Глава 6

Глава 6: Принадлежность фамилии

Утро добрым не бывает.

Тот, кто любит кофе, но вынужден по какой-то причине от него отказываться, обязательно поймет меня. Лично я без кофе просто не просыпаюсь, но в это утро до него еще нужно было добраться. А чтобы добраться, для начала необходимо открыть хотя бы один глаз.

— Ты опять здесь? — простонала я, поворачиваясь на бок.

То-то мне спать было неудобно сегодня. Казалось, что на меня навалили пару-тройку одеял, но лучше бы это действительно были одеяла. Меня в объятиях без зазрения совести сжимали чужие лапища, но на этом медведь не остановился. Навалившись на меня боком, еще и ногу сверху положил, отчего я чувствовала себя под прессом. И вот зря я к нему все же спиной повернулась. Теперь мне в копчик упиралось что-то твердое, которое к тому же еще и шевелилось.

— Помолчи, — проворчали мне в ухо, пока я поражалась наглости некоторых.

Он еще и рукой под рубашку ко мне полез. Такого непотребства я стерпеть уже не могла. Напряглась и ударила бедрами, однако совсем не подумала о том, что за вчерашнюю ночь Михаил уже успел изучить мои внезапные причуды.

С кровати в итоге мы упали на этот раз вместе. Точнее, вниз сначала упал Миша, уволакивая меня вслед за собой. Так, что я приземлилась ровно на него и, кажется, судя по хрусту, что-то ему сломала.

— Да ты охренела! — мигом проснулся он, злобно уставившись на меня.

— А вот нечего на мою честь покушаться! Я тебе где спать сказала?

— Еще бы я в своем доме спал на полу! Да твою ж…

В ванную я уползала, основательно потоптавшись на этом медведе с утренним стояком. Нет, я где-то, конечно, слышала, что мужчины хотят всегда и в любое время суток, но чтобы настолько…

В общем, проверять эту версию мне еще не доводилось, а теперь как-то не хотелось. Не после того, как я за ночь скидывала его на пол раз пять.

Ну я же не виновата, что он меня не понял ни с первого раза, ни со второго. Каждый раз, как только он засыпал, я тут же сталкивала его с кровати и удостаивалась злобного взгляда.

Аки крокодил он появлялся над кроватью, собираясь меня то ли сожрать, то ли просто покусать. Мне же приходилось притворяться спящей. Видимо, во избежание повтора он и решил нейтрализовать меня и руками, и ногами. За что, собственно, и поплатился.

— Ты! Монстр в юбке! Ну-ка, быстро выходи! — колотил он в запертую дверь, пока я с довольной улыбкой вставала под душ.

— Обойдешься! — крикнула я, настраивая теплую воду.

Только и успела, что намылиться вкусно пахнущим гелем, как дверь просто вынесли с петель. Как стояла с губкой в руке, так и замерла, наблюдая за тем, как этот медведь входит в ванную. Мало того что входит, так еще и снимает домашние штаны на ходу.

— Ты куда? — возмутилась я, а голос мой сам собой взлетел до фальцета.

Замок душевой кабины тоже был без сожаления выломан. В ошеломлении подвинулась, когда он занял собой все свободное место в кабине. Забрав у меня губку, щедро выдавил на нее гель и вручил мне, глядя с такой настойчивостью, что я безропотно согласилась быть паинькой.

Прикрыться даже не подумала. Да и нечем было. Пыталась смотреть ему куда-то в районе груди, однако взгляд мой то и дело спускался значительно ниже. Туда, куда уходила дорожка темных волосков.

— Нравится? — пронзал медведь меня своим взглядом, пока я застыла, сжимая губку.

— Да ты вообще оборзел? — спохватилась я, бросая ему в моську ту самую губку. — Немедленно дай пройти!

