Глава 3

– Богуслав Аркадьевич, рады вас видеть! Очень рады! Проходите, пожалуйста. Как раз уже все гости собрались. Только вас ждем! – распорядитель сегодняшнего мероприятия лебезил перед ним, как проститутка перед эксклюзивным клиентом. – Скажите, когда вы будете готовы сказать приветственную речь? Мы предупредим всех. Агулов поморщился, не любил он лизоблюдства. Всему есть предел, а этот, как там его, Вальдемар Петрович переходил все мыслимые и немыслимые границы в своем желании угодить и прогнуться. – Покажите мне столик, где сидит господин Кузнецов с гостями, дайте мне пять минут, и можем начинать. – Да, конечно, пойдемте, я провожу вас до вашего столика. – Не моего, а господина Кузнецова! Рявкнул на парня чуть резче, чем требовалось, но сегодня его, во-первых, уже вывела из себя Виктория, не сумев удержать свои признания в любви при себе. А во-вторых, зуд, что обычно прекращался в течение часа после процедуры, сегодня не то что не проходил, а даже наоборот, только усиливался с каждой минутой. – Хотя нет, стойте! Покажите мне, где тут у вас туалет? – Туалет в этом коридоре, пройдемте, я вас провожу! – похоже, парню было всё равно, куда его провожать. – Куда? В туалет? Может, еще и подержишь мне? – не сдержался, фыркнул. – Что? – парень хлопнул ресницами, опустил взгляд на гульфик стоящего перед ним мужчины, словно раздумывая над его предложением. – Ты совсем охренел? – мгновенно взревел Агулов. – Пошел вон отсюда! Держи свои фантазии при себе, а еще лучше – засунь их себе в одно место. – Извините, – стушевался парень, – вы неправильно меня поняли. Игнорируя слова парня, Богуслав ушел в указанный коридор. – Тьфу, зараза! – ругнулся еще раз. – Где ж тебя взяли-то такого! Зуд выбешивал и выводил из равновесия, а тут ещё этот любитель угождать, чтоб ему пусто было! Нет, ни к чему хорошему сегодня это точно не приведет! Злился на себя за то, что сам же попросил Викторию перенести процедуру на день раньше, хотя и знал, что потом будет всё раздражать и бесить. Нахрена переносил, спрашивается? Могли бы и завтра, по плану, всё сделать. А то она вон возомнила себе черт знает что! Чем, спрашивается, думал, когда процедуру на сегодня переносил? У него сегодня деловая встреча, да, в ресторане, и да, он сам её тут назначил. Да твою ж мать, как чешется! Мог бы и в машине ещё свою таблетку выпить – пока доехали бы, уже полегчало. А так пей её теперь в туалете, не за столом же, на глазах у всех ему это делать? Не хватало ещё, чтобы это кто-то заснял на телефон. Тут, конечно, в основной своей массе приличное общество собралось, и вряд ли кто-то из них страдает подобной херней, но лучше всё-таки подстраховаться. Зачем им всем знать, что у него проблемы со здоровьем. Шакалам только покажи свою слабость – накинутся всей стаей. А на него и так многие из присутствующих тут зуб имеют. Зачем людям лишний повод давать? – Распричитался тут, как мажорчик какой! Подумаешь, в туалете! В конце концов, от глотка воды, сделанной из-под крана, еще никто не умирал. Вошел в помещение и замер от неожиданности – туалет мужской, а голос, отчетливо звучащий в помещении, женский. Огляделся – нет, в помещении он был один. Поднял глаза к потолку и понял, откуда шел звук – стена, что была общей для мужского и женского туалетов, вдоль которой были установлены раковины и висели зеркала, была сделана не до потолка. – Охрене-е-еть, – протянул скептически, разглядывая открытые обзору огромные трубы вентиляции и черт знает чего ещё, идущего под потолком, – руки бы вам поотрывать, крИативщики. От слова “криво”, а точнее уж, через задницу. Современный, мать его, дизайн. Пока мыл руки, вытирал их салфетками, потом выколупывал таблетку из блистера, вынужденно слушал чужой разговор. Незнакомка говорила с кем-то по телефону. – Слушай, ну твой Борюсик, конечно, отмочи-и-ил… Это ж надо, на деловую встречу женушку свою притащил. Зачем она ему здесь? Нет, ну ладно – ты! Ты-то действительно тут по делу. Где ещё с Агуловым-то пересечься? Неприступный, как Форд Баярд. Тот ещё параноик, это все знают. Но жену-то свою твой ненаглядный зачем