Глава 22 – Смена власти

В Москве нас встречает кортеж из охраны.

– Ого! – присвистывает Ваха.

– Не хочу, чтобы она боялась, – поясняю я.

– Ты же пасëшь Дагиева.

Да, у меня человек в его охране. Но…

– Увы, только одного из братьев. От второго можно ждать сюрпризов.

– Ему не до вас. Он от ментов бегает. Но ты, конечно, прав, лучше перестраховаться.

– Да и холодная война с братом сегодня превратится в полноценные боевые действия. Хер его знает, что ему в голову стукнет.

Пожимаем друг другу руки.

– До завтра.

Проходя мимо охранника, выдергиваю из его рук телефон в котором он завис.

– Куда ты смотришь? Куда ты смотреть должен?!

– Эм… Извините, Демон Альбертович… Тьфу ты! – с досадой морщится. – Демид Альбертович.

Рассерженно смотрю ему в глаза.

– Макс! – рычу на начальника охраны. – Взбодри персонал. Мешки сонные. Прошлого раза мало?

– Сделаем! Больше не повторится.

– Военное положение у нас. Едем в отцовский дом.

Пока, по крайней мере – военное.

За спиной Златы и Тихона тут же материализуются двое. Ещё один открывает им дверь в машину.

На заднем сиденье Варя в детском кресле и Тихий. Сажусь за руль. Встречаемся со Златой пальцами, сжимаем кисти в замок. И минуту просто молча кайфую. Потому что… чувствую себя целым, сильным, наполненным, нужным. На своём месте. Энергия кипит в груди!

Кладу её руку себе на бедро.

Мы едем домой! Без неë мне было нечего там делать. Зачем мне этот дом без семьи?

Одна тачка впереди нас, вторая позади. Сейчас в царстве Черкасовых будет переворот. Я хочу сесть на своё законное место.

Мы едем по объездной, чтобы не стоять в пробках. И как только я сворачиваю к нам, а не в сторону дома Ивана Михайловича, Злата тревожно оглядывается.

– Куда мы едем?

– Мы едем домой.

– К вам?!

– Да. Там безопасно. Там хорошая территория, к которой не подступиться ни с одной стороны. Это крепость! Надо, я ров выкопаю и крокодилов туда запущу.

– Там же Родион!

– Я его вежливо попрошу, – цежу я.

Её кисть на моём бедре тревожно сжимается.

– Всё хорошо, моя девочка. Никого не бойся. Ты там хозяйка! Бабушка так хочет. И так хочу я.

Оставляю семью в машине. Ворота не открывают. Выходит охранник. Новый. Я его не знаю. Но он меня знает.

– Добрый вечер, Демид Альбертович.

– Добрый. Откройте ворота.

– У нас распоряжение – не пропускать. Извините.

– Меня в мой дом не пропускать? – дёргаю бровью.

Пожимает плечами.

– Хозяйка дома распорядилась?

– Нет, Родион Альбертович.

Можно сейчас сделать кучу движений, потребовать, чтобы пригласили бабушку. Набрать её в конце концов. Но, какого хера? За моей спиной маленькая армия.

Дергая его за ворот куртки, втыкаю ему в живот ствол.

– Я на своей территории. Выстрелю, будет самооборона, усëк? – тихо объясняю охраннику я.

– Усëк… Спокойно, Демид Альбертович, – поднимает и раскрывает ладони.

Слышу, как охрана за моей спиной взводит стволы.

– Давай, правильно себя веди.

– Пацаны, открывайте ворота! – повышает он голос.

Ворота едут в разные стороны. Моя армия заходит на территорию. Выставляет немногочисленную охрану Родиона за ворота.

– Всё уволены, – лаконично бросаю я. – Смена власти.

Машины заезжают внутрь. Ворота закрываются.

– Всё сделали вывод, как делать не надо! – дрочит охрану Макс. – Для общения есть бойница, – двигает задвижку на воротах. – Никто не выходит без необходимости. Следим за камерами, сообщаем мне обо всех визитах.

– Демид, – прижимая спящую Варю к себе выходит Злата. – Что происходит?

– Ничего, – улыбаюсь успокаивающе. – Я уволил некомпетентную охрану.

– Ты пистолетом махал! Я видела.

– Он не заряжен. Это просто… – пожимаю плечами. – Ерунда… правда!

– Эй! Это же наше!

