Глава 2 · Прибытие раненых героев

Гостиная встретила нашу спасательную команду вполне благообразной картиной. Братья Кьюринги вместе с Юной стояли у окна и смотрели на улицу. Девушка даже животом на подоконник оперлась и носом к стеклу прижалась. Оба брата косили то в окно, то на ее оттопыренный, облепленный тонкой тканью, нетерпеливо подпрыгивающий тыл.

— Герои последнего Прорыва Хаоса на отдых приехали, — повернувшись к нам, зачаровано произнесла официантка. — С командором ручкаются. Один лысый, страшный такой. А второй…

Она закатила глаза и лизнула губы острым розовым язычком. Братья сглотнули.

Есть такие девушки, и вроде внешность просто милая, не сказочная, и характер приятный, без пошлости. А в каждом движении, в каждом жесте — столько женской неги и соблазна, что у мужчин челюсти и другие части тела сводит.

Юна манила как дышала, волоокостью, эдакой туманинкой в глазах, улыбкой изогнутых луком мягких губ, тем, как чуть наклоняла вперед тоненькое, но наполненное в нужных местах тело. При встрече с командором она стояла сбоку, а я больше наблюдала за псом и сэром Освальдом, поэтому не сразу заметила все волшебство ее недавно расцветшей женственности.

Зато сейчас видела это настолько ярко, что даже оценила выдержку близнецов Кьюрингов, они только что слюну не пускали, преданными глазами пожирали девушку, но границ явно не нарушали.

Дверь распахнулась и в гостиную зашли командор с гостями.

— Пока вам обустраивают комнаты и переносят вещи, джентльмены, можно подождать в нашей гостиной. Как видите, очень уютное место, мы здесь часто собираемся вечерами… — сэр Освальд говорил, а сам поднимал бровь все выше при виде нашего замершего сообщества.

Джени дернула меня за подол и шепнула:

— Уходим быстрее!

— Ах, какой цветник! — громким голосом сообщил один из приехавших, абсолютно лысый и по уши покрытый рунными татуировками — скорее всего Юну напугали именно они. Его грубоватое, но весьма привлекательное лицо выглядело довольным. — Беленькая, шатеночка и рыжая. С подносом нас встречают! А почему с пустым, ну-ка, наполните его, девочки! И сами возвращайтесь, посидите немного на коленях у папы Сантаны, вот хоть бы и ты, рыженькая.

Одетый в форменные брюки и тонкую мятую сорочку, без кителя, но в высоких кожаных ботинках, на подозрительный Пост прибыл собственной персоной уважаемый ритор столичной академии, Хог Сантана, специалист по выживанию. Да не один, а с тем, кто совсем недавно стал моим женихом.

Мимо опасливо зыркающей меня, восторженно замерших местных дев и с интересом его оглядывающих Стражей, шел Райден Камачо. В легких летних брюках, чуть натягивающихся при шаге и эффектно облегающих крепкие бедра, расстегнутой у ворота белоснежной сорочке, удлиненном синем жилете из тонкой шерсти, отдаленно напоминающим китель, но им не являющимся. Белые волосы шелковой волной лежали на широких, уже выглядящих мощными плечах. Весь, с головы до пят идеальная модель для картины «Страж на отдыхе».

— Мило, — с небольшой ленцой сообщил он, совершенно не обращая внимание на присутствующих девушек. — Сэр Освальд, благодарим за щедрое приглашение. Ваш пост производит наилучшее впечатление.

Дергающая меня и чуть не отрывающая уже подол Джени добилась своего, я сделала по ее примеру нечто примитивно-приседающее, которое с натяжкой можно именовать книксеном, при этом задела подносом командора, пожала плечами и ретировалась на кухню.

Новенькой все спишут, но в следующий раз, если он случится, я потребую отправить меня на задание в роли Стража. Я тоже хочу сейчас развалиться на диване и немного отдохнуть.

Пока Джен трясущимися руками нарезала пирог, я, недолго думая, схватила самый крупный кусок и с удовольствием в него вгрызлась.

— Эля!

Да гори оно огнем!

Я быстро доела, даже слизнула крошки с ладоней и — улыбнулась.

— Девочки! — Юна ворвалась в комнату, закрыла за собой плотно дверь и тут же съехала по ней спиной. — Меня трясет, девочки. Он идеальный! Такой… Такой… Ах, кажется, я влюбилась и хочу от него ребенка. Неужели так бывает, а? Меня ноги не держаааааат!

