Глава 7. Подготовка к возможной опасности

— Этот дом не простой. Может, поищем еще одну комнату, — потом его взгляд наткнулся на мой и исправился, — или две, — предложил свою идею Рей.

— Я тоже так подумал, но никогда не угадаешь, что намудрит данная избушка, — обреченно сказал отец.

Комнату одну все же мы нашли, но кто ее будет делить, пока не решили. Отец долго спорил, уговаривал, даже угрожал милой избушке, но еще одна комната не появилась.

Отец стал вспоминать историю данного дома, но сразу признался, что знает очень мало. Избушка — это семейная реликвия. Жили тут его предки. Внешний вид всегда был простым, но внутри убранство было выше всякий похвал. Бабушка была истинной ведьмой, поэтому жила тут с дедом, но после его смерти осталась жить одна. Защита редко пропустит сюда чужого, а если пропустила, то злых намерений у него нет, — Рей осторожно осматривал дом, но прислушивался к рассказу отца. — Я никогда не понимал, чем руководствуется дом, но у него есть характер. Иногда меня посещает чувство, что он — живой.

На данный момент, избушка слушается всех нас, но в приоритете хозяйка одна и это ты, Вика, — посмотрел отец на меня. — Может ты не ведьма, но гены сыграли свою роль. Ты лучше чувствуешь травы, лечение болезней с помощью трав и других сопутствующих, будет получаться у тебя лучше. Мама может подтвердить мои слова.

Насколько я помню, — продолжал отец. — Избушка наша существует уже несколько столетий. Ремонт ей не требуется, она сама знает, что ей нужно и необходимое заберет. Обычно это магия, а если понадобится что-то еще, то она даст знать, — улыбнулся папа и посмотрел на Рея, тот осторожно посмотрел на папу и кивнул. Общие секреты появились у них, — проворчал мой внутренний голос, а ревность стала отпускать свои ростки. Чувство собственности по отношению к дракону стало набирать обороты. — Моя бабушка говорила, что тут живет дух, поэтому избушка имеет характер. Верить этому или нет, решайте сами. Но я склонен верить старым россказням. Из домашней хроники известно, что в период эпидемии, избушка меня свои размеры, сюда могли уместить очень много больных, но точнее количество — неизвестно. Поэтому сейчас я не могу понять, почему нам выделили всего одну комнату? — спросил он очень громко.

За столом, где мы сидели, проявилась такая красивая фига и направлена она была, на одного конкретного человека — папу. Свои смешки мы пытали спрятать, но наши старания были напрасны.

— Ведьма! — выругался папа.

— Чем и горжусь! — проявилась запись и исчезла в издевательской улыбке.

— Теперь, когда мы прошли короткий экскурс в историю семьи, мне хотелось узнать, почему вы приехали сюда? — спросила то, о чем следовала спросить изначально.

— А то, что мы скучали по тебе — не подойдет? — вопросом на вопрос, ответила мама.

— Мы изначально должны были быть с тобой. Твое положение изначально требовало нашего постоянного присутствия. Наша помощь тебе не помешает, а мы не будем волноваться за тебя. Мы не уедем! — строго сказал отец. Я даже возразить не успела.

Мама сразу ушла проверять мои запасы. Выглядела она слегка шокированной. За такой период, я истратила больше половины всех заготовок. Ее еще удивило, откуда у меня появилась верница. В отличие от остальных запасов, ее количество у меня возросло. Запах верницы был сладким, но не приторным, он отдавал нежным послевкусием. Этот аромат мог соперничать с самыми известными духами, но держался запах слишком мало, быстро выветривался.

Мне дали день отдыха. Сегодня я решила наведаться в городок. Название у него символичное, Перепутье. Как я уже говорила, городок маленький, рассмотреть я его не успела, но то, что успела увидеть, не произвело на меня впечатления. Из Медвежья я быстро добралась до города. Первым делом, я решила посетить храм Матери Хранительницы, попросить сил, чтобы я могла родить здорового малыша.

