Глава 22

Знаете, о чем я сейчас мечтала? В эту самую секунду? О том, чтобы у меня была сверхспособность! Вот закрыла глаза, подумала о каком-то месте и сразу же туда перенеслась. Ну круто же, да?

Вот только, к сожалению, моей сверхспособностью было — вляпываться в неприятности. Ооо, да! Это по-нашему! Это моё! Заверните, пожалуйста!

— Что ты, я до сих проклинаю этот день, такое не забывается, — растягиваю губы в улыбке и разворачиваюсь к парню.

Ян Ахметов — сын папиного партнера и мой первый парень. Плохиш, которого я встретила в тот самый период своей жизни, когда считала, что устраивать протест на все, что говорит отец очень круто!

— А ты не меняешься, как была стервой, так и осталась, — парень усмехается, а я не могу перестать на него смотреть.

С нашей последней встречи он изменился. Изменился настолько, что я даже не могу скрыть своего восхищения.

Кажется, он начал ходить в спортивный клуб, иначе как объяснить все эти мышцы? Одна его рука полностью забита татуировками…. Тату также есть и на шее, поднимаюсь взглядом выше и встречаюсь с его зелеными глазами. Хищными. Сверкающими. Поблескивающими опасным огоньком.

— Стараюсь держать марку, — улыбаюсь и тут же повернув голову в сторону ищу глазами Чернова. Ему не понравится Ян. Очень не понравится.

Глеб стоит неподалеку от меня, разговаривает с каким-то мужчиной. В правой его руке бокал с шампанским для меня, а его глаза смотрят в нашу сторону. Он видит, следит… И ему не нравится то, что видит…. Радует только то, что сейчас он занят разговором и я надеюсь, что это продлится еще пару минут.

Потому что от того, как закончится сегодняшний вечер, зависит моя свобода. Почему-то я уверена, что если все закончится очень плохо, я еще не скоро выйду из той клетки, в которой он меня запер.

— Это правда? — Ян прикасается к моей руке привлекая моё внимание, кажется ему не понравилось, что я отвлеклась.

— Что правда? — улыбаюсь и тряхнув рукой скидываю его.

— Здесь только и разговоров о том, что ты невеста Чернова.

Голос парня приобретает стальные нотки и прищурив глаза наклоняю голову на бок.

— А я слышала, что тебя заставляют жениться на дочке Берковича, потому что кто-то не смог сдержаться и оприходовал невесту раньше времени, это правда? — нападение — лучшая защита.

Чернов сказал своему партнёру, что я его невеста, вот только Ян на это не поведется. Но отвечать прямо на его вопрос я также не собираюсь. Я не уверена, что парню стоит знать, кем я прихожусь Глебу. Чернов затеял игру, в правила которой забыл меня посвятить, приходиться выкручиваться самой.

— Они хотят, чтобы я женился, но скажу по секрету, там побывали уже до меня, так что у них ничего не получится, — парен мне подмигивает и в эту же секунду поворачивается в сторону Глеба, который все еще следит за нами и от его взгляда мне становится не по себе.

— Смотри как наблюдает, с каких это пор тебя потянуло на “постарше”? — Ян снова смотрит на меня и улыбается.

— Всегда тянуло. — подмигиваю парню и усмехаюсь.

Ян был старше меня. На три года. Вообще, изначально встречаться с ним я начала отцу на зло. Ян всегда был плохим мальчиком и его поступки вгоняли отца в ужас, в то время как меня наоборот заинтересовывали.

Ян и послужил той самой причиной, по которой меня впервые отправили в частную закрытую школу. Отец пытался меня от него оградить.

— Я вернулся с концами в город, — сообщает парень, и я прекрасно понимаю, что это прямой намек на то, что он как минимум хочет встретиться.

Насколько я помню его отправили заграницу после той выходки. Он пробрался в мою закрытую школу. И когда ему не удалось найти меня, он устроил шоу с фейерверками на заднем дворе. Все закончилось полицией и тем, что его отец его отослал подальше. “Подальше от такой, как я” — именно так звучали его слова, дословно.

— Твоё шампанское, — горячая рука прикасается к моей спине, холодный бокал холодит кожу…. И я вижу, как Ян переводит взгляд на Чернова, который притягивает меня к себе поближе.

Ну все, господа присяжные, начинается самое интересное…. А у них тут есть только шампанское? Я бы выпила чего покрепче…

***

Воздух вокруг нас троих накаляется до предела. Кажется, стоит черкнуть спичкой и будет такой “бум”, что все его запомнят надолго.

— Спасибо, — хватаюсь пальчиками за холодный бокал с шампанским и наивно надеюсь, что хоть это меня немного охладит.

— Ян, — парень протягивает руку Глебу и широко улыбается. — Друг вашей “невесты”.

