15. Лика

Всю дорогу до больницы мы молчим. Я сижу, уткнувшись в окно и сжав в руке телефон. Тимофея порезали. Причем, видимо, серьезно, раз состояние у него тяжелое. Как? За что? Кому он помешал? Или хулиганы?

Я ничего не знаю. Папа был немногословен по телефону.

Спасибо Тимуру, к больнице мы приезжаем быстро.

- Я с тобой, - кидает Тимур мне в спину. Только машина остановилась и я сразу же выскочила.

- Не надо, - быстро отвечаю я на ходу и вбегаю в здание больницы.

Узнаю у медсестры, где брат. Он уже не операции. Медсестра показывает мне в коридор на мужчину, сидящего с опущенной головой. Папа.

- Пап! – подбегаю к нему и обнимаю. – Что случилось? Тебе уже рассказали? Как Тимофей?

Папа поднимает на меня потерянный взгляд.

- Он без сознания, Лика. Его в кому ввели в искусственную. Сейчас на операции. Не знаю. Ждем.

- А что случилось? Ты знаешь?

- Нет, подробностей не знаю. Аркадий его в больницу привез.

- Аркадий? – я хмурюсь.

- Да. Сказал, что нашел Тимофея возле дома, когда к нам подъехал. Тебя искал Аркадий. А ты где была, Лика? – папа как будто вспоминает о чем-то. – Все в порядке?

- Да, - опускаю взгляд. – Я потом расскажу. Все хорошо. Я у знакомой заночевала. А где Аркадий?

- В полиции. Показания дает там. Лика, если Тимофей не выживет, - и отец пронзительно смотрит мне в глаза.

- Папа, - я обнимаю его. – Давай даже не думать об этом. Все будет хорошо. Он же уже в больнице. Значит, все будет хорошо. А мама? Мама знает?

- Да, она уже вылетела.

- Хорошо. Пап, слышишь меня? Все хорошо будет.

Он лишь беспомощно кивает.

В этот момент к нам подходит Тимур. Папа без интереса смотрит на него.

- А, Тимур, и ты здесь? Тоже уже знаешь? Тимур, - папа вдруг встает и берет Тимура за плечи, - может, ты знаешь? Кто мог это сделать? Был конфликт у Тимофея с кем-то? А? Тимур?

Я вижу, что папа сильно возбужден. Тимур пытается его успокоить.

- Не знаю, - отвечает. – Так сразу и не приходит ничего в голову. Тим ничего не рассказывал мне такого. Как он, кстати? – переводит взгляд на меня.

- Плохо, - чувствую, как слезы скатываются по щекам.

Тимур подходит ко мне, обнимает и прижимает к себе. Вытирает большим пальцем слезы.

- Тихо, маленькая, - шепчет так, что слышу только я. – Тим выберется. Он сильный. Тихо.

Я утыкаюсь ему в плечо и реву. Уже не сдерживаю себя.

- Тимур, - обращается к нему папа, - помоги, пожалуйста, там данные дозаполнить. В приемном покое. Я не хочу отлучаться. Вдруг врач выйдет. А Лика… сам видишь…

- Да, конечно, - Тимур незаметно целует меня в макушку и отпускает. Но перед этим шепчет: - тихо, маленькая. Не плачь. Все хорошо будет. Сядь пока. Я сейчас.

Он уходит и я сажусь рядом с отцом. Тишина. Которую каждый из нас боится прервать. Мы так напряжены, что кажется любой звук, любой шорох выведет нас из равновесия. И поэтому когда в конце коридора раздается голос Аркадия, я вздрагиваю.

- Лика! – он подходит ко мне и садится рядом. – Где ты была, Лика? Я искал тебя. Приехал к вам, а там Тимофей. Все в порядке? Что случилось, Лика? Ты не отвечала на звонки.

- Давай потом, Аркадий, - вытираю слезы и пытаюсь успокоиться. – Не сейчас. Ты был в полиции?

- Да. Давал показания. Надеюсь, найдут уродов.

- Аркаш, за что они так? Почему?