Храм не большой, в нем есть один большой зал, он же основной. Там имеется высокая статуя женщины — Богини Хранительницы. Она была поистине великолепной, любая женщины хотела бы выглядеть так: высокая, стройная, с длинными вьющимися волосами, утонченным лицом. Формы ее были идеальны. Она идеал красоты. У этой женщины просят многое, но я решила просить о самом дорогом для себя — малыше.

В этом городе есть еще один храм, но люди его не посещают или делают это очень не многие. Есть же что-то общее между всеми расами, значит, Боги тоже могут иметь общее. Моя логика привела меня в храм Мудрости. По размеру храм не превосходил храм Матери Богини, но выглядел он величественнее. Этот храм посещают драконы, эльфы, люди бывают очень редко, в чем я успела убедиться.

Бог Отец выглядел мощно. От него несло силой. Эта была не только физическая сила, но и сила духа, силы веры. Его называют Богом Мудрости, его считают всесильным. Поэтому ему я стала рассказывать о наболевшем, никому другому я об этом не говорила.

— Мудрейший, я хотела попросить о помощи, помощи для себя, для других …

***

В Царстве Богов

Мудрорг сидел, он очень устал за столько тысячелетий слушать об одном и том же. У него просили, требовали, умоляли. Ему жаловались, врали, недоговаривали. Он знал о коварстве столько, что самому тошно становилось. Вот и сейчас он хотел отвлечься и закрыться ото всех, но он услышал зов. Зов был от человека — девушки. Его интуиция подсказала, что стоит послушать …

— … Я уверенна, что к тебе не раз обращались с такой просьбой. Я боюсь, что мой ребенок не родиться, мой мальчик может погибнуть, как и я сама. Мой жених бросил меня беременной. Его слова были жестоки, — тут сам Бог решил узнать, что же произошло в тот момент. Он искал воспоминания, но продолжал слушать девушку. — Он обрек нас на смерть или одного из нас, — гладила она свой виднеющийся животик. — Очень жестко, когда для рождения здорового мага, нужно присутствие отца … вы должны понять, что я имею виду, — я знал об этом, понимал эту девчушку, молодая она совсем, в полную силу не вошла. — Знаете, сколько молодых магинь умерло родами или во время беременности, — ее голос прерывался, чувствовал много боли, переживания. Выговориться ей надо. — А скольких шантажом заставляли делать то, что они не хотели. Многие отдавали все, что имели, а после рождения и ребенка отбирали. Прошу, сделайте так, чтобы магини могли рожать сами, как делают обычные людские женщины. Пускай не сразу произойдут эти изменения, но мне не хотелось бы, чтобы моя дочь столкнулась с подобной проблемой. Мне повезло, что один дракон помог мне, его магия спасла нас, — тут я опять заинтересовался благородным, который помогает девушке. Только смутные сомнения есть в этом благородстве. Прав я, для себя больше старается, но все делает без злого умысла. В самом начале он решил помощь, потом уже личные цели стал преследовать. Молодость, — улыбнулся я.

Меня злили действия бывшего жениха. Нельзя так оставлять это. Давно нужно было взять все в свои руки. А девчушка, молодец. Помогу я, услышал я тебя.

— Мать, — слишком зло, рявкнул я. Действовать нужно сразу. Но последствия, будут постепенные, резких перемен, тебе девчушка, не обещаю. Не пострадает твоя дочка …

Не слышала обещания Вика, но главное — услышали ее.

***

Викария Соуарес

Высказалась я путанно, но на душе стало легче. Слышат ли нас Боги или нет, но я себя услышала.

Меня удивляло, что город чистый, ухоженный, но вокруг царила тьма. Она давила, забирала положительные эмоции, питалась ими. На дорогах имеются ямы, но видно, что их не раз пытались залатать. Мостки прогнили, но вековое дерево не может так быстро исчерпать свои свойства. Дома давно видели лучшие времена, как и само Перепутье. Если приглядеться, то можно заметить, что дома были добротными, тут жили состоятельные жильцы. Что же произошло, что все приходит в такое запустенье. Я стала приглядываться, почему все вокруг выглядит увядающим. Подошла к одному дому, но меня удивило, что там стоит защита. Она колебалась намного, но пропустила меня, чем очень удивила.

