит выдохнуть, и прийти в себя. Хотя бы немного.
- Ты… - дура, зачем ты это говоришь?? – ты не причинишь мне вред. Все твои слова… они… ты просто прячешься…
- Не испытывай судьбу, Назарова. Ты понятия не имеешь, на что подписываешься. – рваным движением оттолкнулся от двери. Сделал пару шагов назад, не отрывая взгляда от девушки. Смотря на неё так, будто она грязь. Как обычно. – А… хотя, знаешь? – опустил тёмные брови на глаза, и вновь приблизился. Слишком быстро. Слишком неожиданно. – Мне просто интересно…
Миг. И горячие губы впились в её рот жёстким поцелуем. Тут же поймал её руки, которыми она замахала в попытке увернуться от него. Завёл ей за спину, и почувствовал как она прогнулась. Будто в желании стать ближе.
Провёл горячим языком по её нижней губе, и в голове у блондинки разорвалась петарда. Больно, громко. Почти оглушила. Ноги перестали держать, а под веками заплясали огоньки. Зачем она вообще закрыла глаза, черт возьми?!
Мгновение… и Леднёв отстраняется. Медленно расправляет плечи и вытягивается во весь свой немаленький рост.
- Тебя твой рыжий гандон даже целоваться нормально не научил? – скривился, демонстративно стирая со своих губ влагу. – Или этот… коротышка на гольфе? Кто из них тебя "катает"? - мерзкая ухмылочка, с намёком на грязь.
Отвернулся. Он уходит…
- Иди к чёрту, – провожая взглядом, полным ненависти, его широкую спину. – ты… проглатывая, наконец, язык, и ощущая горечь… везде, где только можно.