Глава 14. Я маленькая обижулька

Рома

Я не звонил Насте. Дал ей время остыть и успокоится. Да и себе, если честно дал время.

Но… рабочий день закончен и нужно ехать домой.

Заехал по дороге домой в магазин и купил ей целую коробку шоколадок. Тех самых. В фольге.

Настя так её с таким аппетитом ела, что я сам едва не съел Настю. Но не дала.

Уже подъезжая к дому, понял что Насти нет.

Тёмные окна смотрели на меня с укором и в сердце тут же закрался холод.

Припарковавшись возле дома бросил машину и поспешил внутрь. Может она просто спит?

Ну устала и спит… может же быть так, что человек лег спать в семь вечера?

Забежав в дом я понимаю что нет. Насти нет. И, судя по всему и не было с самого утра.

— Может на работе…, - бормочу, доставая телефон. — Бл@ть… Я даже не знаю где её офис. Дебил!

Злюсь. Дико злюсь на себя и снова на Настю.

Вот на хрена ей работа? Все же нормально было!

Я работал, она дома. Всё же нормально…

Где-то в душе свербит что нет. Не было нормально. Скучно было.

— Зато теперь, бл@ть, весело. — бурчу, слушая длинные гудкт.

Не берет.

Захожу в приложение и понимаю, что не вижу её геолокацию. Либо она отключила её, либо снесла программу.

— Ну зачем, Настя! — взъерошиваю волосы и снова, и снова набираю её номер.

В голове мелькают картинки того, что произошло в кабинете.

Обиделась.

И это злит. Неимоверно злит.

Ведь, что собственно было то там?

Ну подумаешь, сидела Инга на полу! Ничего же не было. Не было! Это не повод не брать трубку и уходить в игнор. Не повод!

Телефон мигает сообщением.

«Я буду ночевать у папы»

— Да, бл@ть! — сердито отшвыриваю телефон и сползает по стене на пол. — Ну и на хрен!

Значит пусть там и живёт пока!

Может хоть начнёт ценить меня.

А то прыгаешь перед ней, прыгаешь, а она к папе ушла!

Бред!

* * *

Непривычная тишина дома давила, создавая ощущение одиночества.

Я слонялся по дому, не зная чем себя занять. Мне было тошно. Ни сына, ни жены…

— Бесит! — стоя, в душе крикнул я. — Бесит! — зло растирая себя полотенцем матерился.

— Ушла. К папе. Дура! — ругал жену, натягивая на себя джинсы. — Думает, я её там оставлю!

Решительно подхватив ключи от машины вышел за дверь.

Жена должна быть с мужем! Это железно!

Настя

— Настюш, идём пить чай? — Таня постучавшись заглянула ко мне в комнату.

Я лежала, свернувшись калачиком на огромной кровати и зябко куталась в плед.

Мне было плохо. Горько. Обидно. Одиноко… и очень хотелось шоколадку. Прям очень.

— Идём, я заварила чудесный чай. — Таня ласково погладила меня по голове. — Мальчишки придут поздно. Идём…

Поддавшись уговорам Тани, иду за ней на кухню.

Сашка, папа и Данил уехали гонять мяч. Есть у папы такая страсть. Футбол называется. Раз в неделю они с кем-то там собираются и гоняют мяч по полю. Вот и сегодня, кинув на меня быстрый взгляд, отец забрал сына, внука, и уехал, оставив нас с Таней вдвоём.

— Чай со смородиновым листом и мятой. — Таня втянула аромат и счастливо зажмурилась.

— Вкусно. — согласилась я, делая глоток. — Правда вкусно.

— Я когда маленькая была… помню приду расстроенная, а бабуля мне такой чай заваривала. И дольку шоколада на блюдце клала. — Таня задумчиво смотрела в окно. — Откуда только шоколад брала? — она с нежной улыбкой пожала плечами. — Денег никогда не хватало. Шоколадка-это прям роскошь была.

