23 глава

Я хотела поговорить с Киром в парке, где было не так много людей, и мы вполне могли обсудить возникшую проблему, с глазу на глаз. Но вместо этого, Кир достал телефон, сверился с адресом и повёл меня в сторону симпатичного здания. На резной вывеске, красивыми буквами выведено название, отнюдь не дешевого кафе. Цены там кусачие, связано это с месторасположением и видом на водную гладь, бескрайнего моря.

Я тут раньше не была, и заходить не хотела. Внешний вид заляпанной кофты, которую я и так старательно застирывала в туалете, от остатков еды, был непрезентабельным и невероятно смущал. Влажная, местами в разводах и с налипшей пылью, толстовка молила о быстрой, безболезненной смерти. Так бы я и сделала, ещё пару месяцев назад, когда в нашей семье был достаток, сейчас дела обстояли иначе, поэтому придется вдохнуть в неё новую жизнь, посредством, нескольких ручных стирок.

Чувствовала себя воробышком. Грязным, взлохмаченным и очень вредным.

Появляться в таком виде, да ещё и в публичном месте, мне было не комфортно, о чем я и сообщила Кириллу.

Он окинул меня внимательным взглядом, не пошлым, как делал это Марк, исследуя каждый сантиметр кожи, а вполне обычным, как смотрел бы на стол, ища на нём сломанную ножку, мешающую полностью погрузиться в работу.

От пристального внимания хотелось скрыться, мои нелепые доводы, что поговорить можно за приятной прогулкой, да хоть до следующей остановки, он слушать не стал. Не захотел. И вообще, нечто неуловимое изменилось между нами, когда парень набрал номер и велел человеку привезти для меня вещь.

— Я отправил твои размеры, отсюда ты выйдешь уже в новой кофте, а теперь заходи.

От его слов, настроение пробило землю, чувство неполноценности ударило по самооценке, вынуждая меня скрести свободной рукой толстовку и попытаться оттереть прилипшую грязь.

Хватит! Я дико разозлилась на себя. Я могу позволить купить себе кофту, но не хочу, чтобы это делал для меня он, и вообще, кто— либо!

Я нахмурилась и постаралась вытащить свою руку из его ладони, которую он до сих пор удерживал! Не могу поверить, что мы шли с ним за ручку, как пара!

— Не нужно. Я просто хотела сказать, что о нас с тобой поползли слухи… — я достала из кармана джинс телефон и хотела наглядно показать то, что разъедало мою репутацию словно бурлящая, выжигающая кислота.

Я нашла нужные скрины, повернула экран в сторону Кира и затаилась, ожидая когда он оценит всю степень катастрофы.

Парень даже не взглянул в экран.

Он пронзил меня хмурым взглядом и холодно приказал:

— Зайди. Внутрь. – распахнул передо мной дверь и ждал пока я пройду. И судя по всему, начинал терять терпение.

Кажется, он не привык повторять дважды, но со мной ему пришлось это сделать. Я досадливо прикусила губу и когда мимо меня протиснулась пара хихикающих девчонок, задорно благодаря Кира за открытую дверь, поняла, ещё немного и лимит его галантности исчерпается. Быть швейцаром парню было не по душе.

Я не хотела идти ему на уступки, но нам нужно было поговорить, он приехал сюда для этого, оставив свою работу и теперь теряет время на наши споры.

Устало выдохнув, я зашла внутрь. Народу не много, каждый одет во что горазд, хотя кому как не мне, знать, что брендовая одежда может выглядеть потрепанно и порой, неопрятно.

Уверена, что до нас никому не было дела, но я все же сняла с себя толстовку и поежилась под прохладными потоками ветра, излучаемого кондиционером.

Кир отодвинул стул и стоило мне сесть, накинул на мои плечи свой пиджак. Стало теплее, но это было лишнее! Я не просила и вообще, почему он не спросил, нуждаюсь ли я в этом жесте?

