43. Даша

И я облегченно выдыхаю. Не знаю, почему. Может, потому что слышу знакомый голос. Хотя его тон ничего хорошего мне не предвещает.

Марат.

Чувствую, как его рука стягивает волосы на затылке и тянет мою голову вверх.

— Вставай, — говорит он.

Послушно встаю, опираясь об унитаз.

Марат поворачивает меня к себе и пристально смотрит в глаза.

— Наебать меня хотела? — цедит сквозь зубы.

Пытаюсь отрицательно мотать головой, но он лишь еще крепче сжимает мои волосы.

— Я… — начинаю я. — Я хотела…

Он вдруг резко отпускает меня и швыряет к стене. Достает платок и вытирает руку, которой держал меня.

— Ты свободна, — говорит уже спокойно. — Вали куда хочешь. Я отпускаю тебя.

Я ведь ждала этого? Разве нет? Почему тогда сейчас я испытываю лишь страх от услышанного? Не радость, не облегчение, а страх?

В страхе смотрю на него. Вдруг он сейчас развернется и уйдет. Но он не уходит. Поправляет рукава рубашки, часы. Наконец, поднимает на меня взгляд.

— Ты ведь этого хотела, когда соглашалась подставить меня? — говорит, сощурившись и буквально прожигая меня своим взглядом.

Мотаю головой.

— Не ври! — рычит он. — Вся твоя жизнь — это вранье! Проваливай. Может, повезет и проживешь еще немного.

И после этих слов он разворачивается и берется за ручку двери.

— Нет, — восклицаю я и висну на нем.

Цепляюсь руками за его пиджак. Он останавливается. Но не оборачивается.

— Марат, я хотела лишь узнать, кто эти люди, — всхлипывая, произношу я. — Я не хотела тебя подставить… Правда…

Он все еще молчит.

— Марат, — не знаю чего, но прошу я.

Сейчас он — единственный, кто не хочет моей смерти. И я понимаю, что, если я лишусь его защиты, то долго не протяну.

— Я все записать хотела! — осеняет меня.

Включенный диктофон в сумочке сейчас — мое спасение!

— Подожди, — прошу я.

Отпускаю его и судорожно роюсь в сумочке. Достаю телефон и включаю воспроизведение. Тишину прорезают звуки сопения, вздохи, мое мычание и глухие стоны. Звуки немой борьбы, глухие удары, шелест одежды. И потом наш с Маратом разговор.

Выключаю воспроизведение. И жду. Жду реакцию Марата.

Не сразу, но он поворачивается ко мне.

— А ты еще хитрее, чем я думал, — щурится зло. — Не только меня подставить хотела?

Мотаю головой. Быстро-быстро. Открываю рот, чтобы хоть что-то сказать, но он кладет свою ладонь мне на губы.

— Зачем согласилась и мне сразу не рассказала? — спрашивает уже мягче.

Или мне кажется?

Убирает руку со рта, как будто разрешая мне говорить.

— Хотела больше о них узнать, — дрожащим голосом произношу я.

— Думаешь, ты бессмертная? — усмехается он. — В такие игры играть? А если бы не мои люди тебя тут прижали? И ножиком?

— Но я думала, — стараюсь быть убедительной, но говорю быстро, чтобы успеть, — ты же здесь, со мной… И здесь столько людей…

— Помогло тебе это? — с издевкой спрашивает он.

— Ты помог, — говорю я и опускаю взгляд.

Он берет меня за подбородок и пристально смотрит в глаза. Я еле выдерживаю этот тяжелый испытующий взгляд. Но справляюсь.

— Ты так и не поняла этого, — отпускает меня. — Пошли.

Оглядываю себя. Колготки и платье порваны. На лице могу представить себе, что с макияжем.

Марат, похоже, понимает мой взгляд.

— Домой поехали, — говорит в ответ и открывает дверь.

Выходит. Бегу за ним.

Он идет не туда, где люди радостно отмечают чей-то юбилей, а в противоположную сторону. Открывает какую-то дверь и оглядывается на меня.

— Или останешься? — спрашивает, усмехаясь.

Быстро подхожу к нему совсем близко. И тут же его рука властно ложится мне на шею сзади и тянет вверх. Заставляет встать на носочки.

— Когда ты будешь вести себя правильно? — спрашивает, заглядывая мне в глаза. — Может, хватит игр, Даша?

Судорожно сглатываю. Боюсь что-либо произнести. Мне кажется, что не скажи я сейчас, ему не понравится. Поэтому просто молчу в ответ.

Он выталкивает меня на улицу. А там уже нас ждет автомобиль. Марат подходит к нему первым и открывает дверь пассажирского сидения. Толкает меня туда. Сам садится рядом.

Машина трогается.

Я сижу, вжавшись в сидение. И жду, что он опять полезет ко мне.

Но в этот раз Марат сидит, уткнувшись в окно. Он даже не смотрит на меня. Перевожу взгляд на его руку, лежащую рядом, и вижу, как пальцы сжимаются в кулак. С такой силой, что костяшки белеют.

И я сама кладу свою ладонь на этот кулак. Он кажется мне ледяным. Мне хочется отогреть его. Но в этот момент Марат стряхивает мою руку со своей и убирает ее.

И я понимаю, что у него, наверное, есть повод так вести себя сейчас.

Мы приезжаем к дому. Марат выходит и сразу же идет в дом. Не дожидаясь меня.

Я тоже выхожу и иду к себе. После душа сижу на кровати. Заснуть сейчас я точно не смогу. Хоровод мыслей проносится в голове.

Я понимаю, что поступаю неправильно, но встаю и выхожу из комнаты. Иду по дому. Замечаю слабый свет в одной из комнат. Иду на него, как мотылек, летящий на свою погибель.

— Чего тебе? — зло спрашивает Марат, заметив меня в открытых дверях.

Он сидит в кресле с телефоном в руке. И, не дождавшись от меня ответа, опять возвращает взгляд на экран телефона.

— Не люблю быть должной, — мой голос звучит каким-то хриплым и я прокашливаюсь.

Марат опять вскидывает на меня свой пронзающий насквозь взгляд.

— Ты исполнил мое желание, — тихо говорю я, приближаясь к нему.

Шаг за шагом. Медленно и аккуратно, как будто ступаю по минному полю.

— Теперь моя очередь, — произношу, останавливаясь в шаге от него.

Он осматривает меня с ног до головы. И от одного взгляда мурашки. Надеюсь, он их не видит.

— Я сам беру то, что мне надо, — улыбаясь уголком губ, говорит он. — Я не пришел. Значит, мне не надо.

Приподнимаю бровь. Делаю последний шаг к нему и запускаю пальцы в его волосы. Он закрывает глаза и тяжело выдыхает.