Наверное, какая-то граница в наших непонятных отношениях все же существовала. И, наверное, бросив губку, я через нее перешла, но поступила искренне, так, как чувствовала, потому что мои границы этот индивид тоже растоптал. Наверное…

Мои возмущения совсем не помешали ему схватить меня за талию и прижать к стене. К холодной, черт возьми, керамической плитке! Я буквально задохнулась ошеломлением. Хватала ртом воздух, отчетливо ощущая все чужие выпуклости. Одна из них с определенными намерениями упиралась мне в живот.

Одной рукой — пальцами — сжимал мою шею, хотя от удивления я дернуться даже не пыталась. Другая же рука крепко удерживала талию. Напирал, давил силой, мощью, сминая мои приоткрытые в ошеломлении губы. На поцелуй, а это был именно он, я вот вообще не отвечала, но его это, видимо, устраивало. Да только когда этот абориген надавил мне на плечи, настойчиво предлагая сесть перед ним на колени, я поняла, что он попал.

Вот если до этого момента он просто попал, учитывая похищение, приставленную ко мне пушку и его руку на моей шее, то после того, что происходило сейчас, он попал по-крупному.

Я села. Да-да, медленно опустилась перед ним на колени, отмечая широко расставленные ноги. Прикасалась ногтями к его бедрам, медленно и с наслаждением оставляя на коже красные полосы, пока он гладил меня по мокрым волосам.

— Будь хорошей девочкой, Оля, — прикрыл он веки, откидывая голову назад.

А я…

А я просто взяла да и прошмыгнула между его расставленных ног, буквально вываливаясь из кабинки. Ни халат, ни полотенце захватить с собой я не успела. Не тратила лишние секунды на такие мелочи. Просто вылетела в спальню. Однако тут же влетела в чужие объятия.

И что самое интересное — меня поймали.

— Он! Он сломал дверь и хотел, чтобы я! Чтобы я ему того! — жаловалась я, прижимаясь к Владимиру.

— Не того, а минет, — раздалось позади меня, а потому я вынужденно переползла за спину к своему защитнику, впрочем не отлипая от него ни на секунду.

— Миша… — обратился к медведю старший брат, снимая с себя пиджак и накидывая его мне на плечи.

— Володя… — абсолютно таким же взглядом ответил Михаил, поправляя полотенце, которым были обернуты его бедра.

Что означали эти взгляды, я вот так разгадать не могла, но обещала себе, что обязательно разгадаю. Тем более что одну загадку я уже осилила. Об этом свидетельствовал мой чистенький костюм, лежащий в кресле. Да только я совершила одну непростительную ошибку. Уперла вместе с костюмом вешалку из парового шкафа.

— Миша, выйди, пусть Ольга оденется, — скомандовал Владимир, отворачиваясь к стене.

— Да пожалуйста, — фыркнул медведь, доставая из кучи вещей футболку и штаны.

— Я хотел спросить, какие у вас планы на сегодня? — обратился ко мне мужчина, когда его брат вышел в коридор.

«Сбежать!» — орал мой инстинкт самосохранения, учитывая то, что я увидела вчера в подвале.

— Хотела съездить на съемную квартиру за вещами. Вы же понимаете, что мне нужны хоть какие-то вещи.

— Понимаю. Тогда собирайтесь, я отвезу вас по дороге на работу. Вы же не против охраны?

— Конечно, нет, — миленько соврала я, натягивая костюм.

Вешалку я спрятала в медвежий шкаф.

Что вы знаете о вооруженном конвое? Я вот вообще не подозревала, что когда-нибудь удостоюсь чести оказаться в подобной ситуации, но не сказала бы, что ничего не предвещало беды.

Когда я вышла во двор особняка, мне на глаза сразу попались две машины. В одну из них сели мы с Владимиром и два охранника. Другая же поехала следом, обещая мне незабываемые приключения.

— Я надеюсь, мы не в ближайший лесок? В багажнике лопаты нет? — нервно поинтересовалась я, глядя в окно.

— Лопата есть, — усмехнулся Владимир, сидящий рядом. — На всякий случай. Но сегодня у нас другой маршрут. Вам, кстати, куда?