Дом двухэтажных, с большими окнами, крыльцом и имеется сад, но он за домом. Сперва я решила, что дом деревянный, это указывало наличие черной плесени, которая приживается к дереву и разрушает его, если вовремя не убрать. Я огляделась и поняла, что окружающие дома можно спасти. Они похожи друг на друга, будто болеют одной болезнью. Но потом меня накрыло понимание, что дома каменные. Тогда эта плесень не может жить на камне, она ведь деревянная. Эта плесень не может жить нигде, кроме дерева. Если бы это была любая другая, то я не удивилась бы.

Я стала скрести это новшество, чтобы убедиться в своих предположения и быть уверенной в своих выводах. Выводы меня насторожили: это действительно деревянная плесень, но изначально она была камнем. Такое невозможно! Я опять взяла труху, потерла в своих пальцах, рассматривала ее и убеждалась, что камень превращался в данную плесень. Такое противоречие невозможно, если только …. — что-то крутилось в моей голове. Когда свойства могут меняться? Когда начинают следовать неудачи, даже если был самым удачливым? Когда начинается разрушение, если знаешь наверняка, что тут дело обошлось без магии, но это не естественный процесс?

— Проклятье! — ошеломленно, произнесла я. Я даже удержаться не могла на своих ногах, из-за таких выводах. — Это какой силой нужно обладать, что проклясть целый город? — заикаясь, спрашивала.

Теперь я стала понимать, почему жителей тут очень мало. Почему все вокруг наводит на меня жуть. Центр города был лишен той мрачности, тут кипит жизнь, что удивило меня. Я стала искать причины этому и нашла их. Тут слишком много приезжих, мрак не успевает овладевать ими, и местные жители частично исцеляют себя. За время, проведенное тут, их глаза успевают проясняться. Теперь мне понятны причины, почему всех горожан тянет сюда, даже если им сюда не надо. Город тянет их на безопасное место или та сила, которая заставляет их радоваться.

Тут я заметила красоту, которая не поблекла, радует глаз. Если весь город станет таким, то я уверенна, что жители вернуться в те, заброшенные дома и жизнь тут закипит.

В свою избушку я возвращалась в раздумьях. Меня не покидали мысли о городе, о том, как ему помощь. Почему этого не сделали раньше? Как я поняла, прокляли сам город, но жители страдают из-за того, что живут там. Если они покинут его, то все их болезни исчезнут. Это город хотят уничтожить? — всплывал сам собой вопрос.

— Пап, — обратилась я к отцу. — А Перепутье всегда было таким? — насела на знающего этот город.

— Нет, — стал он что-то припоминать. — Лет 30 назад, город был оживленным. Его красота могла посоперничать с другими. Этот город населяли драконы, были и другие жильцы, но не в одном другом городе, стольких драконов не было. Перепутье считался одним из сильнейших городов. Надеюсь, не надо уточнять почему? — лукаво посмотрели на меня. Конечно, я поняла, — так хотелось возмутиться мне.

— А где сейчас эти драконы? — спросила я.

— Переселились, — ответит уже Рей. А его я не заметила. — Но в город периодически возвращаются.

— Вы только не смейтесь, но, кажется, я знаю, почему город умирает, — отец и Рей переглянулись, но лица их остались непроницаемыми. — Сегодня я случайно заинтересовалась обстановкой города, любопытство заставило меня посмотреть некоторые места внимательнее. Вывод у меня был неоднозначный — Перепутье прокляли. — маска слетела с лиц мужчин. Там было удивление, неверие, шок и масса чего еще. Я стала им доказывать свою правоту, рассказывать, на чем основаны выводы, про вековое дерево, плесень, мрак и все, что могла припомнить.