Может, по мне и так видно? Сижу как на иголках. Переживаю. В нос ударил хвойный запах его одеколона, хотелось зажмуриться и вдыхать его снова и снова. Не будет ли странным, если я спрошу у него марку парфюма.

«Так, приди в себя, Алина. Ты здесь по важному поводу.» – приведя себя в чувство , я стала рассматривать Кира со стороны. Он сел напротив меня. Чёрные волосы пострижены и уложены, нет ни намека на щетину. Чистое лицо с ровной кожей, о такой мечтают все подростки. Чёрная рубашка подчёркивала его мускулистое тело, дорогие часы оплетали его запястие. Примино такой же фирмы, были и у мэра нашего города, перед тем, как его выгнали с должности за коррупцию.

Он сдержан, я замечаю, что он не мой ровесник, а значительно старше. Это выдают в нём глаза, взрослые, расчетливые. Кажется, он добился многих поставленных целей, и я больше чем уверена, это далось ему нелегко и сильно закалило характер.

Безэмоциональным тоном сделал заказ, поворачивая меню ко мне, ожидая того же.

Помня печальный опыт, коснувшийся меня в подобных обстоятельствах, я особо рьяно оценивала невербальный контакт Кира с официанткой. Когда мы были в ресторане с Марком, та имела с ним долгоиграющие отношения и не собиралась скрывать такое от меня.

Наоборот, ей доставляло удовольствие утереть мне нос. Ведь ее, девушку из обслуги, предпочли богачке, из хорошей семьи. Интересно, сколько неподдельного злорадства и превосходства она испытала, узнав, что её поступок привёл к разладу наших отношений и теперь её постоянный клиент, будет появляться у неё в разы чаще.

Я обняла плечи, ежась. В душе воцарилось опустошение, как после хорошей истерики.

Девушка, чьё имя на бейдже выведено фломастером, говорило мне, что её звали Валерия.

Она ни разу, за время общения, не подняла взгляд на Кира, наоборот, казалась притихшей и даже напуганной.

Принимая у нас заказ, она дико нервничала и не повторив его, сбежала на кухню. Администратор последовала следом и у них произошел разговор на повышенных тонах.

Мне стало её до безумия жаль. Зная, как ни во что не ставят обслуживающий персонал, не удивлюсь, если на неё наложат штрафные выплаты, за несоблюдение порядка. Нужно не забыть оставить ей хорошие чаевые, может они компенсируют сумму штрафа.

Я оторвалась от наблюдения за Валерий, которая вышла к другому столику с опухшими глазами и красным носом, и сразу споткнулась о взгляд Кирилла, беззаботно откинувшегося на спинку кресла. На краю стола, лежал его телефон, который загорался каждые несколько секунд, информирует о звонках и сообщениях, но ни единого звука, от не было слышно.

Черт, он уже давно сидит и смотрит на меня, пока я летаю в облаках, рассуждая о незнакомой девушке и её настроении!

Я робко взглянула на него, покачала головой и любезно улыбнулась. Не хотелось становиться обузой еще и для Кира.

— Посмотри пожалуйста. – мягко повторила я, пытаясь справиться с возникшей неловкостью.

— Что я должен здесь увидеть? Голая девушка. Дальше. – видимо Кир отметил только фотографию, не вчитываясь в сообщения.

— Это я. – Воскликнула в сердцах. И тут же начала озираться по сторонам.

— Ты для этого меня вызвонила? Показать свои фотографии? – от его пронзительного взгляда хотелось лезть на стену. И самое ужасное, лицо не выражало никаких эмоций. Я не знала о чем он думает. Но черт, сама мысль, что я так глупо начну кадрить парня, отвлекая его от важных дел ради просмотра моей обнаженки, наверняка спустила мою репутацию в его глазах, в воронку унитаза!

