Часть 37

Когда оказались на улице, жадно вдохнула кислород и наконец подняла голову. Влад поставил меня на ноги возле машины, сел за руль, завёл двигатель. Тут же включил обогрев салона.

— Запрись и жди меня, хорошо. Сейчас приедет Баженов, я с ним всё решу.

— Тебе что-то грозит? — спросила дрогнувшим голосом, не сразу замечая, что хватаюсь за рукав одежды Титова.

— Ничего мне не грозит, — растянул он губы в улыбке. — Садись.

Я юркнула в салон, меня тут же окутало терпкими ароматами. Сигарет, которые курил Влад, его парфюма, кожаной обивки. Это успокоило, словно я оказалась в маленьком мирке, где ни мне, ни ребёнку ничего не угрожало. Где до нас никто не смог бы добраться.

Нажав на кнопку и заблокировав замки, я откинулась на спинку сидения. Титов возвращался в дом, одновременно набирая чей-то номер, и мне пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не открыть окно и не остановить его. Хотелось попросить сесть в машину и уехать. Сбежать куда глаза глядят.

Я включила музыку и закрыла глаза. Меня начало подташнивать, но я была обязана бороться с этим чувством и делать всё, чтобы не думать о случившемся.

И не представлять Влада там, где он находился сейчас. Что он сделал с Ольгой? Что между ними произошло? И почему он не хотел, чтобы я видела её..?

Господи, дай мне сил, потому что совершенно не получается не представлять тошнотворных картинок того, что сейчас творилось в этом жутком доме.

Минут через десять подъехала машина, из которой вышел незнакомый мне мужчина. Я напряжённо всматривалась в его фигуру. Ничем не примечателен, даже, наверное, обычный, если бы не взгляд. Цепкий, жёсткий… Его глаза скользнули по авто Влада, остановились на мне, после чего мужчина отвернулся.

Наверное, это и был тот самый Баженов, о котором говорил Титов. Сам он вышел из ворот, подошёл к незнакомцу. Они пожали друг другу руки и стали о чём-то говорить. Влад то и дело кивал на машину, в которой я сидела.

Потом мужчины исчезли, войдя на территорию дома, и я расслабленно выдохнула. Но ненадолго. Совсем скоро они вернулись, и незнакомец постучал в стекло со стороны водителя. Я вопросительно взглянула на Влада и он кивнул. И только после этого разблокировала двери.

— Здравствуйте, — произнёс мужчина, присаживаясь на соседнее место. — Баженов. Андрей, — представился он.

— Лина, — откликнулась эхом.

— Хорошо. Мне нужно, чтобы вы дали совершенно чёткие показания тем, кто уже в пути и скоро будет здесь. Сможете? — Он посмотрел на меня всё тем же цепким взглядом, от которого захотелось поёжиться.

— Какие-то… определённые? — уточнила я.

— Вас сюда привезла подруга. Потом она внезапно на вас напала с оружием. Приехал Владислав Титов. Выбил дверь, вы убежали наверх. Спрятались. Прихватили с собой пистолет. Были очень испуганы. Что происходило внизу — не знаете. Не видели ничего. Потом Титов пытался до вас докричаться, но, не услышав ответа, высадил дверь и помог вам выбраться из дома.

Я удивлённо посмотрела на Баженова, но потом до меня дошло, что ему это, видимо, поведал сам Влад.

— Так всё и было, да, — кивнула я.

— Именно. Не нужно не давать ни предположений, ни своих мнений насчёт того, что могло случиться между вашим мужем и погибшей. Хорошо?

— Хорошо. — Я поджала губы и посмотрела на Влада, который ждал снаружи, заложив руки в карманы джинсов. Потом вновь перевела взгляд на Андрея. — А что между ними случилось?

— Вот и хорошо, что сейчас вы этого не знаете, Элина. И пока знать не будете. Потом Влад вам всё расскажет.

— Ему что-то угрожает?

Он помедлил перед тем, как ответить, но всё же помотал головой и сказал:

— Нет. Ни ему, ни вам ничего не угрожает.

Баженов вышел из машины. Через пару мгновений к дому подъехали ещё несколько автомобилей, а я так и продолжала прятаться в своём небольшом мирке, не представляя, что меня ждёт за его пределами. И мне было здесь уютно и хорошо. Как не было уже давно и нигде.

Нас с Владом отпустили через пару часов. Следователь долго и нудно расспрашивал меня о том, какая у меня версия случившегося. Я отвечала чётко и по делу, как того и хотел Баженов. И чем больше времени проходило, тем отвратительнее я себя ощущала. Тошнота уже не просто напоминала о себе — она выкручивала внутренности, поднималась из нутра к горлу, и я очень опасалась, что меня вот-вот вырвет.

— Я отвезу тебя в город, — сказал Влад, предварительно забросив в багажник так и неразобранную мною сумку.

Разумеется, протестовать я не стала. Мне было просто необходимо как можно скорее оказаться вне этого места, чтобы больше не видеть забора, за которым стоял проклятый дом.

— Хорошо, спасибо, — ответила Титову, пристёгивая ремень безопасности.

— Как ты? — спросил он, отъезжая от обочины. — Может, покажешься врачу?

— Завтра. Не сейчас. Я себя чувствую нормально, — соврала ему.

Хотя, не совсем соврала. Физически всё было в порядке, если не считать совершенно нормального для меня состояния тошноты, а вот морально… Я была ошарашена настолько, что понимала — этот стресс даром для меня не пройдёт.