— Рей, ты тоже не веришь мне? — столько надежды было в моих словах. — Даже не предполагаешь, что что-то в моих словах может оказаться правдой? — хотя бы частица его веры сделала бы меня счастливой.

Сейчас я чувствовала себя раздавленной. Никто из них мне не поверил, но согласились с тем, что город не просто так пришел в упадок. Высокородные тоже пришли к такому выводу, но причины узнать не могли, но их ищут. Все их слова упиралось к одному, что сила такого проклятья невозможна, его просто нельзя будет наложить.

Мне было очень обидно, что Рей не поверил. Не смог меня понять. Если отец считает меня маленькой, то и понять его немного, я могла, но неверие Рея подкосило меня, а мама, заставшая только часть разговора, прислушалась, но свои выводы она придержала.

С этого дня начался бойкот. Мужчин я игнорировала, отвечала только на прямой вопрос, а в их беседы я не встревала — отмалчивалась. Рей несколько раз пытался меня растормошить, но его неверие — заставляло меня гаснуть, сделал бы хотя бы попытку. Я верила ему, допустила слишком близко к себе, к своему сердцу, что больно становиться. Может это детские обиды, но принять это я не смогла.

Слишком много времени я проводила в бабушкином кабинете, иногда помогала маме, но сейчас она справляется сама. У бабушки было очень много записей, но интересовали меня исключительно — проклятья и способы их снятия. Самое кардинальное — убить того, кто наложил проклятие, но и этот способ не дает 100 процентной гарантии. Снять проклятие можно несколькими способами: контр заклинанием, зельем, более сильным проклятием, но имеющий противоположный характер, магией.

Я стала искать второй и последний способ. Я не имела представления, когда и кем было наложено проклятие, его название и точное его действие. Поэтому я стала искать названия трав и различные добавки, которые могут помощь в его снятии. Узнала, что проклятие можно приостановить, если наложить блокирующие чары, которые не дадут распространиться этой заразе.

В городе я была еще несколько раз, в один из таких походов, принесла образцы плесени. Мама взялась мне помогать в этом деле, но стразу сообщила, что быстрых результатов мы не ждали. Напряжение последних дней сказывалось на мне — я стала быстро уставать, низ живота и ноги стали тянуть, скорость передвижения сократилась вдвое, а подпитку сил — давно не делала. Рей пытался меня поцеловать, чтобы укрепить мой организм, но моя обида и уговаривание себя, что он мне абсолютно чужой — сделали свое дело, к себе я больше его не допускала. Так и стала я подпитывать себя накопителями.

Где-то через неделю наших с мамой исследований, мы достигли первого успеха. Наша плесень превратилась в камень, но камнем она оставалась не долго, около 2 часов. Мы с мамой разрабатывали зелье восстанавливающего свойства, где мы могли восстановить старые предметы, но они должны быть природного происхождения — камень, к примеру.

— Поздравляю тебя дочка, — обнимала меня мама. — Вот и первое доказательство твоей теории. Проклят сам город: дома, брусчатка, атмосфера в нем. С таким еще не сталкивались или мы просто не знаем об этом. Нам нужна опытная ведьма, это их стезя. Видимо, гены бабушки перешли и к тебе, раз ты увидела то, что не увидели маги. Иди отдыхать, Вика. Завтра у нас тяжелый день.

Ночью мне сильно хотелось пить, поэтому мне пришлось выйти из комнаты, но голоса заставили меня остановиться:

— Рада, хватит ей потакать, — устало, сказал отец.

— Не хотелось вас обнадеживать, но сегодня я с Викой имели возможность подтвердить ее теорию. Город проклят, Дарион. Именно город, но жители страдают, они косвенные пострадавшие.

— Мы не раз исследовали город, мы бы узнали об этом, — подключился Рей.

