Глава 35

Лена таскалась по собеседованиям, как взмыленная лошадь, но хоть выглядела прилично в брендовом костюме. Первое место, куда она сунулась, была фирма, где она работала последнее время. Начальник отдела только посмеялся над ней. – Я же говорил, что придёшь умолять, взять тебя обратно. Обещал вытурить взашей. Иди отсюда, мест нет. В других фирмах тоже по её профилю ничего не находилось и предлагали работать менеджером низшего звена. В одном офисе заявили: – Простите, одна девушка пять минут назад была, подошла нам, взяли её. Уборщицей пойдёте? – Я похожа на уборщицу? – Лена подскочила со стула, гневно размахивая руками. – Как хотите, было бы предложено, – пожала плечами сотрудница отдела кадров. Лена выбежала из офиса на улицу и несколько минут глотала ртом воздух. Возмущению не было предела она пришла разодетая в дорогой шмот, а ей предложили взять в руки швабру и мыть под столами у тех, кем ещё недавно была она. Хотелось выть от досады, три дня прошло впустую, ещё и на раскладушке приходилось спать, было неудобно и узко. Мебели в квартире мизер. На работу не берут. При таком раскладе дочь ей вряд ли отдадут. В суде требуется предоставить справку, что она получает зарплату и способна содержать ребёнка. Муж времени даром не терял и уже подал на развод. Они с Ляной даже съездили на её квартиру и забрали все документы. Там только паспорта не было и пенсионного с медицинским свидетельством. По ксерокопии паспорта и свидетельству о рождении заменили всё как утерянное. Всю информацию о сестричке Лена узнавала у родителей, вернее, они сами с радостью докладывали. Да, в паспортном столе, в милиции и ей пришлось объясняться, чтобы выдали настоящие документы. Повезло, что проволочек не было и через две недели она получила новенький документ, с которым теперь бегала по городу. Время клонилось к вечеру, пришлось ехать домой. Как только Лена зашла в квартиру, то сразу услышала звук шуруповёрта. Отец вечерами что-то сверлил, прибивал, собирал мебель. Часто приходил помогать Паша, но от этого никакой радости, он не обращал на Лену внимания. Оказалось, отец и Фёдоров собирают диван, который, наконец, привезли. – Привет. Хоть спать будет где. Паш, когда ты мне разрешишь с дочерью увидеться? – спросила Лена. – В субботу приходи в гости, – ответил Фёдоров, даже не глянув на неё. *** Павел вспомнил, как они с любимой вчера решились рассказать Варе, кто настоящая мама, а кто такая Ляна. Дочка внимательно слушала, потом сказала. – Получается, ты мамина сестра-близнец? Я знаю, кто такие близнецы. В соседнюю группу ходят два одинаковых мальчика. Не понимаю, как их родители различают, кто есть кто. Вот и папа тебя перепутал, – сказала Варя, потом полезла обниматься с Ляной. – И всё равно я тебя люблю. Ты моя мама, Ляна. Та мама тоже хорошая была, но потом забыла обо мне. – Как это забыла? – спросил Паша. – Ты чего не помнишь, пап? Она уходила рано, приходила, когда я сплю. Иногда только из садика забирала, когда ты не мог. А потом уехала считать медведей в лесу и пропала совсем. Ей медведи дороже, чем я. – Медведи? – Ляна захохотала. – А что я должен был говорить? Хм, ты меня поняла. Варь, я приглашу к нам маму в субботу, повидаетесь. – Пусть приходит, но эта мама всё равно лучше. Она мне песенки поёт, она мне братика родит скоро, – беспечно ответила дочка. Повезло, никаких истерик и слёз. Варюша в свои годы оказалась очень умной и многое понимала. В следующем году она уже в школу пойдёт. Павел помог тестю собрать диван и ушёл домой. Пришла Лена, а с ней он видеться не хотел. Она недавно звонила Ляне, просила его бросить. Видимо, узнала номер у родителей или в телефоне подглядела, начала надоедать. Пришлось на этот раз поговорить серьёзно. Паша обещал, что Ляна заявит на неё в полицию за систематическое оскорбление и унижение достоинства. Она все телефонные разговоры записала и в суде предъявят. Паша добьётся, что такую мамашу опека на километр к дочери не подпустит, и суд запретит видеться. Лена притихла и больше не лезла к ним, всё же она не совсем дура и поняла, чем это ей может грозить. И всё равно Паша не собирался отдавать дочь. Видеться позволит, но не более. Эта вертихвостка может в любой момент опять исчезнуть, а Варю они так и будут таскать из квартиры в квартиру? Погода была почти по-летнему тёплая, Варя гуляла с друзьями на улице. Ляна сидела на лавочке, поглаживая живот. Павел сел рядом и вздохнул. – Родители тебе привет передавали. Лена завтра заявится в час дня. Придётся нам её терпеть, но тут ничего не поделаешь, она мать Вари. – Я понимаю. Суд только через месяц, надеюсь, всё пройдёт хорошо. Как представлю, что Варюша с нами жить не будет, так на душе холодеет. – Ты главное не волнуйся. Я в опеку завтра пойду, они должны своё заключение дать. Придут жильё смотреть, но у нас всё хорошо, чисто, холодильник полный. У Вари всё есть. Надеюсь, их решение будет в нашу пользу. Ленка на работу устроиться не может, родители ваши сказали, – Паша обнял любимую за плечи. – Я постараюсь не волноваться, обещаю, – улыбнулась Ляна. – Мам, пошли домой, я есть хочу. О, папа пришёл, – к ним подбежала Варя. – Идём. Запеканку не обещаю, но я для тебя парочку пирожков в холодильнике припрятала со вчерашней выпечки, – ласково сказала Ляна. – Ура! Какая ты у меня заботливая. – Варь, завтра мама Лена в гости придёт, – произнёс Паша. – Пусть приходит, – беспечно пожала плечами дочка. – Я её не буду ругать, за то, что она шлюха. – Варь, откуда ты это взяла? – изумлённо спросил Паша. – Ванька Соколов сегодня сказал. Его мама папе сказала, что моя мама – шлюха, уехала с любовником и бросила меня. А теперь у нас не семья, а Санта Барбара. А что, шлюха – плохое слово, да? – затараторила дочка. – Нехорошее. Не стоит так никого называть, родители Вани не правы. Я сам с ними поговорю, не ссорься с другом, он не виноват, – поспешил объяснить Павел. Было неприятно. Всё что происходит у него в семье, как-то просочилось до родителей в Вариной группе детского сада. «Это не Марина рассказала, она не может. Тогда кто? Завтра поговорю с Соколовыми по душам. И вот зачем было при ребёнке такое говорить? У них мозгов совсем нет?» – раздражённо подумал Фёдоров.