— Хорошо. Хочешь, просто посидим где-нибудь? Попробуем отвлечься.

— Где? — вскинула я брови.

— В кафе, может? Или в твоём любимом ресторанчике.

— Ты думаешь, мне кусок в горло полезет? — горько усмехнулась я и отвернулась к окну.

— Не думаю. Мне и самому точно не полезет. Но тебе нужно поесть.

Поджав губы, я остановила себя, чтобы не ответить так, как было бы правильно. Потому что признаваться самой себе и тем более Титову в том, что я и вправду хотела провести рядом с ним ещё немного времени, не хотелось.

— Отвези меня домой, — всё же сказала я, поворачиваясь к Владу. Он сжал челюсти так, что на скулах появились желваки. Но промолчал. — Там я приготовлю нам с тобой что-нибудь вкусное.

Ни родителей, ни Миши дома не оказалось, и это было хорошо. Сделать вид перед родными, что со мной всё в порядке, я бы вряд ли смогла. Тем более, они знали, что мы с Олей уехали на пару дней, соответственно, вопросов было бы не избежать.

— Присаживайся, — кивнула я на диванчик возле кухонного стола, сама же принялась мыть руки. — Сейчас придумаю что-нибудь быстрое.

Достав из холодильника ветчину, сыр и помидоры, принялась готовить горячие бутерброды. А у самой в горле ком стоял, и я понимала, что вот-вот разрыдаюсь снова.

— Тише. Давай, я сам, — произнёс Влад, поднявшись на ноги и подойдя ко мне. Встал позади, осторожно обнял.

Я отложила нож, которым только что едва не отрезала себе половину пальца, быстро вытерла глаза.

— Что ты хочешь, Лина? Что тебе будет сделать комфортнее? Обговорить всё или помолчать об этом? — выдохнул Титов мне в затылок.

— Обговорить, — решилась я немедленно, потому что чувствовала — ещё немного и меня разорвёт на части всё то, что я сейчас испытывала.

— Хорошо. Иди, присядь. Я сам всё сделаю.

Дождавшись, пока я отойду и устроюсь на том месте, которое только что занимал, он принялся быстро нарезать бутерброды.

— Что тебе сказала Ольга, когда тебя туда привезла? — спросил Влад таким тоном, как будто мы с ним обсуждали что-то совершенно обыденное.

— Сказала… что пыталась нас развести всё это время. И что делала всё для этого.

— Понятно.

— Можешь рассказать, как так вышло? — попросила я.

И Влад рассказал. И о письмах, которые получал, и о фотографиях. О том, как ему было страшно за меня. О том, как наделал ошибок.

— Я себя дерьмом чувствую, не соврал тогда, — хмыкнул он, поставив бутерброды в духовку. — Если бы курок спустила, была бы права.

— Не спустила бы, — покачала головой.

— Почему?

— Потому что никто не заслуживает смерти. Даже Ольга. Что с ней случилось?

— Свалилась с лестницы, когда за мной побежала. Я её не убивал. Сама шею свернула.

Он посмотрел на меня так, что я поняла — Титову очень важно знать, что я действительно не виню его в смерти Ольги.

— Понятно. Но у меня в голове всё это не укладывается, — всхлипнула я. — Я же… подругой её единственной считала в последнее время. Была уверена, что она всё делает для того, чтобы мне было хорошо.

— Знаю, кисуль… Я сам в шоке.

— А Кирилл? Он уже знает?

— Знает. Но пока только с моих слов. Сейчас с ним поеду встречусь.

— Как сейчас? Ты не останешься?

Я выдала эти вопросы, и самой стало дурно от того, как они прозвучали. Сразу ясно стало, что нуждаюсь в Титове и в том, чтобы он был рядом. Хотя бы на ближайшие пару часов.

— Хочешь, чтобы остался? — спросил он.

— А ты?

— Лин… не вытаскивай из меня того, что очевидно. Я же сам от тебя подальше буду держаться, как и обещал. Даже если бы ты этого не требовала.

— Сейчас я хочу, чтобы ты остался. Просто здесь. И всё.

— Сейчас я останусь, — кивнул он.

Я хотела спросить о том, что будет потом, но не стала. Всё, похоже, было ясно и так. Больше никаких угроз мне и ребёнку, а значит — в присутствии Влада нет нужды.

И почему мне сейчас это кажется таким неправильным и пугающим?

— Что теперь будет?

— Ты о случившемся с Олей? — уточнил Титов, и я кивнула. — Ничего не будет. Постараюсь минимизировать твоё общение с ментами. Это обещаю точно.

— А ты? Тебе ничего за это быть не может?

— Надеешься или опасаешься? — усмехнулся Влад.

— Дурак! — выкрикнула я, и слёзы снова сами по себе полились из глаз.

— Прости. Я не должен был… прости.

Я сделала глубокий вдох. Всё происходящее давалось мне с огромным трудом, особенно когда Титов задавал эти свои вопросы. Нельзя было поддаваться эмоциям и погружаться в водоворот тех чувств, которые рождались сейчас от близости Влада.

Нельзя.

— Так. Я сейчас чай тебе сделаю, — сказал он, отвернувшись, словно прочитал мои мысли. — И вот-вот еда будет готова. Перекусим.

Титов старался говорить жизнерадостно, но я и сама понимала, насколько надсадно это звучит.

— Перекусим, — откликнулась тихо и нажала на уголки глаз, чтобы перестать плакать.