Я удивилась. Даже отвлеклась от вида величественных особняков, стоящих за высокими заборами, и обратила свой взор на мужчину. Смотрела с явным скепсисом, не собираясь отвечать на вопрос. Хотя бы потому, что он наверняка знал ответ.

— Я пытаюсь быть доброжелательным, — прокомментировал он свою реплику.

— Хотите быть доброжелательным, делайте мне кофе по утрам, — улыбнулась я отстраненно, на самом деле мечтая сейчас именно о кофе. Хорошем, горячем, чуть сладковатом и с нотками мяты. — Так что там с вашим договором?

— Не терпится обзавестись котом?

— Не терпится поскорее узнать о своих правах и обязанностях. Как-то оно не очень хорошо, когда находишься в подвешенном состоянии.

— Могу рассказать об обязанностях и правах на сегодня, — вдруг совершенно серьезно произнес мужчина, хотя еще секунду назад был расслабленным. — Первое — держать язык за зубами. Второе — собрать все вещи, которые могут вам пригодиться у нас. Третье — вернуться в особняк к четырем часам. Четвертое — не забыть позавтракать и пообедать.

— Это тоже входит в мои обязанности? — смотрела я на него потрясенно.

— Это входит в ваши права. Не хочу, чтобы вы заморили себя голодом и обвинили в этом нас. После подписания договора вам будет выделена отдельная комната, но первая же попытка побега — и вам снова придется делить постель с моим братом.

— Вы считаете, что я хочу сбежать? — спросила откровенно, удерживая насмешливую улыбку.

— Я считаю, что вы вполне способны на побег, Ольга. Не стоит недооценивать противника. Я этот урок усвоил давно, а вы?

— Мне казалось, что вчера вы назвали нас союзниками, — избежала я ответа, вновь отворачиваясь к окну.

— Союзники и противники — в большом бизнесе это слова синонимы. Надеюсь, мы договорились и вы не станете сбегать от охраны? — положил он руку поверх моей кисти.

Свою конечность я тут же забрала. Несколько нервозно, на мой взгляд, но лучше так, чем дать Владимиру понять, что меня сотрясает мелкая дрожь.

— Ну я же не сумасшедшая.

Остальной путь мы проделали в молчании. Думаю, мужчина был удовлетворен моим ответом, а я не переставала про себя повторять, что я не сумасшедшая. Идиотка? Возможно. Бесстрашная? Есть немного. Взбалмошная? Можно сказать и так, но не сумасшедшая.

Сумасшедшие обычно действуют наобум, не используя элементарную логику. Я же продумывала свой план до мелочей. Собиралась бежать как можно скорее, но сначала мне нужно было избавиться от хвоста.

Не хотела вновь возвращаться в особняк, не желала больше видеться с этой семейкой. Не после того, как в подвале обнаружила целый склад оружия. Что-то мне подсказывало, что все оно совсем не учебное. Не после того, как в меня стреляли.

Там было все: пистолеты и автоматы, гранаты и какие-то установки, названия которым я не знала. Тысячи пуль и бронежилеты, еще какие-то закрытые ящики. Оружия было так много, что я могла предположить только одно: криминал, и ввязываться в это я не желала ни за какие миллионы.

Журналистка во мне орала благим матом о том, что это будет сенсация. Ей вторила ответственность: мол, надо бы поскорее заявить куда следует. Обида подбивала отомстить за уязвленное самолюбие и страх, который я испытала, но разум оказался сильнее. Не мне с ними тягаться. Такие, как они, прихлопнут и не заметят, а мне моя жизнь ой как дорога.

— Жду вас в четыре, — взяв мою кисть, Владимир приложился губами к тыльной стороне ладони.

Вообще не поняла, зачем он выходил из машины. Да и последующий поступок мне тоже был неясен, но я предпочла об этом не думать. Не думать вообще иногда полезно. Для здоровья.

