Глава сорок девятая
Спустя полчаса из окна второго этажа вижу подъезжающий чёрный "Роллс-Ройс". Он останавливается на стоянке неподалёку от белой иномарки Марии. Маша уже тут как тут. Приняв сексуальную позу, ждёт у двери. Ещё через пару секунд Миша выходит из автомобиля и направляется к ней.
Не скрою, меня нервирует их разговор. Он общается спокойно, она нервно. Пару раз показывает в сторону дома, видимо, говоря обо мне.
Вижу, как Миша качает головой и надумываю себе чёрте-что.
Вновь появляется комплекс самозванки. К тому же я нервничаю ещё и потому, что просто не знаю, одобрит ли Миша мой выход к ним, или предпочёл бы поговорить с Машей наедине.
Ловлю себя на том, что грызу ноготь большого пальца и тут же одёргиваю себя. Этого ещё не хватало.
В конце-концов, я либо доверяю, либо нет. Поводов не доверять Миша мне не давал ни разу с того момента, как мы стали жить вместе. К тому же, судя по выражению его лица, встрече с Машей он совершенно не рад. Просто старается вести себя сдержанно.
Однако мне беспокойно. Я не понимаю, зачем она приехала и что сейчас ему говорит. И мне кажется, что этот разговор угрожает моей личной жизни. Той жизни, которую я научилась ценить и которую успела полюбить. Жизни, в которой я могу позволить себе быть и сильной личностью и слабой женщиной одновременно. Жизни, в котором я действительно могу положиться на своего мужчину.
Но если это так, то тогда мне просто надо успокоиться и дождаться того, что Миша придёт и всё мне расскажет. Мне просто надо ему доверять.
Однако сейчас это трудно. Потому что я знаю, что Маша - его бывшая. И помню её слова в клубе знакомств о том, что у неё для него припасён важный и серьёзный разговор. А ещё у меня сложилось стойкое впечатление, что она из той породы людей, которые, прокладывая путь к своим целям, запросто идут по головам.
Вздрагиваю из-за того, что мой телефон принимается вибрировать на столе. Да, похоже, я всё-таки перенервничала.
Миша...
Вижу в окно, что он стоит рядом со своей машиной, неподалёку от скрестившей руки на груди Машей. Глядя на дом, держит трубку у уха.
- Алло.
- Алло. Любимая, ты сейчас где, в доме?
- Да...
- Подойди, пожалуйста. Я на стоянке перед домом.
- Хорошо. Минуту.
Сердце принимается колотиться чаще. Что-то я волнуюсь прям.
Минуя пункт охраны, отвечаю слабой улыбкой на улыбку и кивок Александра.
Выхожу.
Маша, стоя у своего автомобиля, сверлит меня взглядом. Напряжённая, злая, нервная.
Миша подходит ко мне. Приобняв за талию, целует в губы. Нежные прикосновения вкупе с ароматом любимого мужского парфюма немного расслабляют меня.
Миша поворачивается вместе со мной с Марии.
- Подойди сюда, - жёстко и холодно говорит ей он.
Взглянув в сторону, Маша вздыхает, но делает, как он сказал. Пусть и нехотя, но повинуется.
- Значит, слушай внимательно, - глядя на неё, цедит Миша. - Я скажу тебе это один раз. Но так, чтобы ты хорошо услышала.
Маша стоит, поджав губы. Взгляд исподлобья направлен исключительно на Мишу. На меня она не смотрит.
- Алла - моя невеста. Моя будущая жена. Женщина, которую я люблю. И которая, пока меня тут нет, абсолютная здесь хозяйка. Если не дай Бог ты что-либо нехорошее попытаешься сделать в её адрес, я тебя из-под земли достану. И накажу очень жёстко.
Он делает многозначительную паузу. Мне неловко, но я понимаю теперь, зачем он меня позвал.
- Ты мне, Маша, давно уже - никто. Вообще никто. Дорогу сюда - забудь. Я лично дам распоряжение охране, чтобы они отреагировали жёстко, если подобная выходка повторится. Ты меня поняла?
- Да... - посмотрев в сторону, глухо произносит Маша.
- Теперь по поводу твоего заявления. При невесте своей говорю: я в курсе, что ребёнок, который у тебя родился - не мой. Захочешь тестов - мы их сделаем. Но после того, как документально будет подтверждена правда - я подам на тебя в суд. И я тебя уверяю, я его выиграю. И ты это знаешь.
- Послушай, Миш, - взглянув на него, горячо восклицает она, - это отчаяние!
