Глава 6. Лжецы не всегда выигрывают

Актовый зал АМИ поражал любого, кто оказывался здесь впервые. Такую роскошь впору ожидать от тронного зала во дворце Его Величества, но никак не в обычной академии магии. Потолки такие высокие, что запросто вместили бы десять человек, стоящих друг у друга на головах. Огромная трехметровая люстра посередине, от которой по верху тянется целая паутина светильников поменьше. В глубине зала большая сцена с занавесом, профессиональной аппаратурой для усиления голосов выступающих. Сам зал оборудован удобными мягкими креслами, которые больше похожи на троны, чем на сидячие места для студентов. На темно-синих стенах совершенно невероятные рисунки простой белой краской. Сказочный пейзаж, звездное небо, ведьма верхом на метле. А одна из стен полностью отдана на откуп дракону. Огромный ящер смотрит на то самое звездное небо и явно намеревается взлететь. Клянусь, я могла различить каждую чешуйку этого прекрасного монстра, настолько детально проработанной была картина.

Говорят, мастер, который занимался этим помещением, умер сразу после, а так как знал о предстоящей кончине, вложил в свое последнее творение всего себя. Среди первокурсников каждый год ходят слухи о том, что призрак мужчины, создавшего сие великолепие, появляется ночью здесь и по сей день. Якобы он не закончил свою картину, на ней чего-то не хватает. Теперь дух не может найти свой покой, приходит каждую ночь в надежде на то, что ему кто-нибудь поможет закончить работу всей жизни.

Глупости, конечно. Где это видано, чтобы в заведении, полном магами, завелся призрак?

В любом случае я лично его не видела и лично не знакома с кем-то, кто мог бы поклясться, что видел лорда Альвьери после его смерти.

— А теперь свою работу нам представит Дунси Беггиз! — Объявил декан факультета артефакторики, отходя в сторону, чтобы дать возможность своему протеже выступить перед толпой злых студенток. Нет, в зале, конечно, находились не только обманутые засранцем девушки, но их было больше. Очень много злых, прыщавых и мстительных магесс, готовых убивать за то, что стало с их кожей.

Дунси понял, что дело пахнет жареным, глазки забегали по залу в поисках поддержки, но вместо этого наткнулись на Линеру, рядом с которой сидела я. В первом ряду. В самом центре. Буквально напротив выступающего. Артефакторша улыбалась, вопросительно заломив бровь. Я едва сдерживалась, чтобы не захохотать в голос, а Алекс уже тихо рыдал от смеха на моем плече.

— Доброе утро, дорогие коллеги, а также маги других отраслей, кторым не безразлична судьба артефакторики, — справившись с эмоциями, поприветствовал лорд Беггиз, а я в этот момент активировала проклятие, которые так старательно берегла именно для этого момента. — Хотя какие вы мне коллеги, так мелкая шушара, хотя я с удовольствием порезвился с некоторыми из вас.

Дунси покраснел, но замолчат не догадался, он уперся взглядом в меня и продолжил, пока проклятие только набирало силы для второй волны.

— Я представляю вам работу, над которой трудился долгое время. Мое изобретение будет полезно всем девушкам, невзирая на возраст и социальное положение. Хотя, будем откровенны, некоторым из вас нужно новое лицо, а не амулет от сглазов и мелких проклятий. Что вы на меня так смотрите? Вы себя в зеркало видели? Да если бы у меня было такое лицо, я бы уже подал в суд на своих родителей! — Артефактор набрал в легкие побольше воздуха, чтобы наконец выдать финал своей блестящей речи: — Не надо на меня так смотреть! Эти прыщи не моя вина! Во-первых, нужно меньше жрать гадостей. Во-вторых, амулет создал не я. Если бы это было мое изобретение, то он просто никак не работал бы. Так уж вышло, что я абсолютно бездарен в этом направлении, и проект я отобрал у Заучки Войсир. Так что, если хотите кого-то убить, она сидит на первом ряду, рядом с Королевой Недоумков!

