17. Тимур

Я и правда запираю ее. Надоели эти игры.

По времени ее отец должен уже вернуться домой с работы. Поэтому еду сразу туда. Заодно и вещи ее заберу.

Отец Лики, Виктор, и правда встречает меня в их квартире.

- Тимур? – хмурится он. – Ты разве не знаешь? Тимофей в больнице. Его дома нет.

- А я не к нему, - говорю серьезно, глядя ему в глаза. – Я к вам. Поговорить.

Он удивленно смотрит на меня.

- Что-то случилось? С Тимофеем?

- Нет. с ним все в порядке. Ну как, в порядке. Он все также в больнице. Я не из-за него пришел. Можно я пройду?

Мы так и стоим в дверях и это неудобно вести такой разговор вот так.

- Да, конечно, заходи, - он отходит от двери, давая мне дорогу. – Извини. Я совсем расклеился с этим всеми событиями. Проходи, конечно. Выпьешь?

- Не откажусь.

- Пошли на кухню. Я один дома. Анжелики нет почему-то. Задерживается, наверное. Проходи. Виски?

Киваю.

На столе тут же оказывается уже начатая бутылка, два стакана и тарелка с нарезанным лимоном.

Виктор наливает и подает мне один из стаканов.

Выпиваем молча.

- Ну что, Тимур, что за разговор там у тебя? – спрашивает, поморщившись и закусывая лимоном.

- Я забираю Лику, - говорю прямо. К чему юлить и вести длинные беседы? – Я приехал за ее вещами.

Виктор вскидывает на меня недоуменный взгляд. Еще наливает и выпивает. Один теперь уже.

- Вроде, пью я, а пьяный ты, Тимур, - усмехается. – Какие вещи? Куда забираю?

- К себе. Она будет жить со мной. Она уже у меня.

- Кто? – хмурится Виктор.

- Лика.

- Тимур, - произносит хмуро. – Не играйся. Где Лика?

- Так, Виктор, Георгиевич, еще раз, - говорю спокойно, четко произнося каждое слово, - Лика и я… - как же это назвать-то? – В общем, мы будем жить вместе. Она нравится мне и я нравлюсь ей.

- И что?

Его вопрос вводит меня в ступор.

- Она не выйдет за Аркадия, - решаю зайти с этого угла.

- Это кто так решил? – с усмешкой спрашивает Виктор и опять наливает.

- Я, - отвечаю твердо. – Я решил. Лика будет жить у меня. Все. где ее вещи?

Встаю. Разговор окончен. Но Виктор хватает меня за руку.

- Стой, - произносит как-то обреченно, что ли. – Сядь.

Слушаюсь его и сажусь обратно на стул.

- На, - протягивает мне стакан. – Что у тебя с Ликой? Давно?

- Давно, - отвечаю уверенно. Беру стакан из его рук, но не пью.

- Лика выйдет замуж за Аркадия.

Хочу возразить, но он не дает.

- Выйдет, - теперь уже зло смотрит на меня. – Все эти ваши шашни не в счет. Хм, - ухмыляется, - ты значит сестричку друга оприходовал? А друг знает?

- Это касается только нас с Ликой, - дерзко отвечаю я и дергаю руку.

- Волчонок, - Виктор щурится. – Я всегда был против, чтобы Тимофей дружил с тобой. Но его прямо тянуло к тебе. А теперь и сестру его. Забудь о ней, слышишь? Анжелика скоро выйдет замуж и все.

Ничего не отвечаю. Просто смотрю на него, а потом встаю и ухожу. И лишь слышу в спину:

- Влезешь – пожалеешь!

Показать бы ему один жест, а еще лучше – вмазать, чтобы кровью плевал. Но нельзя – отец Лики же. Уж этого она точно мне не простит.

Но я готов любого закопать за нее. Любого, кто встанет на нашем пути.

Хрен с ними, со шмотками. Заеду потом и куплю все, что нужно на первое время.

Остальное вместе докупим.

Но сначала – Аркашка. Вот ему я точно вмажу. И не раз.

Уже садясь в машину, понимаю, что у меня нет адреса Аркашки. А отец Лики, уверен, не скажет мне. Больше спросить не у кого. Лику не хочу сюда вмешивать. Тимофей в больнице.

Сука.

Придется отложить нашу встречу до утра. Придется вылавливать Аркашку в офисе.

Наверное, впервые за долгое время еду домой, а у самого все зудит от нетерпения. Да, иначе это не назовешь. Мне так хочется быстрее оказаться дома.

Потому что там Лика. Моя женщина. Готовая отдаться мне.

По пути заезжаю в цветочный магазин. Выбираю самый нежный, на мой взгляд, букет.

- Возьмите еще игрушку мягкую, - советует консультант, - девочки любят.

- У моей девочки есть игрушка, - ухмыляюсь я, протягивая ей карту.

Когда захожу в квартиру, в нос сразу же ударяет приятный аромат. Еда. В моем доме такие запахи в новинку. Я не готовлю, а больше некому. Было. До сегодняшнего дня.

Сразу иду на кухню.

Лика стоит спиной ко мне у стола. По-видимому, что-то режет. Чуть пританцовывает.