Слово “невеста” он специально выделяет так, чтобы было понятно, что ему не нравится то, кем я прихожусь Чернову.

— Значит проблемы с выбором друзей у тебя были и раньше? — говорит Чернов негромко, но так, чтобы я это услышала. При этом полностью игнорируя протянутую ему руку.

Ну и конечно же именно в этот момент я делала глоток шаманского, большой такой глоток, чтобы хоть немного расслабиться. Только вот слова Глеба заставили меня подавиться.

Я зашлась в приступе кашля, а Чернов, забрав у меня бокал очень быстро ухватил меня под локоть.

— Пойдем, я покажу тебе, где уборная.

Все его фразы относятся только ко мне. То, что рядом стоит Ян, Глеб как будто не замечает. Полный игнор. Полнейший. Как будто парень — пустое место.

Вот только зная Яна, я уверена, что он не оставит это все просто так.

— Угу, — киваю, и чувствую как его пальцы сжимаются на моей руке, а значит нужно шевелить ногами.

Поднимаю взгляд на Яна, прищуриваю глаза, как будто говоря “даже не думай”.

Если этот утирок сейчас наломает мне мой билет на свободу, если Чернов не разрешит мне выходить из дома после этого вечера, я сама лично задушу Яна за это.

В глазах парня сверкает озорные огоньки, и я понимаю, что он не сдержится. На зло сейчас откроет рот.

— Алиса, я бы хотел завтра встретиться. На нашем месте. Помнишь? Там, где у нас…

— Она не сможет.

Глеб обрывает его, не дав закончить фразу и при этом его пальцы на моей руке сжимаются сильнее. И мне как бы уже не совсем все это нравится.

— Хорошо, послезавтра. Согласна?

Парень делает шаг вперед, при этом смотрит на меня и на реакцию Чернова ему кажется плевать.

Какого черта он творит? Зачем? Что это за представление хренового актера?

— Я…

— Для тебя она занята навсегда.

Глеб произносит эти слова таким тоном, что я вздрагиваю. Ну все, мать вашу, охренительный вечер мне обеспечен! И все это благодаря самовлюбленному утирку, который решил поиграть.

Злость внутри меня начинает закипать. Как же они все меня достали. А самое главное, что цель всего этого — показать кто здесь “босс”.

— Позвольте, — выдергиваю руку из клешней Чернова и пройдя между двумя петухами, обоих задеваю плечами. Окончание этого спектакля пройдет без меня.

Интересно сколько шагов я успею сделать прежде, чем меня снова перехватят?

Резко сворачиваю вправо и теперь направляюсь к особняку. Мне как минимум нужна уборная. Нужно умыться холодной водой.

Спросив у девушки, которая стояла возле стола с фуршетом где мне найти дамскую комнату, я уже следовала туда.

Меня бесило все. Бесило то, что Чернов притащил меня сюда под ролью той, кем я не являлась. То, как он себя со мной вел. Мы переспали два раза. ДВА. И мы до сих пор об этом не поговорили. Как будто, так и должно было быть.

Я почему-то решила, что смогу жить вот так. В непонятках. Заглядывая ему в рот и с придыханием ловить каждое его слово. Только вот я ошиблась. Роль его “временной подстилки” нихрена меня не устроила!

Не получилось! Не умею я быть покорной овцой, которая готова кинуться к его ногам, чтобы об нее вытерли ноги. Не смогу. Сладкая Зефирка для Беса wV_SA5lr

Захожу в уборную, двери даже не успевают закрыться, как следом за мной залетает Глеб.

— Какого хрена ты вытворяешь?! — рычит и захлопнув за собой двери закрывает их на щеколду.

— Мне надоело, — пожимаю плечами, — надоело перед каждым своим действием думать, а понравится ли это тебе, что ты на это скажешь или как отреагируешь. Надоело!

— Надоело? Думать перед тем, как что-то сказать или сделать? Вести себя как взрослый человек? — он приближается, сокращает между нами расстояние.

— Ты не ведешь себя как взрослый, тогда почему должна я? Притащил меня сюда как куклу, назвал “невестой” и отдал приказ “исполнять”! А зачем мне это нужно? Какая награда? Потеребишь за щеку и скажешь “молодец”?

Его глаза темнеют, становятся темнее ночи, но меня уже не остановить.

— Я не должна выпрыгивать из трусов, чтобы заслужить твоё внимание! Понял? Не должна! Я тебе вообще ничего не должна!

— Продолжай, — на его лице появляется звериный оскал, а я сглатываю от напряжения.

— Если ты хочешь, чтобы я играла эту роль, значит предлагай что-то взамен. Игра в одни ворота не получится.

Впечатываюсь спиной в стену. Идти больше некуда. Я в ловушке.

— Что замолчала? — секунду и он подходит так близко, что дышать становится практически невозможно. — Я готов выслушать твои пожелания.