Она двигает ко мне блюдце, на которой лежит шоколадка и меня прорывает.

Я реву, захлебываясь, выплескиваю Тане все, что накопилось.

И про второй телефон с перепиской, и про «охрененные титьки», и про то, как застала их сегодня в кабинете…

— Вместо того, чтобы извиниться, он как гаркнет на меня: «Я занят!»

Жалобно всхлипнув, снова рыдаю, а Таня ласково гладит меня по волосам.

Оторвавшись от её, такого мягкого плеча, смущённо улыбаюсь.

— Прости. Сама не знаю что на меня нашло.

— Ничего страшного. Плакать надо. Бабушка всегда говорила, что слезы душу очищают. — она снова тепло улыбнулась. — Так что это хорошо, что ты плачешь. Вот когда слез не останется, тогда будет плохо.

— Да. Наверно ты права. — тихо вздыхаю и снова пью чай. — Совершенно не знаю, Тань, что мне делать дальше.

— Поговорить с мужем. — Таня пожала плечами. — Я уверена, что Рома любит тебя. Поговори, предъяви претензии, выскажи все…

— Я не верю ему больше. — снова всхлипнула я. — Понимаешь?

— Тем более поговорить надо. Если не веришь, как тогда жить дальше?

— А ты всегда, Тань, верила отцу? — тихо спросила я.

— Всегда. — Таня мягко улыбнулась мне. — Он никогда мне не врал. И я ему верю.

— А если бы ты нашла второй телефон? Вот представь…

— Хмм. — она задумчиво склонила голову. — У нас не могло быть такой ситуации, честно сказать. Но если представить… Думаю, я сразу же спросила бы его об этом.

— А я не могу. — снова вздыхаю. — Ну скажу я ему и что? Я не хочу видеть как он выкручивается, врёт, оправдывается…

— А чего ты хочешь, Настя?

— Не знаю…,- тяжело вздохнув, отодвигаю чашку от себя. — Честно не знаю… Наверно хочу, чтобы было как раньше. Легко, спокойно, крепко…

— Ты можешь попросить отца надавить на директора и уволить Ингу. Не думаю, что она прям такой специалист важный, чтобы за неё держались.

— Знаю, что могу. И папа предложил мне так сделать… но я не хочу. — зябко передернула плечами и жалобно всхлипнула. — Ну уволит он эту Ингу и что? Появится другая, третья… Пятая. Я хочу чтобы Ромка сам сделал выбор. Что ему важнее. Мы с Сашкой или «охрененные титьки». Наверно, я вот этого жду.

— Ну… метод ты выбрала весьма сомнительный, Насть. — Таня покачала головой. — Ты уверена, что поступаешь правильно?

— Нет. — я устало пожала плечами. — Конечно я в этом не уверена. Я сейчас вообще ни в чем не уверена, Таня, но и унижаться перед ним тоже не буду.

— Ты сейчас говоришь как обиженный ребёнок. — Таня вздохнула и подошла ко мне. — Маленький, обиженный ребёнок. — крепко обняв, она прижала мою голову к себе. — Взрослый решает проблему, а маленькие дети прячутся от неё, обижаясь.

— Я не прячусь! — обиженно завозилась я. — Я просто соскучилась по вам!

— Я так и поняла. — Таня рассмеялась и отпустив меня пошла к окну. — Наверно скоро мальчики со своего футбола вернуться. Давай накроем на стол?

Посмотрев в окно, она повернулась ко мне и хитро улыбаясь сказала: — А давай-ка накроем в гостиной. Боюсь здесь мы все не поместимся. И Настя, — уже выходя из кухни бросила она мне. — достань, пожалуйста, приборы на шесть персон.

— Шесть? — удивлённо переспросила я, открывая шкафчик.

— Да, шесть. Судя по всему у нас сегодня будет ещё один гость.