Глава 25

Просыпаюсь от весёлого звонкого детского голоска.

Файка с Машкой опять что-то громят на моей кухне. Мишель присмотрит, если что, можно ещё поспать несколько минуточек…

Пока переворачиваюсь на другой бок, резко вспоминаю, что не Мишель с Машкой за старших. Вчера, да и, видимо, сегодня эту роль на себя примерил Ярослав…

Сон как рукой сняло, когда я вспомнила, на чём закончился вчерашний день. А точнее, ночь…

Щёки вспыхнули и даже не думали приходить в норму. Как раз в этот момент счастливая Фая вбежала в зал и плюхнулась ко мне на диван. Совсем не стесняясь того, что я как бы сплю. Мои быстро закрытые глаза её не провели.

— Ты уже проснулась, не притворяйся. Я всё видела. — Начинает трясти меня за плечи и почти в ухо кричать, а точнее, звать единственного разумного взрослого на этих квадратных метрах. — Я-я-я-яр Саша не хочет вставать! Скажи ей.

— Не нужно так кричать, Фея любви и счастья. Саша только проснулась, может, ей хочется поваляться. Не все же такие бодрые и полные сил с утра, как ты. — Серьёзным генеральным тоном отчитывал Громов Файку, но глаза светились добротой и весельем. Надеюсь, это из-за того, что он рад меня видеть такую лохматую с нечищеными зубами. А главное, с припухшими до неприличия губами…

— Точно! Саша, Яр был похож на зомби, когда я проснулась. Ты вообще знаешь, откуда он появился? Я смотрела один…

Файка продолжала говорить про сюжетный поворот одного мультфильма. А мы с Громовым просто смотрели друг на друга. Это уже, похоже, привычный наш ритуал. Приятно и тепло от такого внимания. Но действительно Файка верно сравнила Яра с зомби. Его лицо серее обычного. Синяки под глазами и усталый вид. Обычно первой встаёт Фая, а если она проснулась и увидела Яра в добром и явно не бодром здравии. Это значит, что кто-то не спал всю ночь. Интересно…

— Пойдём завтракать. Мы всё приготовили. Тебе молоко с чаем, верно? — Низкий, с небольшой хрипотцой голос, как будто под гипнозом, побудил меня удивлённо кивнуть.

Именно такая формулировка заставила меня вновь почувствовать учащённое сердцебиение. Никто раньше особо не акцентировал мою любовь к обильному количеству молока в чае.

Я, кажется, ещё сильнее влюбляюсь в этого мужчину…

— Да, мы приготовили тебе блинчики! Пошли скорее, я почти всё сама пекла.

Конечно, как истинная девочка Фая хочет все кухонные достижения приписать себе. Но мы то знаем, что всё готовил Громов.

Удивительно, но безумно приятно осознавать, что ради меня он не только приготовил завтрак. Но и сделал так, чтобы я не проснулась раньше из-за неугомонного ребёнка, взяв на себя особую миссию «развлеки и не разбуди». Так, мы называем с девочками то время, когда одна из нас встаёт вместе с Файкой. Всё для того, чтобы другие могли поспать чуть подольше. Избранный идёт на кухню с ней готовить есть на всех. Благо ещё не было осечек и не было такого, чтобы чертёнок не захотел что-то замесить.

Ничего не оставалось, как вставать и идти на кухню, чтобы попробовать их кулинарный шедевр.

— Так какие планы у тебя на вечер? На работу, кстати, тебе сегодня не надо, как и завтра. — Произнёс уже после того, как мы отведали действительно вкусные блинчики со сметаной.

Фая оставила скучных взрослых и пошла смотреть свои законные утренние мультики.

— Откуда ты знаешь? И сколько вообще времени? — впервые после пробуждения я вспомнила, что сегодня, вообще-то, будний день.

— Сейчас девять двадцать семь. Тебе ровно час и одну минуту назад звонила Машка. — посмотрев на наручные часы, произнёс Яр.

— А ты взял трубку? — Вряд ли Громов мог так поступить. — Или погоди, конечно, это была Фая.

— Да, я бы не посмел. — Серьёзно посмотрев мне в глаза, проговорил Ярослав. — Пока у нас не настолько доверительные отношения, как мне хотелось бы…

Что-то внутри ёкнуло в ответ на слова этого умопомрачительно красивого даже после бессонной ночи мужчины.

— Но да, телефон принесла Фая и поставила на громкую. Так, мы и узнали, что тебе приходить не надо. Только в двенадцать нужно будет подъехать, вроде как Селиванов будет извиняться со своей жёнушкой в придачу. — М-да, новость так себе, конечно. Но будто прочитав мои мысли, он продолжил. — Не против, если я поеду с тобой? Как раз закинем крестницу в подготовишки.

— Хорошо, я не против. Только за, если честно.

— Отлично, тогда ещё вопрос. Ты не хотела бы сходить на более классическое свидание? — Меня перестанут сегодня ошарашивать своей великолепностью или нет.

— Более классическое? — Всё-таки хочу уточнить, что имеет в виду Яр.

— Да, в ресторан например? — Как ни в чём не бывало произносит.

— Можно. — сдержанно сказала я, пока внутри меня пищала маленькая девочка.

— Супер, тогда одевайся-собирайся, я съезжу к себе, переоденусь и заеду за вами через час.

Так, мы и сделали.

Уже через полчаса после крайне скупых и неискренних извинений мы с яром сидели в красивом зале ресторана на высоте восьмидесяти этажей. Такой красивый величественный вид открывался на город. Что хотелось, не отрываясь ни на что смотреть всего на две вещи. Как течёт река с высоты птичьего полёта. И как аккуратно разделывается с мясом Громов, ловко орудуя столовыми приборами. Его закатанные рукава рубашки не оставляли места для фантазий. Кажется, во мне просыпался иной голод.

— Я забыла поблагодарить тебя за завтрак. Правда, спасибо тебе большое. Было очень вкусно. — Пока не закапала здесь всё слюной, произнесла и тут же отправила кусочек своего мяса в рот.

— На здоровье. Меня научила готовить блины ещё моя бабушка. — Как-то с теплотой и грустью Яр произнёс эти слова, потом с улыбкой добавил. — Ты бы ей понравилась.

— О, спасибо. — Я смущённо улыбнулась в ответ. — Меня учила готовить тётушка, пока мама не вышла из депрессии.

— Депрессии? — Я ожидала этот вопрос.

— Да, после смерти папы, мама долго не могла прийти в себя. И из-за этого я осталась на собственное попечение, пока не приехала тётя. Она-то меня и научила готовить что-то помимо макарон и пельменей.

— Прости за то, что затронул эту тему. Соболезную твоей утрате. — Искренне сожалея, Ярослав накрыл мою руку своей большой и горячей ладонью.

Мурашки пробежались по всему телу от этого невинного прикосновения.

— Мой отец тоже рано ушёл из наших с мамой жизней. — Откровение за откровение, видимо, это так работает по логике Громова.

— Мне очень жаль. — В этот раз уже я сжимала руку Яра.

— Да, спасибо. Я обычно не люблю говорить на эту тему… Он…