Глава 34

— По рукам. — И Яр передал мне мою прелесть.

Наливаю себе главную составляющую напитка. Беру в руки кружку с чаем. Греюсь, хотя впору остужать свои мысли и щёки, в частности. От одного воспоминания того утра меня опять бросает в смущение с головой.

«Прямо в глаз слепит солнце из незакрытого с вечера окна. Голова болит просто адски и почему-то странное ощущение внизу живота…

Резко села в кровати. Ничего не соображая и до конца, не проснувшись, я начала осматривать своё тело.

Не нашла признаков повторного лишения девственности. Слава богу, потому что мне снилось, что мне снова двадцать один и на том скрипучем диване надо мной нависал Ярослав Дмитриевич, а не… Не буду вспоминать.

И я успокоилась было. Пока боковое зрение не подкинуло мне картинку странного продолговатого предмета. Который очень ярко и выразительно торчал из моей маленькой сумочки…

— Что-о-о-о?! — Моим эмоциям не было предела. Я заорала как резанная, благо ненадолго. Голова всё-таки ужасно болела от любого звука, непохожего на газики минералки.

За ней я и отправилась. Скорее поползла, старательно огибая по пути инородный объект моей квартиры. Хорошо, что никого, кроме меня дома нет. Иначе было бы в сто раз хуже. Со своей психикой я как-нибудь попробую договориться. За чужую уже не так уверена…

Только когда я выпила холодненькой водички. Приняла душ. Даже пару масочек успела сделать. Готова была делать всё что угодно, только не притрагиваться даже взглядом к своей же сумочке. Но глаза так и искали каждый раз яркое недоразумение на проходе в мою комнату.

Но сколько ни тяни время всё равно придётся это недоразумение убирать с глаз долой. Желательно и из памяти вон. Почему не существует, как во вселенной Гарри Поттера заклинания Обливиэйт?

Опять отвлеклась. И ладно бы это не имело последствий, так нет же.

— Рора?! А ну, прекрати! Сейчас же, кому говорю! Ты даже не знаешь, чистое это нечто или нет?! — Так бегая и крича на с ума сошедшую кошку, я всё-таки коснулась…

— Фу-у-у-у-у… Это всё ты виновата! Непонятно, как эта штука вообще у меня оказалась. Может, кто подбросил. — В этот момент меня царапнула, пытаясь допрыгнуть, по моей ноге. — Всё! На этой неделе не получишь свой кошачий паштет! Даже не проси. Плохо себя ведёшь. Поняла?

Ругаться с Ророй всегда было бесполезно. Сядет и начнёт лизать все свои конечности по миллионному кругу. И я знала, что в её законный день выдачи вкусняшек всё равно дам этой жалостливой морде мегамраморную говядину в сливочно-каком-то там соусе.

И вот сия королева всех поверхностей моего дома быстро убежала от меня. А я так и осталась стоять посередине зала в руках с этим розовым зайчиком.

Бу-э. Ужас. Хотя на ощупь неплохо так мягкая резина… Что за мысли?!

Выкинуть бы, да я не знаю чьё это? Вдруг с моим вчерашним партнёром мы зашли настолько далеко…

По идее, я даже не помню кто это был. Но вроде как, от моего платья пахло гелем для душа, которым предпочитает пользоваться мой босс. Он как-то мылся после того, как Галечка пролила на него свой борщ. И мы все лицезрели потом слегка мокрого Андрея Михайловича. От него исходил такой же аромат, как и от моей вчерашней одежды. А, следовательно, именно с ним мы вчера провели ночь. Вообще, я ещё смутно помню про какую-то коряво вырванную бумажку с почерком Селиванова. Но это уже могло и присниться.

Хотя если уж совсем придираться, то…

— Нет-нет-нет, Андрюша вряд ли бы так поступил… — Я слышу вибрацию телефона. Мама звонит. По видеозвонку…

— Да ладно! Почему именно сейчас?! — Проговорив в пустоту, я беру трубку. — Ало, мамочка.

— Привет, ты чего так долго звонок принимала. — На экране появляется немного недовольное лицо. — Сегодня же вроде дома должна быть. Спишь ещё, что ли? Уже второй час! Ты чего? Может, приболела?

Как всегда, тысяча и один вопрос от любимой родительницы. Слово вставить не всегда представляется возможным.

— Ну мам. Всё хорошо просто вчера перебрала чуток. — Чуть не махнула рукой, в которой всё ещё лежало оно.

— Тогда выпей сорбент, чего ты как маленькая? И вообще, раз перебрала, тогда тебя кто-нибудь должен был довести до дома? А то как же ты в таком состоянии добиралась? — И вправду я не помню из вчерашнего вечера ничего, кроме самого момента, как выпиваю и как выходила из машины.

Всё это пересказываю и, силясь что-то вспомнить, только усиливаю головную боль.

— Ясно выпей ещё что-нибудь от головы. Ну, значит, кто-то же тебя довёл до машины, значит, ещё не всё потеряно. Ты у меня девочка скромная. — Ага, очень, видела бы, что я держу в руке, забрала бы свои слова обратно. Хотя тётя Люба оценила бы. Она всегда была с хорошим чувством юмора. А моя родительница наоборот. Её хватил бы удар от такой животрепещущей картины.

Ещё немного проговорив и обсудив, когда она прилетает домой, мы начали прощаться, и я всё же махнула перед камерой рукой. Чёрт…

— Это что там у тебя такое розовое? Игрушку новую купила?»