В Дунси полетели самые настоящие помидоры. Уж не знаю, кто это придумал… Хотя нет, знаю, судя по тому, что Алекс уже почти лежит в этом кресле и нагло смеется над происходящем, впрочем, не забыв установить для нас троих щит, это его рук дело. В общем летали помидоры. Парочка даже попала в цель. Декан самозабвенно кричал то на зрителей, то на виновника этого беспорядка. Минут через десять я поднялась на сцену, игнорируя летящие в меня спелые и сочные плоды, сок которых, казалось, заполнил все пространство.

Картинно подняла руку, требуя тишины, и народ послушался. Обстрел прекратился, крики утихли, зал заполнился тишиной. Именно в этот момент вошел Рейнол, в обязанности которого входило обеспечение дисциплины. Я подарила ему приторно сладкую улыбку, прошептала довольно сильное заклятие чистоты и обратилась к злым и обиженным студентам.

— Добрый день всем, буду предельно краткой сегодня. У меня много дел, да и пары на сегодня никто не отменял, так что предлагаю не затягивать с завершением этого милого мероприятия. Как выяснилось, Дунси Беггиз присвоил себе чужую работу. И, должна признаться, в том, что случилось с вами, есть и моя вина, так как я помогала настоящему автору проекта ставить на свое изобретение довольно интересную защиту. Такая теперь будет на всех ее работах, так как речь идет о сотруднике моего благотворительного фонда, — я подняла руку, демонстируя всем свой браслет, принимая улыбки от тех, кто уже слышал об инциденте у столовой, который студенты взяли и по доброте душевной прозвали “Прыжок за счастьем”. — Именно потому что в случившемся частично есть и моя вина, хотя это и не я украла товарища его проект, а также по той простой причине, что я позиционирую себя не как лидера, способного только карать, например, острым мечом, но и как вашего наставника и помощника, который готов исправлять и свои, и чужие ошибки, я сниму со всех вас защитные проклятия.

Теперь предстояло самое сложное. Я улыбнулась, подняла обе руки в воздух и на головокружительно длинном выдохе разом разорвала абсолютно все проклятия, включая то, которым наградила сволочь Беггиза. Зрители ахнули. Рейнол, кажется, заскрипел зубами, хотя мне со сцены было точно не услышать.

Я же обернулась к декану артефакторов и, глядя ему в глаза, спокойно сказала то, что думала.

— Таким людям не место ни в нашей академии, ни в любой другой. Я буду собирать подписи, чтобы Студенческий Совет выдвигал обвинения. Дунси Беггиз должен быть отчислен из АМИ без права восстановления, лишением артефакторской лицензии до пятого уровня, а так же штрафом, соразмерно сумме, которую получил за продажу чужого изобретения. Если администрация академии будет не согласна с этими требованиями, наш благотворительный фонд подаст в суд на лорда Беггиза от лица автора ворованного проекта. Тогда речь пойдет, возможно, о тюремной заключении в том числе. А сейчас, думаю, мы должны продолжить, потому что выступили еще не все студенты.

Я мягко улыбнулась бледному декану, чтобы сгладить эффект от довольно грубых слов, после чего подмигнула злом как тысяча чертей Герноду и грациозно спустилась со сцены, приняв руку Алекса в качестве поддержки.

Когда на сцену поднялась Линера, зал взорвался аплодисментами. Прыщи уже начали сходить на нет, так что зрители настроены благодушно. А уж после невероятного приветствия моей новой подруги, так и вовсе были готовы требовать отдать победу выступающей на сцене студентки.