- Я ещё раз тебе повторяю, - жёстко пресекает он. - Ты мне - никто. И твоё отчаяние меня больше не волнует. Но может быть тебе посочувствует Алла. Вот я сейчас зайду в дом, а ты, если тебе очень надо, изложи свою просьбу - реальную просьбу, а не то, что ты тут стала изначально изображать, моей невесте. Вежливо. С уважением и почтением. И если Алла согласится тебе помочь, даст мне на это добро, я - помогу. Нет - значит нет. Поэтому хорошо подумай прежде чем грубить моей невесте. Именно от её решения зависит твоя дальнейшая судьба. Ты всё поняла?
- Да.
- Отлично.
Повернувшись ко мне, Миша тихо говорит мне:
- Я - рядом. Захочешь ей помочь, скажи. Не захочешь - просто ничего не говори. Ты видишь её в первый и последний раз. И прости меня за эту сцену, но твоё спокойствие мне дорого.
Поцеловав меня в щёку, он уходит и вскоре скрывается за дверьми пункта охраны.
Я ещё пока не очень хорошо понимаю, что происходит. Смотрю на Машу.
Куда делся весь лоск? Куда подевался снобизм? Она стоит, едва ли не ссутулившись. Во взгляде её мольба.
- Алла, я прошу простить меня. Я была не права.
- Ничего страшного, - отзываюсь я.
- В общем... - ей явно очень некомфортно. - В общем... Я в крупных долгах... И хотела... Хотела сделать так, чтобы... В общем, я беременна, Алла. Я на пятом месяце. Живот уже видно, поэтому, как видите, теперь я ношу более свободную одежду... Это неважно, я понимаю, но...
Судя по всему, я изменилась в лице, потому что она торопливо добавляет:
- Нет-нет, Алла, ребёнок не от Миши. Я изменила ему... Когда мы были вместе, всего один раз, но...
Она на пару секунд умолкает. Видно, что она не играет и что слова действительно даются ей с трудом.
А у меня - ноги ватные... Прям слабость какая-то...
- Именно тогда я, судя по всему и забеременела. И я хотела. Хотела, чтобы Миша подумал, что... Я была уверена, что он не станет настаивать на... Что он вернётся ко мне и у нас опять...
- Я поняла, - кивнув, сухо отвечаю я.
- Это некрасиво, я понимаю...
- Думаю, что лучше подойдёт слово "подло". Причём, не только в контексте вашей измены.
Она смотрит мне в глаза. Во взгляде её отчаяние.
- Да, я согласна, Алла! Но... Вы не были на моём месте и...
- А вы, - говорю я, - на моём.
Она тяжело вздыхает.
- Я думаю, что у нас разные ситуации...
- Я жила честно. И живу честно дальше. Основная разница между нами - именно в этом. И я думаю, что если бы Миша не поставил бы вас на место, вы бы продолжили общаться со мной так же по-хамски, как начали.
- Я же признала... Я была не права. И видела в вас конкурентку. Собственно, я даже не ожидала, что у Миши кто-то сейчас есть. И удивилась, когда увидела вас... Вы показались мне изначально не того круга...
Матом выругнуться хочется. Но я сдерживаюсь. Откуда у неё-то столько гонора, а?
- В общем... - она тяжело вздыхает. - Давайте я перейду к делу.
- Да, пора бы, - сухо говорю я.
- Как вы, Алла, наверное, знаете, у меня нет богатых родственников. Ну, то есть, я думаю, что вы уже знаете это. Возможно Миша вам рассказал про нашу историю...
Молчу.
- И то, что я имела, - продолжает она, - это... Это были во многом прошлые Мишины инвестиции. Он - благородный человек, но... Вы меня тоже поймите... У меня нет никаких других вариантов. На мне теперь пять кредитов. А бизнес мой аннулирован.
- Но при этом у вас дорогая машина, - холодно произношу я.
- Она не моя! - прижав руки к груди, горячо восклицает она. - Она тоже взята в кредит! Мне нужно было не терять лицо...
Не самый ты лучший способ для этого нашла, Маша...