Взгляд сразу же падает на голые ноги. На ней моя майка, которая прикрывает лишь бедра. И это пиздец как возбуждает.

Кладу букет на стул и тихо крадусь к Лике. Музыка мне в помощь.

Как только оказываюсь рядом, хватаю ее за талию, разворачиваю к себе лицом и сажаю на столешницу.

Лика испуганно вскрикивает. Смотрит на меня круглыми глазами.

Забираю нож из ее рук и отбрасываю его подальше.

- Где ты был, Тимур? А вещи? Мои вещи? – спрашивает она, а я уже тяну вверх майку на ней.

- Ты решила меня порадовать? – спрашиваю с улыбкой.

- Да, подумала, что ты голодный, - улыбается в ответ и обнимает меня за шею.

- Очень голодный, - хриплю я уже ей в шею. – Очень, Лика. Мммм, вкусно.

Пока мои губы скользят по нежной коже на тонкой шее, рука заныривает под майку и сжимает грудь. Соски уже торчат.

- Тимур, - шепчет сладко Лика, когда я одной рукой, обхватив ее за талию, придвигаю к себе.

Отпускаю Лику и быстро расстегиваю джинсы.

Вдруг рука Лики спускается с моих плеч, ведет по груди, ниже. У меня мурашки от этих прикосновений и я даже замираю на миг.

Потом она сама спускает на мне джинсы и просовывает руку мне в боксеры.

Я громко выдыхаю прямо ей в шею, когда тонкие теплые пальцы касаются члена.

- Ты всегда такой возбужденный? – шепчет она мне, пальцами скользя по стволу.

Я сжимаю зубы от наслаждения и цежу сквозь них:

- С тобой – всегда.

- Мне уже готовиться к истощению? – она губами касается моего уха и потом кончиком языка обводит мочку.

Не забывает при этом дрочить мне. Прямо в боксерах. Потом ее пальцы спускаются и она обхватывает яйца.

Я сам уже спускаю боксеры. Чувствую ее ноготки на коже. Она очень нежно и аккуратно скребет ими. Я не могу сдержаться и из меня вырывается хриплый стон.

Эти ласки так мучительны, но я не хочу, чтобы она останавливалась. Дыхание сбивается, когда она сама, опять обхватив член ладонью, приставляет головку к своим складочкам. Я опускаю взгляд и смотрю на то, как соединяются наши тела.

Чуть двигаю бедрами. Хочу глубоко. Полностью войти в нее. Но Лика придерживает. Просто водит пока головкой между складок. Упирается ей в клитор и громко выдыхает.

Поднимаю на нее взгляд – она тоже смотрит на меня, прикусив губу.

Тогда я убираю ее руку со своего члена, чуть опускаю его и сразу с одного толчка вхожу на полную.

Лика вскрикивает и хватается мне за плечи.

- Тимур!

А я руками сжимаю ее бедра, впиваясь пальцами, и удерживаю ее, все сильнее и быстрее толкаясь в нее.

Каждый толчок сопровождается моим громким хрипом и стоном Лики. Я двигаюсь так быстро, что у нее даже не получается произнести мое имя полностью. Лишь короткое «Тим».

Она так возбуждена, что смазка стекает у нее по бедрам и каждое движение сопровождается хлюпающим звуком.

Комната заполняется стонами, хрипами и хлюпаньем.

Я чувствую, что скоро кончу, и по Лике вижу, что она тоже почти готова.

Убираю ее руки со своих плеч и нажимаю ей на горло, заставляя лечь. Задираю майку, открывая взору колыхающуюся грудь и потемневшие соски.

Не в силах сдержаться, наклоняюсь и засасываю каждый из них по очереди.

Опять поднимаюсь, обхватываю Лику за талию, а большим пальцем второй руки нащупываю уже выступающий бугорок.

Лика тут же выдыхает с криком, а я начинаю натирать его, еще резче вгоняя член в нее.

- Тим! Тим! Не могу! Боже! – кричит Лика. – Тим!

И с последним криком она так сильно сжимает меня, что искры из глаз. Громкий рык вырывается из меня. Я наваливаюсь на нее и замираю в последнем толчке. Кончаю. Опять заполняю ее собой. До последней капли.

Кожей чувствую стук ее сердца. Бешенный. Еще быстрее, чем у меня.

Приподнимаюсь и смотрю на нее – растрепанные волосы и искусанные губы. Она, наконец, открывает глаза.

- Девочка моя, - шепчу я и убираю прилипшие ко лбу волосы. – Похоже, у кого-то пригорело, - усмехаюсь, почуяв горелый запах.

Глаза Лики сразу же широко открываются, она озирается по сторонам.

- Тимур! Ужин! – кричит, толкая меня в грудь.

Я выхожу из нее и со смехом наблюдаю, как она хватает дымящуюся сковородку.

- Я ведь старалась, - произносит с горечью, глядя на нечто почерневшее на сковородке. – Я хотела порадовать тебя.

- Иди сюда, - забираю у нее посуду и ставлю ее в раковину. Беру лицо в руки и смотрю прямо в глаза. – Ты порадовала. Ахуеть как порадовала.

Улыбаюсь и целую ее.

- Бегом в душ, - шлепаю ее по заднице. – Я сейчас закажу что-нибудь нам.