Глава двадцать девятая

Не отпускает.

Сверлю его взглядом.

- Я хочу побыть одна, понимаешь, нет?! Одна?! Без ваших долбанных интриг!

Играет желваками так, что чуть колышется ровная, аккуратно подстриженная тёмная борода. Но руку мою отпускает.

Распахнув дверь машины, хватаю сумочку и выскакиваю наружу. Едва не поскользнувшись при этом.

Взбешённая, заплаканная, устремляюсь вперёд, к метро.

Кофейный "Крайслер" принимается тихо ехать рядом. Резко повернувшись к машине, испепеляю её вместе с водителем взглядом.

Но водителю хоть бы хны. Знай себе, спокойно едет вперёд, чуть подкручивая рукой руль.

Окей! Хочешь ехать со мной до входа в подземку?! Езжай! Давай, вперёд! Езжай!

Цокая каблуками по асфальту, на ходу достаю из сумочки подаренный мне Михаилом айфон. Три пропущенных от Карины. Ну, окей! Сейчас я тебе сама позвоню, подруга!

Ткнув на экране в имя в списке пропущенных, прикладываю трубку к уху.

Долгие гудки ожидания...

- Алло, - наконец отвечает Алла.

Голос будто чуть заспанный.

- Хорошо что ты меня разбудила, - сонно произносит она. - Представляешь, вырубило на диване... А я даже зубы не почистила...

- Плевать мне! - воплю в трубку я. - У меня к тебе только один вопрос, Карина!

Тишина. Подруга, наверное, так охренела просто...

Правильно ты охренела. Я тут с твоей подачи уже второй день охреневаю покруче! Пора бы и тебе немножко охренеть! Интриганка хренова!

- Только один! НА-ХЕ-РА?! ЗАЧЕМ, КАРИНА?! ЗАЧЕМ?!

- А-а, - спокойно произносит она. - Так ты уже в курсе?

- Да, блять, я в курсе! В курсе! Я тебя о чём-то таком просила?! Просила?!

Иду по освещённому фонарями тротуару. По дороге туда-сюда проносятся машины. Кофейный "Бентли", тихо шурша покрышками, едет рядом со мной. Охрана хренова! Отвяжись от меня!

- Да что ты так орёшь-то? - продолжая оставаться невозмутимой, отчего ещё больше бесит, спрашивает Карина. - Говорю же, я проснулась только.

- Ты вообще меня слышишь?!

- Тебя трудно не услышать, - усмехнувшись, отвечает она. - Ты так кричишь, что тебя, скорее всего, слышат даже мои соседи.

- Плевать мне на твоих соседей!

- Это я уже поняла. Что тебе на всех плевать.

- Ты меня ещё поупрекай!

- Да никто тебя не упрекает. Ты мне лучше скажи: а какие ещё были варианты? Ты думаешь, я не знала, что ты будешь всех браковать? Ещё до того, как узнаешь поближе? Ты же вообще привыкла уже никого из мужиков к себе не подпускать ближе чем, на пару метров. Обожглась, бывает. С какого фига ты ты теперь ко всем мужикам так относишься, как будто все они - лживые, изворотливые женатики?

- Да тебя это вообще волновать не должно!

Прям аж трясёт меня сейчас... Она мне ещё выговаривает, ты посмотри! Совсем охренели!

- А волнует, Алк. Волнует. Красивая, сексапильная, яркая, интересная баба тихой сапой превращается в серую мышь. Потакает собственным страхам и комплексам. Ты думаешь, раз тебе плевать, мне тоже плевать? Мне, дорогая, на тебя никогда плевать не было.

- Ты своей личной жизнью занимайся! - возмущённо восклицаю я. - Своей!

- А я занимаюсь. И каждый раз вижу тихую, тягучую зависть в твоём взгляде. Каждый раз боюсь тебе сказать лишнее, чтобы тебя не ранить. Что меня мужик мой на руках носит, цветами задаривает, по ночам, уставший после работы отлизывает мне так, что у меня фонтаны перед глазами один другого краше. И трахает потом так, что на следующий день летаю просто, а не хожу. От счастья и уверенности в себе, милая.

- Рада за тебя! - рычу я.

- Вот и я за тебя хочу.

А мне сейчас хочется только швырнуть телефон в асфальт. А ещё лучше - в машину, которая, как ни в чём не бывало, продолжает нагло ехать рядом!

- Спрашивать надо, понятно?! - держа телефон перед губами, воплю я. - Спрашивать, понятно?!

Карина что-то отвечает, но из-за шума проезжающих мимо машин, я толком ничего не разбираю. И потому вновь прикладываю телефон к уху.

- ...понимаешь? Бесполезно! Ты вспомни, сколько раз я старалась хоть как-то тебе помочь. Спрашивала при этом. Толку, Алла? Толку? Ты же чуть что - убегать начинаешь. Ты ж боишься теперь всего. А тут мужик классный тобой заинтересовался. Я же знаю, какой он. Он у нас в гостях был несколько раз. Мы в поход вместе ходили, на байдарках сплавлялись. Он выручает всех и каждого, когда нужно. Сильный, мужественный, надёжный. Блин, да я сама в него чуть не влюбилась! Думаешь, я не понимаю, почему тебя сейчас так таращит?

- Карина, он с твоей подачи меня купить пытался... - застонав, останавливаюсь я. - Ты понимаешь вообще, что я думала, что эти покупки...

- Что эти покупки - что?! - повысив голос, перебивает меня она.

- Для задания нужны...

- Ты дурочка, что ли, совсем? Я же тебе говорю - нравишься ты ему! Нравишься, понимаешь? Он, блин, думать забыл обо всех. Костьке все уши прожужжал про тебя... Какая ты охрененная. Скромная, честная, красивая.

Поникнув, устало запускаю пальцы в волосы...

- Что ты врёшь-то? - тихо спрашиваю в трубку я.

И смотрю на остановившийся рядом "Бентли".

- Да не вру я тебе, глупышка. Не вру. Он правда на тебя запал. Очень. Ты же хотела классного мужика. Помнишь, что говорила, когда перед зеркалом стояла?

- Это с твоих слов он классный... - отвернувшись от остановившегося автомобиля и шмыгнув носом, говорю я. - А мне он врал...

- Врал, верно. Потому что, скажи он тебе правду сразу, хрен бы ты согласилась с ним на свидание пойти. Он же внешне не похож на слащавых принцев из твоих мечт. Типа женатика, который как ты мне говорила "весь такой очаровашка". Забыла, да? Когда ты в него по уши втюрилась. Он что-то как-то перестал очаровашкой быть, когда ты узнала, что он женат.

- А какая разница? - тихо спрашиваю я.

Слёзы, одна за другой, катятся по щекам. И плевать уже. Пусть катятся...

- Какая разница, Карин? Один наврал, другой наврал...

- Разница, дорогая, огромна. Успокоишься - поймёшь.