Глава 2. Дорога в неизвестность
— Доченька, — услышала я мамин мягкий голос, — просыпайся.
— Да, мама. Еще чуть-чуть, — потянулась я. — После такого пробуждения, я уверена, что все у нас будет хорошо. Вот увидишь!
Я сама поверила в свои слова, у меня было такое ощущение, что они пророческие. Именно в таком прекрасном настроении началось у меня утро. Все было хорошо, пока вся семья не собралась за столом.
— Доброе утро, всем! — поприветствовала я свою семью.
Родители и младший брат улыбнулись мне в ответ, только улыбка отца была натянутой. Видимо мама успела сказать отцу, что я уезжаю. Надеюсь, сказала она только об этом. Не хотелось, чтобы папа пошел разбираться с семьей бывшего жениха.
— Викария, ты уверена в своем решении? — спросил отец. Хотя ответ он и так знал, но хотел услышать ответ уже от меня.
— Да, папа. Я уверена. Сменю обстановку, приду в себя. Через год приеду к вам. Мне давно пора начать жить самостоятельно. Мама меня обучила, первое время найду чем заняться. — убеждала я себя и окружающих.
— Но ты хотела поступить в академию? — прямо по больному.
— Пап, ты же знаешь, что обучение лучше проходить, после полной инициации. Я подумаю над этим, обещаю тебе.
— Но ты будешь постоянно отправлять нам вестников, чтобы я был уверен, что у тебя все хорошо.
Мы с мамой переглянулись, но она уверено мне кивнула.
Я решила пройтись по нашей деревне еще раз. Конечно у нас не совсем деревня, условия у нас на много лучше. Когда-то это была деревня, но она разрослась. Городком не стала, но уже и не село. Но местные жители так и называют ее деревней или просто, Новоселово. Новоселово раньше состояла из 3 улиц, сейчас их уже 10. Я шла и прощалась со всем окружающим: родным домом, где всегда уютно и тепло, главной площадью, где проходят все ярмарки и праздники, родными улицами, где бегала я еще совсем ребенком, воспоминаниями, где были радости и печали, первая любовь, предательство. Я прощалась с беззаботной жизнью, а позже начнется новая — самостоятельная жизнь, где будут радости, достижения, новые начинания, но уже не будет моего прошлого, я прощаюсь с ним, чтобы вступить в новое будущее. Лишь у дома Марка я застыла на несколько секунд, вспоминая, как я счастлива была, но в то же время, была слепа. Я пошла дальше, к речке, где был первый поцелуй, первое признание в любви, первое … В моей жизни было много чего «первого», но еще сколько таких «первых» будет дальше. Ведь рождение ребенка, тоже — первый, жить одной — тоже первый раз.
Я скорее почувствовала, чем услышала, что ко мне кто-то подходит. Сердце застучало быстро, стало наполняться надеждой. «Надеждой на что?» — иронизировал внутренний голос, но додумать мне не дали.
— Вика, — окликнул меня Марк, что я застыла, ждала, когда он подойдет сам. — Привет, — сказано было уже рядом со мной. — Прости, что так вышло. Вчера я потерял свой накопитель, ты не видела его? — перешел он сразу к делу, а от его слов, моя надежда углублялась куда-то далеко, так далеко, что ей не выбраться. — Ты же знаешь, как он мне дорог, — продолжал он, чем начал меня злить.
— А я тебе была дорога? — вспылила я. — ты отказался от меня. Нет! Ты отказался от нас! — положила руку на живот. — Ты согласен на то, чтобы мы оба умерли или чтобы этого ребенка не было. Тебе всегда было все равно на меня. Ты лишь пользовался мной, — горько, дались мне последние слова. — Воспользуйся магией, маг ты не слабый, найдешь свою ценность. А с тобой, — посмотрела я на любимого или то, что осталось от моей любви, — я прощаюсь. В дальнейшем, когда мы встретимся, не подходи ко мне. Ты, — смотрела я на него, — мое прошлое. Я начну новую жизнь, без тебя, без родного края.
Я больше не смотрела на НЕГО, чтобы не тиранить своей сердце, чтобы заглушить боль, но я чувствовала его, что он рядом, что он не уходит. Я смотрела на быструю речку, которая спешила, уносила свои воды далеко. Речка журчит весело, будто играя, воды чистые, словно кристалл переливаются. «Унеси мою боль» — попросила я речку.
— Значит ты не оставишь ребенка, — утвердил он. — Может, после моей свадьбы, приедешь обратно, вспомним …
— Хватит! — прервала я его. — Мне уже жаль твою будущую жену, если еще, не будучи женатым, предлагаешь мне такое. Не заставляй меня разочароваться в тебе еще больше, чем сейчас. Хотя, куда уж больше. Я даже рада, что узнала обо всем сейчас. Уходи! — попросила я его. Терпеть его, не было сил.