Охранники из второй машины оставаться в автомобиле и не думали. Они не только последовали за мной в многоэтажку, но еще и в квартиру зашли, как к себе домой. Неспешно собирала вещи. Специально нервировала их, тянула время, не предлагая даже присесть, не говоря уже о стакане воды. Да только мысли мои вились вокруг сумок, в которые я укладывала свое немногочисленное имущество.

Чемоданов было два. В один я укладывала те вещи, которые мне было не жалко, а в другой те, без которых обойтись не могла, однако первый чемодан по итогу оказался заполнен едва ли наполовину. Пришлось хитрить и запихивать в него одеяло. Для веса.

— Я готова, — вышла я в коридор, нагло вручая чемодан с одеялом одному из охранников.

Даже не знала, как их зовут, но выяснять не собиралась. В конце концов, мы все равно видимся в последний раз.

И да, с собой я брала только один чемодан. Второй так и остался в комнате, запихнутый под кровать. Его я захвачу чуть позже, когда назойливый хвост будет скинут.

— В особняк? — впервые заговорили со мной за прошедшие часы.

— В кофейню за углом, — невозмутимо ответила я и удостоилась пытливых взглядов. — Что? Ваше начальство приказало мне позавтракать.

Я не думала о том, что все будет просто. Наоборот, совсем не удивилась, когда эти индивиды отправились в кафе вместе со мной. Правда, все же сели за отдельный столик, видимо решив слишком не докучать, но следили так, будто я была дочкой президента.

Никогда еще я не получала такое наслаждение от завтрака. Влив в себя почти пол-литра кофе, я закусила все это дело двумя сэндвичами и заполировала шоколадным кексом, но на этом не остановилась. Заказала чай с лимоном и кусочек ягодного пирога. Как только мне все это дело принесли, я решительно поднялась и подошла к официантке.

— Простите. Вы не подскажете, где здесь туалет? — неловко улыбнулась я девушке, отлично понимая, что слышит меня не только она.

— Справа вторая дверь, — кивнула официантка на закуток у зеркала.

— Спасибо, — направилась я в ту сторону. Прекрасно знала, куда ведет первая дверь. Не в первый раз заходила в это кафе и не в первый раз собиралась «ошибиться», да только моим охранникам об этом знать было необязательно. — Сидите-сидите. Втроем мы там все равно не поместимся, — остановила я их, проходя мимо.

Было на самом деле трудно идти спокойно и не выдать себя ни шагом, ни нервным жестом, но я успешно преодолела этот путь. Ворвавшись на кухню, сунула первому попавшему повару тысячу за завтрак и еще тысячу сверху за то, чтобы провел меня к черному выходу. Если молодого мужчину мое поведение и удивило, вопросов он задавать не стал.

— И если кто будет спрашивать, я в туалете, — напоследок сделала я ему внушение и была такова.

Бежала. Бежала так быстро, как только могла, срезая дорогу через двор. В свою квартиру я влетела на неопределенной скорости, но не остановилась ни на секунду. Наоборот, схватив чемодан, на ходу вызывала такси, но не к своему подъезду, а к магазину, что находился через три дома.

Заказанная машина подъехала как раз тогда, когда я сливалась со стеной, мимикрируя под кирпичную кладку. На заднее сиденье я буквально вползла, утягивая за собой чемодан.

— Гони! — скомандовала, передавая тысячу водителю, чтобы не задавал лишних вопросов.

Так и пролежала всю дорогу, стараясь не высовываться, а когда авто остановилось у дома Маришки, за секунды перелетела к подъезду, из которого как раз выходила мамочка с ребенком. Сердце колотилось в груди, пока лифт медленно поднимался на седьмой этаж. Пульс стучал в ушах, а я мучила дверной звонок, молясь всем богам, чтобы подруга открыла.

— Оля? — удивилась сонная Маришка, едва железная створка распахнулась.

— Я в полной заднице.

Каждому человеку нужны друзья. Хотя бы для того, чтобы пожаловаться им на свою жизнь, облегчить душу и поделиться секретами, которые невыносимой тяжестью оплетают сердце. Для меня таким другом была Маришка. Ей я действительно могла рассказать абсолютно все.