Сердце неприятно сжалось, но я прогнала глупую, ничем не обоснованную ревность. Только покачала головой и потянулась за чашками. Удивительная природная странность случается с некоторыми людьми: по внешности, с первого взгляда, они пытаются определить партнера по отношениям. Папа говорит, что мужчины в этом более осторожны, не загадывают вперед. Они смотрят на хорошенькую девушку и представляют разовое свидание и прощание утром. Ничего более.

Зато девушка смотрит на молодого человека пару минут и что видит? Любовь и детей. По внешности! А ведь он изменится лет через пять, так? И все эти пять лет молчать не будет.

— Если ты о юном красавчике, — блондинка прикрыла пирог локтем, увидев задумчивый взгляд, брошенный мной на остатки. — Он нобиль, дуреха! Развлечется и выкинет как использованный платок.

— А и пусть выкинет потом, — решительно сказала местная красотка, подтягивая кружевной лиф к краю декольте и до треска затянув поясок передника. — Если получится. Он на побывке, значит не принимает свою гадость. Вы не смотрите, что он нобиль, зато молоденький совсем. Такой оценит, что он у меня будет первый, ребеночка опекать будет и ко мне почаще заглядывать. Ох, девочки, расскажу потом, точно лучше любого сна будет, я чувствую.

Покусав губы, она сложила их покрасневшим бутоном, подхватила поднос с пирогами и чашками и поплыла в гостиную.

— Глупенькая еще, — покачала головой помощница кухарки, — три месяца как на Пост приехала, и до сих пор ветер в голове. Не нужны мы им, со всей нашей пси-активностью.

— Ты пси-активная? — удивилась я.

— Конечно, на Посты других и не берут, — усмехнулась она, вытаскивая картошку для чистки. — Чтобы ребеночки появлялись со способностями. У ихних дамочек с этим делом все хуже, вот нам шанс и дают. Я тут больше года, пустышка как видишь, через пару месяцев спишут. И возьмут такую вот свеженькую как Юна, или как ты, чтобы понадежнее вам животы надуть.

— И часто девушки меняются?

— Да по-разному, — уклонилась от ответа блондинка.

— А Стражи?

Она задумалась, хмуря тонкие светлые бровки.

— Стражей обычно до десятка, мы вспомогательный Пост, но из восьми постоянных только пятеро неженаты. Ежи, он самый добрый. Клаус — молчаливый и внимательный. Братья Чет и Бартоломью, ты видела, веселые, оба за Юной ухлестывают. И через месяц-другой один из них своего бы добился, если бы не приехавший новичок. Дурит Юнка, ох дурит. Местный-то привык бы к ней, домик бы ей в городе купил. Красота. А этот отдохнет и забудет, как звали.

— А пятый холостяк? — я постаралась поменять тему. Разговоры с упоминанием Камачо меня начали нервировать.

— Пятый? Пятый — командор Освальд, но на него, Эля, лучше не смотри, мисс Фарго говорит, что с такими как он, давно закончившими академию, каши не сваришь. Ну, ты понимаешь.

В гостиной громко захохотали, на разные голоса. Кому-то там было весело. Я осторожно прикрыла дверцу белого шкафчика, чтобы не треснуть ей что есть сил.

Держись, Стелла. Зато ты информацию нужную получаешь, полезное дело делаешь.

— Что понимаю? Объясни, пожалуйста, что не так с сэром Освальдом. На вид такой впечатляющий мужчина.

— Мисс Фарго давно тут и повидала разных девушек не счесть, как песчинок на берегу. Нашептала мне, что от молоденьких чаще правильные детишки с пси-энергией родятся. Вот Юна сразу поняла, кого ловить надо, с нее пример бери. А то некоторые девушки увлекаются сильно, год тут в сказке живут, а потом их с Поста списывают.

— И что?

— И все. С обычными парнями-то уже неинтересно, сердце не екает. Годами потом тоскуют, Стражей забыть не могут.

Она внезапно помрачнела, отвернулась и больше на мои вопросы не отвечала, словно оглохла, только командовала до прихода мисс Фарго: что вытащить да что помыть.

Время плавно перешло к обеду, вскоре появилась злющая старшая кухарка. И теперь молчали мы все втроем, недовольно поглядывая на веселую, порхающую как птичка официантку.

Я представляла как она кружит вокруг Рая, наклоняется невзначай, наливая напитки. И горячая злость приливала к моим щекам. Хоть выбегай и требуй, чтобы нобиль немедленно надел помолвочное кольцо. Ух, теперь я понимаю его злость, когда вокруг меня вертелись другие студенты.