Дома меня перехватил брат. Ричард был серьезен. Да, ему 13 лет. Но Рич сказал бы не так: «Мне уже — 13». Он станет красавцем: с волосами цвета шоколада, глаза, как изумруд. Сейчас он не так высок, но он возмужает.
— Это ведь из-за него! — сжал кулаки брат. — Я убью его! — бесновался он.
— Не надо, — перехватила я его руки. — Я рада, что узнала обо всем сейчас. Если бы это произошло позже, последствия были другие. Если ты такой взрослый, то помни, что в дальнейшем ты не должен так поступать. Обещай мне! — потребовала я.
— Обещаю! — обнимал меня брат. Откуда у него столько сил. — Ты у меня красавица. Найдешь свое счастье. Судьба будет к тебе благосклонна. Ты замечала, как парни вслед тебе смотрят, стараются поймать твой взгляд, — он старался подбодрить меня.
— Поверю тебе на слово, — засмеялась я.
— Нет, ты не права, — подключилась мама. — Ты у нас как солнышко. От тебя идет такой свет, что к тебе тянутся, а твоя красота способствует этому. Пусть цвет волос у тебя не рыжий, он у тебя гречишного цвета, цвета меда, глаза как янтарь. Кожа лица у тебя светлая, что делает тебя завидной красавицей.
— А фигура твоя, — подключился брат. — Был я постарше, не была бы ты моей сестрой, сам бы женился. Стройная девушка, с волосами цвета гречишного меда, янтарными глазами, двумя ямочками на лице от твоей улыбки, аристократическим носом и пухлыми губами. Разве такая девушка не может притягивать взгляд мужчин? А характер твой, — закрыл глаза брат, будто пробовал его на вкус.
— Мне приятно от ваших слов. Сейчас я решу, что это мне повезло, что М …
— Не смей произносить его имя в этом доме, — прогремел голос отца. — Но я согласен, тебе повезло, а ТОТ, пускай кусает свои локти. Я рад, — обратился он к маме, — что в деревне никто не знает, что ты являешься наследницей графского титула.
Мы знали, что мать у нас аристократка, но никому не говорили об этом. Сейчас, я даже рада этому. Папа не одобрил, что мать себе выбрала мужа не своего круга. Простить, он ее простил, но выбор ее не принял. Дедушку мы видели несколько раз, встречались мы с ним в городе. Если бы Марк знал о нашем родстве, принял бы он такое решение? Но ответ я так и знала.
— Я рада, что отец у меня жив и здоров. Пускай Боги даруют ему много лет жизни, — сказала мама. — Нам пора собираться. Дарион, Рич, вы останетесь одни на несколько дней. Я поеду с Викарией, помогу в первые дни. Никому не говорить, куда и зачем мы уехали. Пускай народ сам решает. Вы справитесь без меня в эти дни? — посмотрела на мужчин мама.
— Рада, — возмутился отец. — Я боевой маг. Неужели ты сомневаешься во мне. Сын у нас уже состоявшийся мужчина, — подмигнул отец Ричарду. — Езжайте спокойно, если будет необходимость, можно задержаться. Главное, чтобы дочка устроилась.
Отец подошел, посмотрел в мои глаза, прижал к себе, обнял. Его сила обволакивала меня, питала меня. Мне казалось, что отец заплачет, но он сдержался. «Боевые маги не плачут» — не раз говорил мне отец.
— Плачут, доченька, плачут! — проговорил отец. Я растеряно посмотрела на отца, потом на маму и брата. — Ваше рождение, ваши первые улыбки заставляли меня плакать, но слезы эти были от радости, это не слабость мужчины, это показатель это силы. — мой взгляд был все еще вопросительным. — Да прочитать тебя можно, стоит взглянуть в твои глаза.
Провожали меня не долго, но отец на прощание вложил мешочек. Поцеловал в лоб и попросил, чтобы я берегла себя. То, что дал мне он денег, я не сомневалась. Отец всегда относился ко мне, как к драгоценности. Он берег меня, но есть то, от чего не уберегут, даже родители и сама я. Брат тоже обнимал меня, сейчас он выглядел не ребенком, а взрослым мужчиной, взгляд стал взрослым, осмысленным. Мама спешно попрощалась с ними, и мы сели в телегу. На прощание я услышала слова любви и легкое поглаживание отца, его магией.
— Вперед, в новую жизнь, — улыбнулась мне мама. — Дорога в неизвестное.