Чего мы с ней только не обсуждали в свое время. Но, на удивление, наши взгляды редко сходились. В основном на одну ту же ситуацию мы смотрели совершенно по-разному, и в этом был определенный плюс, потому что, как известно, в споре рождается истина. А наши споры частенько заканчивались грандиозной попойкой.

Вот и сейчас мы пришли к одному и тому же итогу:

— М-да… — протянула подруга, отбирая у меня чашку с чаем, к которой я еще не успела притронуться. — Без ста грамм здесь точно не разобраться.

— Только по чуть-чуть, — тяжело вздохнула я, наблюдая за тем, как Маришка достает из заначки бутылку коньяка. — И чай верни, мне еще из страны сбегать.

— Не бойся. Если что, я тебя в самолет посажу.

И это была последняя связная беседа за этот день, потому что коньяк оказался ядреным. Нет, конечно, первые полчаса мы еще продумывали мое отступление из страны, искали в интернете билеты на самолет, даже помню, как оплачивала с карты отель, но дальше…

— Надо звонить в полицию! — произнесла Маришка тост, опрокидывая в себя остатки коньяка.

— И тогда меня убьют! — чокнулась я о пустой бокал, но не выпила. Сначала зажевала шоколадную конфету, закусила зеленой оливкой и только потом пригубила терпкий напиток, запивая его холодным чаем.

— Или не убьют, — философски заметила подруга. — Может, ты им совсем для других целей приглянулась?

— Я на тройничок не подписывалась! — шарахнула я бокалом о стол.

— А я бы подписалась… — заметила она мечтательно.

— Тьфу на тебя!

А потом мы долго ржали, представляя, кто кого и в какой позе. Маришка искренне мне советовала брать сразу двоих, потому что мужики в хозяйстве всегда пригодятся и разбрасываться ими никак нельзя.

Не помню, каким именно образом наш разговор сместился в тему свадьбы. Кажется, подруга вспомнила о том, что мне вроде как предлагали стать невестой, а где невеста, там и подготовка к свадьбе. И неважно, что жениха как такового нет. Главное — свадьбу устроить хорошую, а мужика найдем. Что мы, в самом деле, одного мужика вдвоем до ЗАГСа не дотащим?

Когда тема свернула к детям, стало еще страшнее. Уверена, если бы нас слышали Владимир и Михаил, они бы уже сами драпали из страны, заранее переписывая завещание. Почему-то, несмотря на то, что внешне медведь выглядел гораздо привлекательнее, своих детей я представляла с чертами Володи. Такими же серьезными и…

— У них подбородки разные! — наконец поняла, чем мужчины так явно отличаются.

— Да при чем тут подбородки? Надо брать того, у кого в штанах интереснее! — учила меня уму-разуму Марина.

— И как я их сравнивать буду? Простите-извините, — поднялась я на ноги, но меня резко повело в сторону. Продолжила, уже обнимаясь со шкафом: — Не могли бы вы встать вот здесь и снять штаны. Мне проверить кое-что надо.

— А что? Я бы сняла, — пьяно согласилась на подвиг подруга. Хотела сказать что-то еще, но озвучить свою мысль не успела.

— Ольга! — раздалось по ту сторону открытого окна, вынуждая меня на секунду протрезветь и замереть на месте.

— Ой, — подытожила я наши посиделки.

— Походу, тебя там нашли, — выглянула Маришка во двор, распластавшись по подоконнику. — Привет! — заорала она, живенько махая рукой.

Обратно в комнату я ее втащила, зажимая рот ладонью, но было уже поздно. Через минуту раздалась трель дверного звонка, а секундами позже створка и вовсе распахнулась, потому что одна блондинка и не подумала закрывать ее на замок.

— А мы здесь свадьбу обсуждаем, — нашлась подруга, сопровождая каждое слово икотой.

— Чью? — спросил до ужаса злой Владимир.