Я сдерживалась из последних сил, и все равно не смогла удержать лицо, густо покраснела, кажется у меня полыхали даже уши. Я сбросила с плеч его пиджак и боролась с неистовый желанием попрощаться и сбежать. Хотелось просто скрыться и больше некогда не показываться тому, кто вызывал во мне бурю неконтролируемых эмоций.

— Я позвонила тебе разобраться по поводу твоей записки с адресом гостиницы. Зачем ты её оставил? И зачем ты вообще отправил мне тот букет?

— Захотел. – коротко ответил Кир, критично наблюдая, как уже другая девушка, расставляет перед нами тарелки.

— Твой поступок, спровоцировал скандал. Мой парень избил курьера, который принёс цветы и все потому, что хотел узнать твое имя!

— У тебя есть парень? И ты говоришь об этом только сейчас? Переписывалась со мной тоже, лёжа в его кровати? — голос парня не был испуганным, а стоило бы! Я бы расстроилась, узнав, что какой-то человека избил другого, пытаясь узнать мое имя, чтобы уже добраться до меня.

Я зарычала. Ну что за непробиваемый тип. Кир чудесным образом умудрялся не отвечать ни на один мой вопрос, но при этом, успевал задавать свои. И теперь уже я вынуждена оправдываться за свои действия и наше общение.

— Мы расстались за несколько дней до нашего с тобой знакомства, но это не меняет того, что мой бывший парень, не перестал считать меня своей. – я старалась успокоиться. Сама не понимала, почему выкладываю все как на духу, но непроницаемый взгляд серых глаз будто приковывал к месту, заставляя говорить ему только правду. — Пожалуйста скажи мне, зачем ты оставил ту записку. На что ты рассчитывал в конце концов.

Как мантру повторяю я каждый раз.

— Я передам своей секретарше, что цветы не пришлось тебе по вкусу. – невозмутимо пожал широкими плечами, обтянутыми, чёрной люксовой рубашкой, и наклонился к столу, соединяя руки перед собой.

Я старалась скрыть за беззаботной, вежливой улыбкой, острое разочарование, от понимания того, что слишком много о себе возомнила.

Я как безумная, ношусь между двух огней, выгораживаю Кира как тайного любовника, в то время, как ему на меня наплевать. То есть я и так не хотела бы, чтобы он пострадал из-за дикой ревности бывшего, но укол острого разочарования все же оставил некую пустоту внутри.

Да и на что я надеялась?

Мы говорили всего пару минут на остановке, он обещал меня отблагодарить за услугу, а я сразу распустила хвост. «Он влюбился, поэтому нашел мой номер, увлекает беседой, дарит шикарные цветы.» — Дура!

Номер у него мой остался, потому что я ему и звонила, найдя визитку в его портмоне. Писал мне он, скорее всего от скуки. А цветы и вовсе, вся благодарность за мою помощь.

Я скрипела зубами, моя улыбка превратилась в оскал, скулы свело, от моей тупости и возведения себя до небес. Как же больно падать. А я еще и вызвонила его с работы, устроила истерику, как разобиженная девка, которой возлюбленный на утро не перезвонил. Как я вообще могла додуматься, что что-то для него значу.

Хотелось дать себе мысленных подзатыльников.

Он поручил секретарше, чужому абсолютно человеку, отправить мне букет, уверена на её вкус, а теперь, я мчусь к нему и тыкаю под нос интимным фотографиям. Словно предлагаю себя. Точнее, ищу встречу с ним. Говорю, что моя одежда испорчена, а для него это звучит так, как « купи мне пожалуйста шубу, дорогой» . Конечно я утрирую, но «выпрашивать» купить вещь, (а я это именно так теперь воспринимаю) видя человека второй раз в жизни — это вверх наглости.

Черт, я же сказала, что весь универ знает о наших отношениях. Ну вот, он теперь будет думать, что я сталкер, который маленькую мелочь, возвела до безвыходности и теперь буквально настаиваю на наших официальных отношениях, чтобы подтвердить слухи и навязаться в его девушки.