- Не знаю, Лика, не знаю, - он пытается обнять меня, но я отстраняюсь. – Я уже поговорил с врачом. Хорошо, мой бывший одноклассник тут главврач.

После этих слов я поддаюсь и позволяю ему обнять себя.

- Они вылечат его? – с надеждой смотрю на него.

- Сделают все возможное. Они обещали.

- Спасибо, Аркадий, - говорю я.

- Ну что ты говоришь, - он целует меня в щеку и я вся съеживаюсь. Но не отстраняюсь.

Потом понимаю, что нельзя, чтобы сейчас тут появился Тимур. Нельзя. Боюсь представить его реакцию, когда он увидит меня в объятиях Аркадия.

Господи. И это ведь и правда проблема.

- Я сейчас, - говорю я и встаю.

- Куда ты, Лика? – спрашивает Аркадий.

- Мне надо. В туалет. Я сейчас.

Вру. Но что делать? Сейчас не самый лучший момент для выяснения отношений. А Тимур не сдержится. Я знаю.

Быстро иду в приемный покой. Ищу Тимура. Он подходит сзади. Обнимает меня за талию.

- Доктор вышел? – спрашивает.

Я поворачиваюсь.

- Нет еще. Ждем, - отвечаю, глядя ему в глаза. – Тимур, тебе лучше уйти, - вот так сразу обрубаю все.

Он хмурится.

- Почему? Что случилось, Лика? – голос становится жестким.

- Аркадий здесь, - опускаю взгляд.

- Ну и что? Я не собираюсь скрываться. Или ты хотела утаить от него то, что произошло между нами? Лика? Ты же не такая. Посмотри на меня.

Берет меня за подбородок и наши взгляды встречаются.

- Понимаешь, Тимур, - говорю я пересохшими губами, - сейчас не подходящее время. Не надо сейчас. Прошу тебя. Пожалуйста.

Глаза опять становятся влажными.

- Да, - Тимур тяжело вздыхает, - ты права. Скажи только одно. Ты бы рассказала ему, если бы не это все? Рассказала бы сейчас? Сразу?

Отвожу взгляд. Я и сама не знаю ответ на этот вопрос.

- Лика? – ждет Тимур. – Ты же понимаешь, что я не отступлю.

- Тимур, давай потом это обсудим? Прошу тебя. Я сейчас не в том состоянии. Мне очень плохо. Тимофей… - и я опять начинаю плакать.

- Ну, ладно-ладно, - Тимур кладет мою голову себе на грудь. – Хорошо. Не будем пока. Я сделаю так, как ты просишь. Я уйду. Но ты должна пообещать мне.

- Что? – смотрю на него.

- Он не притронется к тебе, - серьезно произносит Тимур. – Ты не будешь с ним спать.

- Господи, Тимур, сейчас не до этого, - отмахиваюсь я.

- Лика! – он стягивает мои волосы на затылке. – Обещай!

В его глазах нехороший блеск.

- Ну?! Или я сам с него это обещание стрясу сейчас!

И ведь он может. Господи.

- Хорошо, - соглашаюсь я, чувствуя острую боль на затылке. – Пусти, Тимур. Ты делаешь мне больно. Обещаю.

- Молодец, - улыбается он. Отпускает волосы и уже нежно проводит по волосам. – А теперь иди.

Наклоняется и шепчет мне на самое ухо:

- Только не забывай, что ты без трусиков, Лика. Садись так, чтобы никто ничего не видел. А то я выколю глаза тому, кто увидит, а тебя отшлепаю по заднице.

И он чуть толкает меня в поясницу.

Мы проводим часа три, не меньше, в ожидании врача. Наконец, он появляется. Уставший. Недовольно смотрит на нас, потирая переносицу.

- Что там, доктор?! Прошу, не молчите! – отец сразу же срывается к нему.

- Все в порядке, - устало произносит он. – Но пока в коме полежит. Так будет лучше.

Я зажмуриваюсь от страха.