— Добрый день, товарищи-артефакторы, маги-шушара и вам Ваше Магичество, — девушка присела в реверансе, глядя на меня, напрямую давая понять Рейнолу, кого считает главой студентов академии. Кажется я снова слышала скрип его зубов… — Меня зовут Линера, но вам я больше известна как Заучка Войсир. Суть моего изобретения проста, но в то же время имеет глубокий смысл. Все ведь уже слышали об игре “Пол — это лава”? Да, на первый взгляд это сущая глупость, но, если подумать, все становится на свои места. Мы с вами маги, а значит являемся щитом и мечом королевства. Разумеется, в первую очередь это касается боевиков, но и любые другие маги являются военнообязанными. На поле боя одно из главных умений — навык быстро думать и правильно реагировать. В Креновой битве наши противники часто использовали ловушку, принцип которой напоминает нашу игру. Первая волна давала легкий разряд по ногам, а вторая волна магии убивала наших воинов, сжигая чистой энергией. При этом деревья, камни, здания и многие другие предметы по разным причинам эту энергию не проводили. С этой точки зрения мы можем рассматривать амулет как тренировочный инструмент на случай, если когда-нибудь нам придется вновь встретится с Креновой Ловушкой. Вторым определяющим моментом является то, что это действительно весело. Мы молоды, полны сил и хотим развлекаться. Правила нашей игры дают возможность делать это, не нанося никому вреда. К тому же, как мы успели заметить, иногда игра может толкнуть вас на “Прыжок за счастьем”. Как знать, к чему он приведет? Ну и третий, самый важный, по нашему мнению, пункт — на что идут деньги, вырученные за золотые браслеты с белым жемчугом? Я действительно являюсь артефактором благотворительной организации “Жемчужные браслеты”, которая специализируется на помощи сиротам и больным детям. Так что ваши деньги идут на добрые дела, а не на наши развлечения…

Линера еще немного рассказала о наших планах, заверила, что по мере возможностей сделает всем желающим свои чудо-амулеты от прыщей, за полцены, деньги так же пойдут на нужды сирот, а потом, смутившись отчего-то, скомкано попрощалась и спустилась со сцены, вцепившись в руку Алекса.

— Я сейчас упаду в обморок, — пробормотала подруга. — Ненавижу быть в центре внимания.

— Я тоже, — улыбнулась, чтобы подбодрить.

— По тебе не скажешь. Выглядишь очень уверенно на сцене. Да и твои мысли, идеи… Ты всегда должна быть в центре внимания.

— Когда-нибудь я расскажу. Но сегодня мне пора, еще Гернода в конкурсе побеждать.

Улыбка Алекса растаяла как мороженое летним днем.

— Ну что не так?

— Ничего… Э… Мне пора…

К полигону, на котором назначили проведение испытаний, я подходила уже в полной уверенности, что Рейнол приготовил мне какую-то гадость. Прямо-таки вселенского масштаба. И оказалась права, хоть и не была этому рада по вполне понятным причинам.

Сейчас на полигоне по периметру установили трибуны для зрителей, над ним висел огромный призрачный экран, который транслировал происходящее в небольшом закрытом загоне. Рейнол как раз в этот момент тепло улыбался, гладил морду ослепительно белого скакуна и, казалось, вообще забыл, зачем он здесь. Я даже залюбовалась, настолько сильно он отличался от себя привычного. Улыбнулась, а потом с трудом удержала на лице улыбку, потому что зашла в загон к лошадям и…

— У меня что-то со зрением или это пара королевских пегасов? — Нервно спросила, старательно растягивая губы в улыбке. Смотрелось наверняка жалко, но держать лицо в этой ситуации я не могла. — Гернод, где ты взял дол… Этих прекрасных существ, чтоб тебе всю жизнь на них летать без возможности приземлиться!

— Я? Испытание оставалось тайной до этого момента, — Рей усмехнулся. — Полагаю, нам предлагается устроить гонки. Ты какого скакуна предпочитаешь? Белого или чёрного?

— Бескрылого!

— Я на многое готов, конечно, ради тебя, — соперник сделал многозначительную паузу, глядя мне в глаза и намекая, что он знает, какую игру мы с Алексом затеяли. Влюблённый, блин, засранец. — Но ты уверена, что хочешь, чтобы меня казнили? Изувечить любимых зверушек Его Величества… Казнят, даже не посмотрят, что все во имя великой любви.

— Пожалуй, ты бы пришёлся ко двору Его Величества. Был бы отличным королевским шутом! — подошла к чёрной животине, перешагивая через собственный страх. — Откуда ты узнал, что я боюсь лошадей?