Нет, внешне, насколько я могла судить, мужчина оставался спокойным. Даже чересчур спокойным, учитывая ситуацию. Хотя вот что я ему сделала? Из страны-то сбежать так и не успела.

— Нашу, — не растерялась я, делая неловкий шаг в сторону мужчины.

Неловкий, потому что ровно ходить для меня было проблематично. Споткнувшись о свои же балетки, я только и успела, что вцепиться пальцами в чужой пиджак. Так и повисла на Владимире, глядя на него предельно честным взором.

— Идти-то сможете, невеста? Хотя кого я спрашиваю? — забросил он меня себе на плечо, вынуждая мой желудок всколыхнуться и напомнить о том, что выпито нами было немало.

— Пока! — кричала Маринка нам вслед, но перед собой я видела только пол лестничной площадки и чужую попу, обтянутую брюками, к которой без стеснения пристраивалась обеими ладонями.

— Эй, тихо там, — беззастенчиво шлепнули меня по попе, отчего голова закружилась гораздо сильнее. Видимо, кровь прилила куда не надо.

— Владимир Алексеевич, давайте я ее понесу, — раздался голос охранника, у которого я тоже видела исключительно ноги.

Но… интересовали меня вовсе не ноги, а попа, до которой мои руки уже дотянулись. Да так дотянулись, что залезли под брюки.

— Ольга, прекратите! — прорычали на меня, но я уже добралась до трусов и…

Сжала ногтями чужую задницу. Исключительно в поисках того, что собиралась по настоянию подруги сравнивать, но запоздало поняла, что ищу не с той стороны.

Видимо, это же понял и мой носильщик, потому что с плеча я молниеносно была снята и переброшена на руки. И вот сказать бы мне что-нибудь, но ничего членораздельного произнести не получалось, в то время как меня прожигали таким взглядом, что становилось сразу понятно: приговор мне уже вынесли.

— А у вас, случайно, тазика нет? — поинтересовалась я, когда меня засовывали в машину.

— Сейчас будет вам тазик… — обнадежили меня, но ничего такого не дали.

Дали другое — папку, которую открыть самостоятельно я не смогла. Пришлось Владимиру мне помогать, вручая поочередно листы.

— Читайте, — приказал он, избегая смотреть на меня.

— Прямо сейчас? — задала я закономерный вопрос.

Я-то отлично понимала, в каком состоянии сейчас нахожусь. Не уверена, что юридически такие документы имеют силу, однако, похоже, Владимира это нисколько не волновало. Давил взглядом. В серых глазах скрывалась настоящая буря. Мне ничего не оставалось, как начать читать.

Строчки прыгали перед глазами. Расплывались и устремлялись вскачь. Едва ли что-либо понимала. Читать-то читала, хоть и с трудом, а вот смысл от меня ускользал. Да только несмотря на это за одну странность я все-таки зацепилась.

— В качестве жениха указан Завойский… — выразить правильную мысль для меня было достаточно проблематично. — Но не указан, какой именно…

— Подписывайте, — вложили мне в пальцы ручку.

— Не буду, — улыбнулась я, расслабленно откидываясь на спинку сиденья.

— Подписывайте, — приблизился Владимир, опасно сокращая между нами расстояние.

Ладонь его опустилась на мою шею. Пальцы погладили кожу, вызывая мурашки. Сердце ускорило свой ритм, но не в страхе было дело. Сейчас мне и море казалось по колено.

— А я видела в подвале оружие, — схватила я его за галстук, вжимаясь спиной в сиденье, но мои руки были тут же припечатаны к обивке.

— А я видел в подвале тебя, — признался мужчина с какой-то невообразимо жестокой улыбкой. — И выбора у тебя больше нет.

Чужие пальцы сжали шею сильнее. Дыхание оборвалось, голова закружилась, опрокидывая меня в водоворот карусели. Чувствовала дыхание на своих губах. Зажмурившись, не верила, что решится поцеловать. В конце концов, на мою свободу имеет виды его брат, но…

Губы коснулись испуганных губ.

Черт возьми, совесть и страх, вы где?