- Следующие пять дней критические. Покажут, пойдет на поправку или… - он не продолжает, но мы и так все понимаем, что он имеет в виду.

- Я отвезу вас, - говорит Аркадий после разговора с доктором.

Дома отец идет сразу же к себе. Молча, опустив голову. Чуть не плачет.

- Угостишь кофе? – спрашивает Аркадий, обнимая меня за плечи.

Я отстраняюсь, но иду на кухню.

- Аркадий, расскажи, что произошло? Папа сказал, что это ты увидел Тима. Как?

- Да рядом с домом, с закоулке, - Аркадий моет руки и садится за стол, пока я вожусь с кофе-машиной. – Я услышал хрипы. Пошел посмотреть. Там Тимофей лежал. Весь в крови. Голова разбита. Но живой. Хрипел и стонал.

- Господи, - сжимаю виски. – Кто его так? За что?

Аркадий пожимает плечами.

- Может, когда придет в себя, расскажет. Я еще поговорю с главврачом. Спрошу, может, что купить надо.

- Да, спасибо, Аркадий, - я ставлю перед ним чашку с кофе и отхожу к стене.

- Анжелика, что-то случилось? – Аркадий внимательно смотрит на меня.

- Странный вопрос, Аркадий, - хмурюсь я. – Мой брат в больнице. Без сознания.

- Я не про это, - Аркадий встает и подходит ко мне. Я закрываюсь от него, обнимая себя, и отворачиваюсь. – Я про нас. Мне кажется, что-то случилось и ты не хочешь рассказывать мне. Лика, посмотри на меня. Что случилось?

И он берет меня за подбородок, потому что сама я так и не поворачиваюсь к нему.

- Анжелика, - настаивает Аркадий. Его взгляд пронзает насквозь.

- Я устала, Аркадий. Пожалуйста, давай не сейчас, - прошу я, но он не отпускает.

- Это нечестно с твоей стороны, Лика, - произносит серьезно. – Очень нечестно. Я ведь все делаю для нас. И для твоей семьи. Для Тимофея, в частности.

Пронзительно смотрю на него, но так и не решаюсь произнести то, что не дает мне покоя.

- Все в порядке, Аркадий, - почти шепчу. – Тебе показалось. Правда.

Поднимаю руку и провожу ему по щеке. Заставляю себя сделать это. Быстро провожу и сразу же убираю руку.

И Аркадий довольно улыбается и наклоняется ко мне. Хочу отвернуться, но не могу. Он удерживает меня за подбородок.

И вот касание его губ. Я зажмуриваюсь не в силах противостоять своим чувствам. И чувство брезгливости главное сейчас.

Мне противно. Но я сдерживаюсь. Молча терплю этот ненавистный поцелуй.

К счастью, Аркадий мучает меня недолго. Отпускает и отходит. Допивает кофе, не сводя с меня взгляда.

- Ладно, Лика, пойду я. Поздно уже. Да и вам с отцом отдыхать надо, - говорит, опять подходя ко мне. Проводит рукой по волосам. И, вроде как, нежно, но вдруг сжимает их и тянет вниз. Заглядывает прямо в глаза. – Не ври мне, Лика. Никогда не ври. Слышишь? Я могу уничтожить за вранье. И не только тебя.

Я молчу. Лишь судорожно сглатываю в страхе.

Аркадий отпускает меня и уходит.

Я скатываюсь по стенке на пол. Обхватываю голову руками и реву. Тихо. Чтобы не услышал отец. Ведь мне нечего будет ответить на его вопрос, что со мной.

На следующий день с утра чувствую вялость. Я плохо и мало спала, а надо идти на работу.

Перед этим с утра звоню в клинику. Состояние Тимофея без изменений. Но хотя бы не стало хуже.

Еду в департамент. Пытаюсь отвлечься текущими делами, но меня не покидают мысли о Тимофее. И об Аркадии. А еще мне страшно от его слов. Последних слов, брошенных мне.

И почему-то я все больше убеждаюсь, что не хочу эту свадьбу. Не хочу за него замуж.