— Брось, — Гернод снова усмехнулся. — У тебя был свой канаканский скакун, езде на котором тебя обучал сам Альберто Ноэлье. Я мечтал взять у него автограф, лучший наездник нашего времени как никак.

— Одно другому не мешает, — процедила сквозь зубы. — Это подло — использовать мой страх.

— Подло запускать дизинформацию, Эверти. А к испытаниям я не имею никакого отношения, — Рей подходил ближе с каждым словом, улыбался, глядя мне в глаза, пока не подошёл вплотную. Мне пришлось смотреть наверх, и если так стоять слишком долго, то шея будет болеть… Рейнол наклонился ко мне, будто собирается поцеловать, но остановился в сантиметрах пяти от моих губ. — Впрочем, ты ведь можешь отказаться, так что не вижу проблемы.

Секунды тянулись часами, а мы все смотрели друг другу в глаза. Я пыталась заставить себя что-то придумать, но голова не работала. Передо мной стоял человек, который всерьёз намерен надеть корону. И у него явно есть для этого причины поважнее моего азарта и желания кому-то что-то доказать. Нужно узнать их, тогда будет понятно, как поставить коронованного противника на место.

Я улыбнулась так нежно, как только могла, встала на носочки, чтобы самой приблизиться к его губам. Почти касаясь его в поцелуе, прикрыла глаза и тихонько выдохнула:

— Играем, Гернод, — резко развернулась и отошла к белому скакуну, но успела заметить, что Рей стоял с закрытыми глазами и явно ждал поцелуя. — Я Эверти, но ещё и Торрес. А Торресы всегда побеждают.

— Нет, Микаэлла, лжецы не всегда выигрывают.

— Я знаю, Рейнол, — улыбнулась шире, запрыгивая на Пегаса с гладкой блестящей белой шерстью. Можно подумать, он никогда не лжет. Нашёлся мне тут, борец за честность.

Недовольно хмурясь, я заставила своего скакуна выйти из загона и тяжело вздохнула. Я боялась высоты. До дрожи, крика и дикой паники. Ни разу за всю жизнь этот страх я так и не смогла преодолеть. Как-то на каникулах тётя привезла мне ведьминскую метлу: красивую, совершенно новую с моими инициалами на древке. Я попыталась на неё сесть, и это у меня даже получилось, но стоило метле взлететь выше чем на два метра, у меня началась форменная истерика. Я позорно разревелась, потеряла управление и только и могла, что плакать, вцепившись в гладкую палку поло мной. Спасла меня тётя, сняла с метлы и отпоила успокаивающим зельем.

Испытание было провалено. Да, я забралась на пегаса. Да, смогла не устроить истерику во время гонки. Да, я сумела заставить себя гнать на всех парах. Но Рей играюче обгонял меня, иногда зависал в воздухе, красуясь перед зрителями, одной первокурснице он даже послал воздушный поцелуй: девочка почти умерла от восторга. Почти. А жаль.

Я была зла как брошенная ведьма. Как сам бог ярости. Но с безукоризненной благодарной улыбкой приняла помощь Рейнола, спускаясь с крылатого пони, хоть и вцепилась в его руку, впившись ногтями. С достоинством выслушала, кто стал победителем в этом испытании, будто это не было очевидно — Рей успел спрыгнуть с пегаса, выслушать овации, а потом ещё и помог мне спуститься, когда я соизволила долететь.

— Спасибо за честную борьбу. Ты, безусловно, заслужил эту победу, — я улыбнулась ещё ярче, глядя в глаза своему сопернику и давая себе слово, что в следующем конкурсе обыграю его с таким отрывом, что Рей будет унижен.

Гернод слегка нахмурился и молча кивнул. Речь ректора я не слушала, все силы ушли на то, чтобы контролировать себя. Я улыбалась, кивала, когда студенты начинали кричать что-то.

Когда руководство закончило, ко мне подбежал Алекс, укутал в свой плащи медленно повёл вон из полигона.

— Ну как там вид наверху?

— Не знаю, я смотрела только на Рея, — я отстранённо заметила, что случайно назвала Рейнола сокращенно, хотя раньше не позволяла себе этого даже мысленно. Это неприемлемо, неприлично… Наплевать.