Тихон, отпуская на снег Барса, возмущённо снимает со стены один из моих профессиональных луков. Напротив висит битая болтами мишень. И сосна, на которой она висит, тоже вся побита болтами.

– Гады… Испортили! – сокрушается Тихий, поглаживая пальцами механизмы.

Да, наверняка испортили. Кто же лук на улице держит?

– Забери, попробуем отладить.

Охрана остаётся, внутрь с нами идёт только Макс. Я смотрю на часы – время ужина. Скидываем верхнюю одежду, проходим в столовую.

– Добрый вечер! – смотрю по очереди в глаза недовольно поджавшей губы бабушке, неприятно удивленной Наталье, оторопевшему Родиону и какой-то вульгарной молодой девке рядом с ним.

– Я вернулся.

– Ну и славно, – делает глоток вина бабушка. – Поставьте нам ещё приборы, будьте любезны, – тихо просит она прислугу.

– Где моя охрана? – хватается за карман Родион.

– Я их уволил.

Сажусь я не на свое место, а во главе стола, на отцовское. Коль уж ты попросил меня спасать ситуацию, значит, будет так. Макс отодвигает стул Злате по правую руку от меня. Потом – Тихон. И остаётся ещё один стул между бабушкой и нами. Это место для Варвары. В будущем.

Родион не сводит глаз со Златы с дочерью. С вьющихся коротеньких волос девочки… У меня вились в детстве, у Родиона – нет.

– А у нас тут смотрины, – бросает холодную улыбку бабушка. – Прошлая избранница не вынесла счастья быть женой моего младшего внука, он привёл новую. Не столь щепетильную к обхождению.

Девка с татушкой на скуле закатывает глаза.

– Мама… – просыпается Варя, прячась и обнимая Злату за шею. Тянет ко мне маленькие пальчики. Сжимаю.

Родион допивает коньяк из бокала.

– Я так понимаю, это моя дочь?

– Иди ко мне, – забираю Варю на руки. – Нет, это моя.

Смотрю ему с вызовом в глаза.

– Кто у нас папа? – улыбаюсь Варе.

– Па-па-па… – бормочет она, смущаясь и теребя лемби через ткань моего тонкого пуловера.

Моя умница! Гордо целую девочку в лоб.

– Злата… – взмахивает бокалом бабушка. – Ты заставила меня понервничать.

Бабушка сдала. Похудела, осунулась, пальцы подрагивают. Но взгляд всë еще ясный и гордый.

– Простите, Нина Андриановна. Другого выхода я не нашла.

– Рада, что его нашёл Демид, коль уж ты вернулась. Что ж, сегодня вся семья в сборе, кроме моего сына. Я рада. Возможно, это в последний раз. Предлагаю мирный ужин.

– Не вся, – хмурится Злата, бросая взгляд на пустой детский стульчик. – Марка нет. Почему? Он спит?

Наталья выпрямляется.

– Марк в детской.

– Один?

– С прислугой.

– Мы бы хотели познакомиться, – ищет поддержку Злата, бросая на меня взгляд.

Киваю.

– Это такая издёвка? – пьяно улыбается Наталья. – Или ты не слышала, что мой ребёнок болен?

– От этого он не перестал быть частью семьи, верно? – подрагивает голос Златы.

– Скажи это его отцу, который всë отдал твоему ребёнку! – с гневной обидой.

– Э, нет! Позвольте, – ухмыляется Родион. – Наследник – мой ребёнок. Если моя жена нагуляла его с моим братцем, то… – разводит руками. – Определись, Злата. Чей это ребёнок – его или мой?

– Па-па! – громко выдает Варя, обводя всех важным взглядом. И тут же, смущаясь, прячется лицом у меня на шее.

– Какое умное дитя! – комментирует бабушка.

Лицо Натальи идёт пятнами.

– Это вина вашего сына, а не моя, что Марк родился таким! – нетрезво выдает она.

– Сядь… – недовольно морщится бабушка.

Поднимает взгляд на прислугу.

– Уберите от неё бокал, ради бога. Вот так и живём! – невесело улыбается Нина Андриановна нам. – Старуха, алкоголичка, несчастный ребенок, инфантильный инфант Черкасовых и… как Вас барышня? А, впрочем, неважно. Я всё равно не запомню. Наведи порядок внук! А то помирать страшно.

Поднимает бокал.