Сейчас, к счастью, разговоры о свадьбе прекратятся из-за ситуации с Тимофеем. Тут уж точно будет не до свадьбы. А потом я обязательно поговорю с отцом.

Да, я не хочу замуж за Аркадия. Не хочу.

Тут дверь без стука открывается и в кабинет ко мне входит Тимур. Я тяжело вздыхаю. Только его мне не хватало сейчас.

Тимур молча заходит, закрывает за собой дверь и поворачивает ключ в замке. Идет ко мне.

- Тимур, - все, что успеваю сказать я, когда он подхватывает меня подмышки и сажает перед собой на стол.

- Как Тимофей? – спрашивает Тимур, убирая выбившуюся прядь волос мне за ухо.

- Плохо. Все также плохо, - грустно говорю я.

- Обними меня, - вдруг произносит он.

Удивленно смотрю на него.

- Тебе легче станет, - он берет мои руки и кладет их себе на плечи. – Вот так.

Сам обнимает меня за талию и наклоняется.

- Не надо, Тимур, - я отворачиваюсь. – Мне плохо.

- Я только поцелую, - тихо произносит он и утыкается губами мне в щеку. – Я соскучился, Лика. Всю ночь не спал. Думал о тебе. После работы вместе поедем за вещами.

- Подожди, Тимур, я не могу, - пытаюсь немного отодвинуться от него. – Не сейчас.

- Почему? – он трется носом о скулу. – Тебе так легче будет сейчас.

- Ну, во-первых, я не могу родителей оставить в такой ситуации, - нахожусь я.

- Так, - вижу, как сходятся его брови. – А во-вторых?

- А во-вторых, мне надо все выяснить с Аркадием, Тимур. Я не могу просто так взять и переехать к тебе. Это же не детские игры.

- Игры?! – он щурится. – Ты думаешь, я играю?

- Тимур, погоди, - пытаюсь успокоить его.

- Ты помнишь, что обещала мне? Помнишь?! Вчера. Лика, помнишь?! – Тимур хватает меня за попу и придвигает к себе. – Только попробуй еще раз обмануть меня, - шипит мне почти в губы. – Только попробуй.

Пробегает взглядом по моему лицу и впивается в мои губы.

И этот поцелуй тоже неправильный. Также как и поцелуй Аркадия вчера вечером, но почему в отличие от него этот такой приятный? Я понимаю, что должна остановить Тимура. Должна. И… не могу. Не могу и все.

- Моя, - шепчет Тимур мне в губы. – С Тимофеем все в порядке будет. Он сильный. Справится. И поверь, он огорчится, если из-за него ты будешь несчастлива.

- А я несчастлива? – спрашиваю я, продолжая обнимать Тимура за шею. Не могу оторваться.

- Без меня – да. Несчастлива, - самоуверенно произносит он с самодовольной улыбкой. – Будешь слушаться? – чуть сильнее давит пальцами мне в бок.

- Тимур, давай и правда не сейчас. Слишком сложно все. Я хочу, чтобы все мирно прошло. Без скандалов. Сейчас не самый лучший момент.

- Лика, - серьезно произносит Тимур, - я ждал шесть лет. Шесть гребанных лет. И не хочу больше упускать ни дня. Понятно? Я, сука, всю ночь не спал. Из-за тебя, Лика! Никаких «не сейчас» больше. Все. Хватит.

Этот горячий монолог прерывает стук в дверь.

Я быстро спрыгиваю со стола и поправляю одежду. Тимур отходит к окну. Стоит спиной к двери.

- Войдите, - говорю я, поправляя прическу.

И в кабинет входит… Аркадий.

Господи. За что? Все к одному.

- Добрый день, дорогая, - говорит он. Подходит ко мне и целует в щеку.

Я бросаю быстрый взгляд на Тимура. Аркадий поворачивается и замечает его. Он уже смотрит на нас.

И мне не нравится этот блеск в его глазах.

И скандалы на работе мне не нужны. Но, видимо, уже поздно.