— В смысле? — Помощник остановился как вкопанный.

— Я панически боюсь высоты, Алекс, — вздрогнула, вспоминая, как единожды за полет решилась посмотреть вниз. Как раз, когда Гернод послал дурацкий воздушный поцелуй треклятой Бетани Спаймс, которая с удивительным упорством добивались внимания этого королька недоделанного! — Если бы смотрела куда-то, кроме спины главы Мечников, легко могла потерять контроль над скакуном и сорваться вниз.

И я пошла дальше, не обращая внимания ни на Алекса, который все ещё стоял столбом, ни на ректора, вздрогнувшего от моего признания. Я спо прошла мимо, игнорируя притихшую толпу и так же на грани сознания подмечая, что имела неосторожность высказаться в периметре полигона, забыв, что там действует заклинание усиления голоса. Потрясающе. Теперь вся академия знает, что я боюсь высоты. С трудом нашла в себе силы улыбнуться, надеясь, что улыбку заметят, а неуместное признание сочтут шуткой. Надо было сказать, мол, Рей был так прекрасен, что не могла отвести взгляда.

Я дошла до общежития, вошла в комнату, заперла дверь и приказала своему чудо-кустику охранять. Сама достала из шкатулки пузырёк со снотворным, которое начнёт действовать только через пятнадцать минут, сделала небольшой глоток села на пол, обняв себя руками и дала волю чувствам.

Кэрол Фей хмурилась, но вела своего нерадивого студента прямиком в женское общежитие. Она несла в руках огромную связку ключей, которые противно звенели.

— Леди Фей, просто дайте мне ключ, я быстро проверю, в порядке ли она, и вернусь.

Преподавательница упрямо поджала губы, но, поняв намёк надоедливого студента, шаг ускорила.

Через пять минут они оказались у нужной двери, Кэрол с трудом нашла скважину и открыла замок, пропуская Рейнола вперёд. Знала, что Микаэлла ни за что не оставит жилище беззащитным.

Король АМИ плавно шагнул в комнату, пропал в её темноте. Его ноги коснулось что-то скользкое и холодное, обвило полностью голень, ощутимо сдавливая.

Мелькнули пара бредовых мыслей вроде того, что Микаэлла на самом деле Горгона и сейчас она душит его ногу своими волосами-змеями. Но Рей с лёгкостью выкинул их из головы: бредовые мысли, разумеется, а не гипотетические волосы Горгоны.

— Не верю, что говорю с растением, — прошептал незваный гость, но, услышав довольный шелест листьев, продолжил гораздо увереннее, не переставая, впрочем, шептать. — Клянусь, я пришёл с добрыми намерениями, не причиню вреда хозяйке комнаты.

Растение сильнее сжало ногу вторженца лианой, а затем, будто пожалев глупого мальчишку, отпустило и отступило вглубь комнаты. Ветки немного засветились, показывая Рею комнату. Рассматривать обстановку мечнику показалось бестактным, поэтому смотрел он исключительно на Микаэллу, которая лежала на ковре, сжавшись в комочек, явно мерзла, но не могла пошевелиться. Рядом стоял пузырёк с прозрачной зеленоватой жидкостью, явно зелье. Скорее всего снотворное.

Рейнол впервые за долгое время почувствовал себя идиотом и сволочью одновременно. На щеках его соперницы до сих пор были заметны дорожки от слез, сама девушка периодически вздрагивала и бормотала что-то на незнакомом языке.

Взяв леди Эверти Торрес на руки, будто она ничего и не весила, он магией расстелил постель, уложил свою дорогую ношу на постель, снял с неё обувь и только потянулся к брючкам, как услышал вежливое, но какое-то недовольное покашливание.

— Леди Фей, у меня и мысли не было к ней приставать! Но ей ведь неудобно!

— Лорд Гернод, это, знаете ли, уже самая настоящая наглость! Раздавать девушку, которая вам даже невестой не является, пока она спит!