День проходил долго и тоскливо. Не спасла даже вкусная еда, которой мисс Фарго угощала нас в перерывах. Когда перед ужином Юна влетела на кухню и сообщила: «Ой, что было, страшный шлепнул меня по попе, а красавчик подмигнул», я чуть не уронила поднос с мясом.

— Элька, — гаркнула кухарка, — хватит завидовать, аж смотреть противно. Такая хорошая девка пришла, а сейчас дуришь. Ну-ка марш на улицу через кладовую. Держи ключ. Погуляй по огороду и охолонь. Только далеко не уходи, крикну тебя.

Выпрямив затекшую спину, я вытерла капли пота со лба и вздохнула.

А ведь я действительно ревную. Правда не только к Юне, а вообще к ситуации. Два других сегодняшних новичка и Пост успели посмотреть, и поесть несколько раз нормально, и погулять где-то. А я в согнутом положении почти целый день. Не об этом мечталось, когда поступала в академию Стражей.

Я сердито прошла кладовку, толкнула дверь на улицу и вышла на свежий воздух, с удовольствием расстегивая пуговицы у горла.

— Я надеялся, — произнес низкий голос. — Карга всегда новеньких отдохнуть в огород посылает, чтобы они через гостиную не бегали.

На низкой, почти вросшей в землю старой скамеечке у стены сидел сэр Освальд и меланхолично жевал длинную зеленую травинку. У его ног лежал пятнистый длинношерстный щенок, так умиливший меня утром.

— Сэр? — осторожно протянула я. — Я вам нужна?

— Хочешь перекусить вместе со мной? Я распоряжусь, чтобы тебя освободили вечером от работы.

Несколько секунд я на полном серьезе обдумывала соблазнительное предложение. С тоской посмотрела на каменный забор, огораживающий поместье, в котором размещался Пост. И дня не прошло, а я почти возненавидела это место. Хоть перемахивай и беги прочь, честное слово. Окинула взглядом небольшой огородик из пряных трав и ровными рядами посаженных овощей. Вздохнула и — отрицательно покачала головой.

Благодарю, сэр. Но на меня рассчитывают. А обещания надо выполнять.

И пусть я имела в виду совсем другое, нежели командор городка Циполь, зато говорила от души.

Брови командора удивленно поползли вверх. Не пойму, зачем мисс Фарго на него наговаривает. Он, конечно, не мальчишка, но если и исполнилось тридцать, то вряд ли давно. Возраст примерно как у Сантаны.

Я потупила глаза, по мере сил пытаясь изобразить стеснительную девушку, млеющую перед Стражами.

— Прошу простить меня великодушно, сэр, но я лучше…

Дослушивать меня не стали. Мужчина хмыкнул и просто попытался притянуть к себе. И — с удивлением обнаружил пустые руки.

Отшагивая назад, давя травы, я судорожно пыталась придумать, как прошмыгнуть мимо него в дом и при этом не повторить «случайность» уклонения юной селянки от захвата опытного Стража.

— Ага, вот они где! У командора отличный вкус, смотрите, пока я расслаблялся, он уже мою рыжулю кадрит! — сзади заорали и необязательно было оглядываться, чтобы определить, кто так разоряется.

Пробудившийся от дремы щенок подпрыгнул и тоненько испуганно залаял, добавляя шума. Командор выругался сквозь зубы, а ворвавшийся на задний двор Сантана весело рявкнул: «Стоять!» — и обнял меня за талию.

Команды ритора я привыкла выполнять беспрекословно, поэтому на рефлексах замерла как вкопанная. И вырулившая из-за угла дома компания Стражей увидела непонятную сценку.

Меня обнимал довольный лысый Страж, а командор просительно тянул к нам руки.

— Ого, — протянул неизвестный мне огненно-рыжий Страж. Он улыбнулся и приветливо кивнул мне. — А мы-то думали, почему тебя не смогли дозваться. Новенькая?

Мужчины явно шли с тренировки. Свободные спортивные брюки, накинутые, но еще не застегнутые сорочки, влажные пряди волос.

— Моя, я первый ее приметил, — притиснув меня к себе, гордо ответил рыжему сэр Хог Сантана, шикарный мужчина в самом расцвете сил.

Но насчет сил — это ненадолго, а может быть, и мужская шикарность не задержится, судя по холодному яростному взгляду идущего последним Райдена. Хм. Давно я не видела беловолосого нобиля таким злым.

Я тоже была зла. Но не на ритора по выживанию, его шуточки я воспринимала философски. Меня внезапно вывел из себя щенок, точнее ярко-желтое нечто, очень напоминающее глаз. Особенно когда оно взяло и мигнуло прямо посреди пятнистой собачьей шкуры.