- А ты что здесь делаешь? – хмурится Аркадий и переводит взгляд с Тимура на меня и обратно. – А?!

- Тимур по работе пришел, - говорю я и стараюсь не смотреть в сторону Тимура. Но прямо чувствую, как его взгляд прожигает во мне дыру. – Он из министерства. Что-то случилось, Аркадий? Почему ты вдруг пришел?

- Почему «вдруг»? – они с Тимуром продолжают обмениваться ненавистными взглядами.

- Ну, раньше ты не приходил ко мне на работу. Что-то с Тимофеем? Что-то случилось?

- С ним все в порядке, - Аркадий, наконец, смотрит на меня. Поправляет пиджак. – Ну, как в порядке, все так же, в общем. Без изменений.

- А что врачи? Ты разговаривал со своим приятелем?

- Вот как раз собирался после тебя к нему ехать, - опять кидает взгляд на Тимура. Потом смотрит на часы. – Обед скоро. Может, пообедаем вместе?

- Она никуда с тобой не пойдет, - раздается голос Тимура.

Господи. Я должна погасить эту вспышку, пока не разгорелся настоящий пожар.

- Тимур, - поворачиваюсь к нему и многозначительно смотрю. – Нам с Аркадием надо поговорить. Давай после обеда обсудим… все рабочие вопросы. Хорошо?

С мольбой смотрю на него. Он отвечает не сразу. Мне кажется, я даже слышу скрежет его зубов. А взгляд. Мне страшно. Но я должна разрешить эту ситуацию. Я. Тимур и Аркадий из-за меня столкнулись. Как сказал бы папа, значит ты дала повод. А ведь я и правда его дала.

- Ладно, - наконец, выдыхает Тимур и я по голосу слышу его недовольство. Он тоже смотрит на часы. – И без опозданий, пожалуйста. Договорим после обеденного перерыва.

И он быстро, не прощаясь ни со мной, ни с Аркадием, выходит из кабинета. Я прямо выдыхаю.

- Смотри-ка, какой стал, щенок, - щурится зло Аркадий. – Лика, я надеюсь, у меня нет повода для волнений?

- Аркадий, пойдем в кафе. Мне и правда нельзя опаздывать.

Беру сумку и иду к двери. Аркадий идет следом.

В кафе, сделав заказ, я решаюсь-таки на разговор.

- Аркадий, я давно хотела поговорить с тобой, - начинаю, сминая салфетку руками. – Понимаешь… А вот сейчас и с Тимофеем такое произошло… В общем… мне кажется, нам надо отложить свадьбу.

Аркадий не смотрит на меня, крутит в руках вилку и лишь приподнимает бровь на мои слова.

- Так-так, - наконец, произносит. – А если бы с Тимофеем все нормально было, тоже свадьбу отложили бы?

Поднимает на меня взгляд. Я не могу врать.

- Да, - говорю тихо. – Я не готова.

- А что изменилось, Лика? Скажи мне.

Молчу в ответ.

- Только не говори, что это из-за этого щенка, - усмехается Аркадий. Отбрасывает вилку на стол и откидывается на спинку стула. – Ну? Лика?

- Если ты про Тимура, - говорю я серьезно, - то нет, не из-за него. Мне кажется, между нами нет… любви… чувств.

Аркадий откровенно смеется.

- Любви? – произносит со смехом. – Лика, тебе сколько лет? Нам же хорошо вместе? Так? Хорошо? Ну? Хорошо! – отвечает сам на свой вопрос, не дождавшись моего ответа. – Твой отец одобряет твой выбор. Что еще тебе надо? Тебе пора замуж, Лика. Годы идут.

Поднимаю на него взгляд.

- Просто потрахаться можно лет в двадцать, а в твои годы пора уже о семье думать, - он произносит это вполне серьезно. Так серьезно, что я даже пугаюсь от мысли, что он и правда так думает.

- И о ребенке? – спрашиваю я.

Аркадий морщится.

- Ну, потом и о ребенке.

Я прикусываю губу и отворачиваюсь.

- Я не хочу замуж, - произношу твердо.