Преподавательница была смущена и путалась в словах, потому фраза вышла какая-то непонятная и глупая. Может, ей действительно стоит взять пару уроков риторики? Неважно! Сейчас она защищала честь своей студентки, а значит не время для недовольства своим красноречием.

— Мы не хотели афишировать, — пробормотал Рейнол, сам внутренне удивляясь своей лжи. — Защита комнаты меня пропустила, видите? Микаэлла не разрешает оставаться на ночь, потому кустик охраняет её сон. Но это не делает нас чужими людьми.

— Вы хотите сказать, что помолвлены с леди Эверти?

— Пока не официально. И, прошу вас, это должно оставаться между нами. Вы же понимаете… Её отец не даст своего согласия на брак, если я не добьюсь места придворного мага. Ведь я беднее, мой род недостаточно древний. Поэтому я должен победить.

— Не пытайтесь давить на жалость! — проворчала преподавательница, тем не менее признавая, что история выглядит романтичной. Рейнол слишком ловко стянул со своей "невесты" брюки, аккуратно их сложил на стол, а вот рубашку трогать не стал. Просто накрыл девушку одеялом и отошёл. У него получилось. Он смог раздеть её и не слишком глазеть на длинные стройные ножки при этом.

— Я жду за дверью, — со вздохом сдалась леди Фей, выходя из комнаты. И Рейнол понял, чего от него ждали. Он подошёл к постели своей личной занозы и поправил заботливо поправил одеяло. Легко коснулся губами её губ, а она вдруг замерла и улыбнулась сквозь сон.

— Так и знала, что поцелуешь, — она спала, но явно больше не боялась сновидения.

— Кто я?

— Ты пахнешь спелой вишней, — снова улыбнулась кому-то во сне его неугомонная соперница, и Гернод искренне надеялся, что девушка говорит о нем.

— А ты пахнешь моим безумием, — он снова поцеловал её, на этот раз вообще как-то странно и не свойственно себе — в носик, который тут же смешно сморщили. Рей пулей вылетел из девичьей комнаты. Сердце билось слишком громко. Улыбка, несмотря на все усилия, все время грозила выставить его полным идиотом, а за дверью стояла куратор девушек. Преподавательница покачала головой и, улыбаясь, словно мамочка, сын которой впервые гулял с девочкой заметила:

— Теперь верю, что ты действительно безумно влюблен. Такой взгляд сложно подделать… А почему Микаэлла решила участвовать в конкурсе? Неужели, ваши родители тоже против этого брака, а ей позарез нужно место придворного мага, чтобы они поняли, какая им невестка достанется?

— Нет, все проще, — Рей нахмурился. — Микаэлла меня… Приревновала. Вы ведь помните ту безобразную сцену в коридоре. Мишель её разозлила, наступила на больную мазоль, а потом и я сглупил. Сделал при всех замечание, вот она и взорвалась. Она поэтому и решила участвовать. Чтобы мне доказать, что лучше.

— А что случилось сегодня?

— Я не знал, что она высоты боится. Она умеет хранить секреты, поверьте. Скроет что-то, а потом сидит вот так на полу и плачет. И ведь не попасть в комнату без ключа, такой защиты себе понаставила. Как будто я насильник какой-то…

Рей говорил тихо, но так уверенно и обиженно, что даже сама Микаэлла могла бы поверить, если бы не спала.

— Ладно, — леди Фей внимательно посмотрела на своего ночного собеседника, а потом сняла со связки ключ и отдала его Рею. Тут же на связке появился новый дубликат. — Вот же растяпа, потеряла ключ и даже не заметила. Ох… Ну теперь, если хозяйка комнаты придёт жаловаться, поменяем замок. А до тех пор, откуда я могу знать, от чьей комнаты ключ потеряла?

— Действительно, — Рейнол вполне искренне улыбнулся своей удачи. Никогда и никому леди Фей не давала добро на ночные походы в женское общежитие. Да она так гоняла парней отсюда, что девушки старались поскорее переехать в домик сестринства, чтобы спокойно общаться с женихами и ухажерами. А тут — такое чудо. Не иначе, удача за ним идёт по пятам…