***

Усмехаюсь. Слегка кривлю губы в улыбке, хотя хочется истерически захохотать. Нервы на пределе. Благодаря этому ублюдку мои нервы расшатаны настолько, что я рискую отправиться в дурку.

— Какое одолжение? — прищуриваю глаза и бью его в грудь, вот только эту скалу не сдвинешь. Мужчина ни на миллиметр не сдвигается.

— Что такое? Смелая девочка испугалась? Боишься озвучить что хочешь?

Не боюсь! Я не боюсь сказать ему ЧТО я хочу или КОГО. Вот только это так не сработает. Не бывает так, что щелкнул пальцами и мужик влюбляется в тебя без памяти.

Я уже вижу, как говорю ему о том, что я хочу отношений. Нормальных. Как у людей бывает. Без всех этих запугиваний и зажимашек по углам. Интересно сколько пройдет времени перед тем, как он рассмеётся мне в лицо? Две минуты? Три?

Облизываю пересохшие губы и вижу, как начинает пульсировать венка у него на виске. Кто-то нервничает?

— Сколько раз мне придется участвовать в этой сценке?

Чернов приподнимает брови и смотрит на меня как на сумасшедшую. Ну и тупица, ей-богу.

— Сколько раз мне придется играть роль твоей невесты?

Если я все правильно понимаю, то такие договора не подписываются за один раз. Тем более, когда устраивают семейные встречи. Его партнер семьянин, который без ума он своей жены и детей. И дело хочет иметь с такими же партнерами. И я не удивлюсь, если голос его жены тоже будет учитываться в принятии решения. А это значит… Значит, что здесь все не обойдется одной встречей.

Сейчас это официальное мероприятие, здесь куча людей, это чтобы просто присмотреться. Дальше пойдут личные встречи. Приглашения друг к другу домой, расспрашивание о том, как познакомились. Что любим делать и так дальше. Ну вот, собственно, здесь мы и обосремся.

Потому что “трахаться” — это не то хобби, которое озвучивается на таких мероприятиях.

— Думаю не меньше пяти встреч, — Глеб усмехается и ждет моих дальнейших слов. Ему нравится, нравится наблюдать за моей реакцией.

— Мы посыпемся на первых же вопросах о том, как познакомились, как проводим время и так дальше. Мы не знаем друг друга — это раз.

Мужчина, кажется, меня не слушает, его пальцы прикасаются к моему лицу и скользят по губам. В его взгляде зажигаются опасные огоньки. И я знаю, что это значит. Прекрасно знаю, но останавливать его не хочу.

У меня нет сил и желания отталкивать его от себя. Не сегодня. Не сейчас. Оказывается, я не такая сильная как думала. Только не в его присутствии.

— Два будет? — усмехается и его большой палец надавливает на мою губу, оттягивает ее в сторону.

— Мы должны узнать друг друга. И я думаю, что они узнают кем я тебе прихожусь и тогда…

— Я решу эту проблему. Ты закончила? — секунда и его руки отстраняются от моего лица, теперь они на моей талии и с силой притягивают меня к его горячему и сильному телу.

— Свидание, — выдыхаю в его губы, — хочу свидание. Хочу, чтобы отвел меня в свое любимое место и рассказал почему именно туда.

Одна его рука скользит вверх, зарывается в мои волосы и сжав пальцы у самих корней оттягивает мою голову назад настолько, чтобы я смотрела ему прямо в глаза.

— Свидание? — он прищуривается и я вижу как подрагивают уголки его губ.

— Не нравится, ищи другую актрису. У тебя есть твоя подстилка! Но ты ее сюда не притащил!

Взрываюсь за секунду. Ну почему с ним каждый раз одно и тоже? Почему не могу держать себя в руках?

— Пускай будет свидание.

От его слов сердце делает сальто и падает в пятки, ударяется о пол и делает кувырок назад.

— И я хочу билет на свободу. Выходить из дома и…

Тут же раскрываю рот и начинаю озвучивать свои желания. Но его пальцы в моих волосах сжимаются сильнее, заставляя меня завизжать.

— Знай меру.

— Но почему?! Я не твоя рабыня, и ты не имеешь никакого права насильно держать меня взаперти.

— Имею. Ты моя. И это не обсуждается.

— Козел! То, что ты стал моим первым мужчиной, еще не дает тебе права…

— Моя до последнего вздоха, если увижу еще раз возле тебя очередного дружка, накажу.

Набираю побольше воздуха, чтобы сказать ему все что я думаю о нем, но не успеваю. Чернов впивается в мои губы требовательным поцелуем. Пожирает меня. Настолько жадно и страстно, что я забываю обо всем.

В голове звучит его голос…

Моя. Моя. Моя.

Это все, что сейчас для меня важно.