- Поймите, у меня будет маленький ребёнок, - тихо произносит она. - Аборт делать уже поздно. Но мне и нельзя его делать... Да я и не хочу! Ребёнок-то вообще ни в чём не виноват... А отцу своему он не нужен... Там такой человек, что... - махнув рукой, она, едва не плача, чуть кривится лицом, но тут же берёт себя в руки. - Послушайте, я тянула, сомневалась. Вы просто не знаете, что я переживала. Я вроде бы решалась, но потом... Знаете, как откат... Мы с вами познакомились как раз тогда, когда я впервые решилась на... Но потом снова.... Я металась, Алла... Только вот теперь я в такой ситуации, что мне просто деваться некуда. Потому и приехала. Я же Мише даже написать не могу, не то, что позвонить... Я понадеялась, что Миша не остыл ко мне и я смогу...
- Выдать чужого ребёнка за его ребёнка.
Она краснеет и опускает глаза.
- Я просто знаю, что если бы он меня хоть немного любил... Он бы не стал проверять...
Мда-а... Иногда за внешним лоском не видно сути. Прямо передо мной - наглядный пример. Но я чувствую, что мне её жаль. Что она действительно в тупике.
- Помогите мне... - взглянув на меня, умоляюще произносит она. - Пожалуйста...
- Сколько вам нужно? - холодно спрашиваю я.
Она чуть мнётся.
- Двенадцать миллионов. Точнее, чуть больше, но... Я думаю, что смогу найти недостающую сумму...
Качаю головой.
- Я не могу распоряжаться такими деньгами. Деньги зарабатывает Миша.
- Я понимаю, но... Он же сказал...
- Я передам ему вашу просьбу, - тихо говорю я. - Но при одном условии.
Она вопросительно смотрит на меня.
- Вы нас больше не побеспокоите. Никогда.
- Я обещаю...
Киваю.
- Хорошо. Хорошего дня.
- И вам...
Ухожу обратно и чувствую, что меня аж трясёт немного. Всё-таки эта встреча была для меня неприятной неожиданностью. Но я рада и благодарна Мише за то, что он меня позвал. Если бы она уехала, а он передал бы мне это на словах, я бы долго ещё параноила, беспокоясь и надумывая всякую фигню. И ревновала бы. Сто процентов.
А теперь - как отпустило. Однако состояние такое, что мне сейчас прям показаны тёплые Мишины объятия и чашка мятного чаю.
- Алла!
Оборачиваюсь.
Маша смотрит на меня с благодарностью и с грустью.
- Я хочу сказать вам, что... Что я вам завидую.
Она закусывает губу.
Не знаю, что на это ответить.
- Вас он правда любит. А я - просто дура.
Качаю головой.
- Вы - не дура, - и добавляю: - Всё будет хорошо.
Шмыгнув носом и смахнув пальцами слезу, она кивает. Красивая, но теперь не такая уж и холёная, она, взявшись за дверь машины, садится в салон. А я, поднявшись по трёхступенчатой лесенке, скрываюсь за дверью пункта охраны.
Выхожу на лужайку. Чешу за ухом подбежавшего Джона. Тигр довольно щурит глаза.
Миша стоит у фонтана и вопросительно на меня смотрит.
- Она попросила двенадцать миллионов, - говоря я, подойдя к нему. - Но сказала, что ей нужно чуть больше.
Миша молчит. Вижу, как играет желваками.
- Любимая, - взяв меня за талию обеими ладонями, он внимательно смотрит мне в глаза, - я могу ей помочь. И, несмотря на то, что она натворила, хочу. Это не очень большие для нас деньги. Но я однозначно не буду этого делать, если ты против. Правда не буду.
- Я не против.
- Правда? - он внимательно смотрит мне в глаза.
- Да.
Мы немного молчим.
- И знаешь что, Миш?
- М?
- Спасибо тебе.
- За что? - не понимает он.
- Ты даёшь мне возможность чувствовать себя важной.
- Ты и есть - важная.
Он нежно целует меня, и я чувствую, как меня потихонечку отпускает. В его тёплых нежных объятиях, мне становится так хорошо и спокойно, что я вдруг понимаю. Я действительно стану его женой. Это всё не прикол. А я, похоже, до конча не верила в это. И он правда любит меня.
Куснув губу, чувствую, что к глазам подкатываются слёзы.
Миша нежно целует меня в висок.
- Покормишь меня, малышка?
Улыбаюсь. Прижимаюсь щекой к его груди и улыбаюсь.
- Конечно, - тихо говорю я.
Джон, тихо подойдя, трётся об мою ногу, закручивая вокруг неё хвост.
Миша ласково треплет его между ушами.
Всё-таки хороший сегодня день. Он очень много чего расставил по своим местам. И мне это было нужно. Правда нужно. Я даже не думала, что настолько.
И да. Теперь я ещё больше уважаю Мишу. И ещё больше хочу стать его женой.