— А вы вообще сломали мою девочку. Ваше неверие все перевернуло в ней. Она ради вас столько работала, чтобы доказать — она права. Что вам стоило согласиться с ней, ведь ее выводы оказались верными. Вы тут находитесь, только по одной причине — ваша магия нужна им. А ты, Дарион, мог вспомнить, что она твоя дочь и внучка твоей мамы. Ее дар перешел Вике. Поэтому она увидела больше, чем остальные, — отчитывала мама мужчин. — И еще один важный момент, Вике становиться хуже, — голос ее был тих, но то, что мужчина подскочили, я услышала.

— Сидите! — рявкнула на них мама. — Она переутомилась и ее постоянно нужна подпитка, которую она отвергает.

Мне стало стыдно, но принять прежние правила — не согласна. Я чувствую, что с малышом будет все хорошо. Имя не подобрала, боюсь, что слишком рано, но чувствую его хорошо. Мой голос успокаивает его, мое тепло — притягивает, но подпитки стал требовать больше. Пинки ребенка стали ощутимей, сил у него добавилось. Спать я ушла, так и не попив воды.

— Вика, — окликнул меня брат. — Ты опять в город собираешься? Поеду я с тобой, тревожно мне.

— Хорошо. Пойдем к главе магического правопорядка. Сегодня я не долго, тяжелее мне с каждым днем, — погладила я свой живот.

— Ты так и не разговариваешь с отцом и Реем? — он так и знал ответ.

— Он не поверил мне, даже не попытался сделать это. А я верила ему больше, чем себе. Я доверилась ему даже тогда, когда навредить могли малышу. Я доверила ему наши жизни, а он — подбирала я слова, — не мог найти частицу веры в мои слова, — сказала я тихо.

Глава магов принял нас. Это был маг, сила его заставила насторожиться, бунтовала она у него, но он ее сдерживал. Это был человек неопределенного возраста: не молод уже, но еще не старик. Кое-где у него были седые волосы, строгий взгляд заставлял поежиться, а доброжелательная улыбка — насторожиться. Сколько у него несоответствий.

— Здравствуйте, господин Мариус! Меня зовут Викария Соуарес. Я к вам уведомлением. Но дайте слово, что вы меня выслушайте до конца. Слово мага, будет достаточно, — улыбнулась я.

— Здравствуйте, госпожа Соуарес. Я знаю кто вы. Травница местная. Мы не встречались, но я видел ваши труды, спасли две деревни. Я выслушаю вас, даю слово.

— Это по поводу города. Я не знаю его историю, но знаю, что раньше он был на много удачнее. Я случайно узнала, что… — последовал долгий рассказ. Потом мне пришлось рассказывать о своих наблюдениях. — Я сделала вывод, что город проклят. Именно сам город, но не люди. Думаю, проклято место и вся инфраструктура. Население, которое бывает в центре города чаще, им на много лучше. Но постоянное проживание накладывает отпечаток на их здоровье и эмоциональный фон. Я уже провела некоторые действия и убедилась в своих словах. Если вы хотите подтвердить мои слова, вам нужна ведьма, которая специализируется на проклятьях.

Тишина стояла минут пять. Было слышно дыхание каждого. Процесс осмысления информации шел слишком долго.

— Я не могу поверить вашим словам, — эти слова легли тяжким бременем, — но и игнорировать их, тоже не имею права. Ваши выводы имеют место быть, но их масштаб слишком велик. Я не сталкивался с проклятием такого уровню, но наш город приходит в упадок. Причины до сих пор не ясны. Это одна из самых больших разгадок, которую хочется разгадать. Спасибо Вам, за ваше наблюдение. Я приму это к сведению. На проблему города с этой стороны еще никто не смотрел. Первое время думали, что прокляли драконов, поэтому они спешно покинули Перепутье, чтобы остальные расы не пострадали. Если проклят сам город, то проклятье нужно деактивировать или уничтожить. Я навещу вас, вместе с ведьмой. Если она подтвердит ваши слова, то можете считать себя уникумом.

— Меня сейчас похвалили или культурно послали? — уточнила у брата.

— Он заинтересовался твоими словами. Значит — ждем гостей, — сделал вывод Рич.