Тогда Аркадий быстро переваливается через стол и хватает меня за подбородок. Именно грубо хватает. До боли. Из меня вырывается лишь глухой стон. А его пальцы сильнее впиваются в мою кожу.

- Ты выйдешь за меня, поняла? – шипит он, глядя мне прямо в глаза и тряся за подбородок. – Выйдешь. Иначе твоей семье кранты. И папе твоему недалекому, и братцу-идиоту.

Я в ужасе смотрю на него. Такие слова он никогда раньше не позволял себе. Неужели это правда?!

- Думаешь, я не понимаю? – продолжает с злостью хрипеть мне в лицо. – Поскакала уже на молодом члене, да? Ну?! Признавайся! Было?!

- Я не понимаю, о чем ты, - я в страхе сглатываю. И уже даже не чувствую боль от его захвата. Меня обуял внутренний страх.

- Можешь не отвечать, - он также резко отпускает меня, чуть отталкивая от себя. – Я и так знаю. Трахалась с щенком. Но, если даже и нет, то хотела. Сука. все вы, суки, одинаковые.

Он опять садится ровно на стуле.

- Но это ничего не меняет, - произносит уже спокойно, даже я бы сказала, по-деловому. – Мы все равно поженимся.

Я тоже немного отхожу. Потираю подбородок.

- Если ты думаешь, что после всего этого, - начинаю я, но он прерывает меня:

- Не думаю, а знаю. Этот брак нужен, прежде всего, твоей семье, дурочка, - произносит снисходительно. – А я так и быть, помогу вам.

Усмехается.

- С отцом своим поговори, - встает и кидает купюру на стол. – Пойду я. Некогда на тебя время тратить. Но знаешь, что?

Наклоняется и опять оказывается совсем близко ко мне.

- Прежде чем что-то сделать, подумай. О семье своей подумай. И о братце, - опять усмехается. – Не натвори глупостей, Лика.

Выпрямляется и уходит.

Я в шоке смотрю ему в спину. Не могу встать. Как прикованная, продолжаю сидеть. В моей голове никак не укладывается все только что произошедшее. Это же неправда? Это не может быть правдой. Не может!

Но нет.

Оглядываюсь. Это не кошмарный сон. Это все было на самом деле. Я в кафе. Редкие посетители. И официант, который принес счет и забрал купюру, брошенную Аркадием.

Я, наконец, встаю и выхожу из кафе. Все плывет перед глазами.

Хочу домой. Спрятаться ото всех и от всего. Просто спрятаться. Не хочу никого видеть.

Пишу короткое сообщение заместителю, что чувствую себя плохо и на работу сегодня не вернусь. Вызываю такси и еду домой.

К счастью, дома никого. Я отключаю телефон, быстро скидываю с себя одежду и залезаю в кровать. С головой под одеяло. Да. Так лучше.

Меня пробивает дрожь. Хотя температуры и нет. В висках стучит. Не могу отвлечься.

Так и лежу какое-то время, вцепившись в одеяло.

Потом раздается звонок в дверь.

Наверное, отец пришел.

Встаю, накидываю халат и иду открывать. Голова как в тумане.

Не глядя, открываю дверь и разворачиваюсь, чтобы уйти обратно к себе. В кровать. Под одеяло. Но меня останавливают, схватив за плечо, и дергают назад.

И я, наконец, поднимаю взгляд.

- Он здесь? – глаза Тимура зло сверкают и он осматривает комнату.

- Кто? – непонимающе смотрю на него. – Тимур, что ты тут делаешь?

- Ты опоздала, - уже тише произносит он и делает шаг ко мне. – Вернее, совсем не пришла. После обеда. А я ждал, Лика. Ты обещала.

- Мне стало плохо, Тимур, - говорю я, пугаясь его взгляда и отступая назад.

Тимур опять оглядывает квартиру.

- Одна? – спрашивает, ступая ко мне.

- Что ты…? – успеваю сказать лишь это до того, как он подхватывает меня и закидывает на плечо.