притащил? Наступила тишина. Видимо, женщина слушала ответ подруги. – Да ладно? Правда, что ли? – удивление в голосе и опять тишина. – Ну если та-а-ак, то тогда ясно… – вновь удивление и тишина. – Нет, ну сам-то он у тебя красавчик, конечно, тут я тебя понимаю, подруга. Но его партнеры… А точнее, их женушки!! Ой, давно я так не веселилась, слушай!! Ты там ущипни, что ли, хоть ту, что к тебе ближе всех сидит! А-ха-ха! Нет, ну один в один пришельцы из прошлого! Жена твоего Борюсика на фоне этих дур в розовых пятнах леопардов вполне себе пристойно выглядит в этом своем типа бальном платье. Вырядилась, блин! Мазурку, что ли, плясать пойдет? – пренебрежение в голосе говорившей просачивалось даже сквозь стену. – Ну чего ты психуешь?? Да на твоей я стороне! На чьей ещё-то? Не на её же! То же мне, святая невинность нашлась! Столько лет в браке, сидит на полном обеспечении мужа, нигде не работает, а детей ему так и не родила! – просквозило превосходство в голосе. – Больная, что ли, она у него? За стеной на несколько секунд наступила тишина. – Короче, ясно всё с этой мадам. Давай, подруга, не упусти своего счастья! А я пошла ловить свое. Пожелай мне удачной охоты! Там того и гляди сам его сиятельство явится пред ясные очи крепостных, – женщина за стеной рассмеялась собственной шутке, – может, я сегодня самого Агулова за хобот ухвачу, раз уж он тебя интересует только как деловой партнер. Говорят, у него там не член, а шланг! Что? – Говорившая вновь замолчала, слушая ответ подруги. – Да как кто? Машка же. Ну та, рыжая! Да ты её тоже знаешь. Засветилась с ним один раз на открытии какой-то там выставки картин современных художников. Вспомнила, да? Вот! Она по секрету мне и рассказала. Говорит, потом неделю нормально ходить не могла, так он её отодрал! – из-за стенки раздался завистливый вздох. – Нет, ну хоть бы кто-нибудь хоть раз и меня так же, как её. Не мужики пошли, а одно недоразумение, скажи, да? Незнакомка за стеной опять шумно вздохнула. – Вот и я об этом же! В конце концов, чем я хуже его одноразовых телок, верно? В некоторых стратегических местах даже лучше! Зря я, что ли, вот это вот всё с лицом себе делала? Всё. Пошла в зал, буду ждать твоего сигнала, как договаривались. Я в долгу не останусь, ты же меня знаешь. Женщина из соседнего помещения вышла, хлопнув дверью. – Шланг, говорите, – хмыкнул мужчина довольно, – против этого даже спорить не буду. А вот то, что меня тут, оказывается, уже кому-то обещали – это что-то новенькое! Докатился, блядь. Одна телка обещает меня другой. Кстати, надо Семену на вид поставить, чтобы в следующий раз тщательнее баб моих проверял. Обсуждают они шланг мой, понимаете ли! Агулов вышел из мужского туалета, задержавшись на пару секунд. Необходимо было увидеть эту любительницу разговоров и сплетен. – Что ж, болтун – находка для шпиона, – усмехнулся, вспомнив старую фразочку, вошел в зал для торжеств, нашел глазами Бориса Кузнецова и его компанию. Увидев за столиком двух женщин, действительно одетых в какие-то платья с розовыми леопардовыми пятнами, чуть было не расхохотался. Пожалуй, болтливая дама была права – пришельцы из прошлого. А вот две другие дамы выгодно выделялись на фоне "розовых леопардов". Он безошибочно узнал, кто из них кто – видел на фото и ту, и другую. Задержав взгляд на одной из женщин чуть дольше, мысленно прокомментировал, не уточняя: “Вот же идиот!”, – и двинулся в сторону нужного ему столика. Дама, словно почувствовав чужой взгляд, повернула к нему голову и не отводила своего, пока он приближался. Он с кем-то здоровался, кивая и говоря дежурные слова приветствия, пару раз останавливался, отвлекаясь на того, кто его остановил, но потом вновь продолжал движение к нужному ему столу. Женщина ни на секунду не отводила от него своего взгляда. Что за нахрен? Почему он, так остро его чувствуя, не может понять природу её к нему интереса? Любопытство? Злость? Страх? Женский интерес? Нет, точно не последнее. М-да-а… Давненько с ним такого не случалось… Надо же, как неожиданно! Что ж, как говорится, ставки сделаны, ставки больше не принимаются! Игра началась!