Часть 39

— Когда ты собирался мне сказать, что уезжаешь? — спросила я через пару часов после того, как мы переместились в мою спальню, где и продолжили заниматься любовью.

Потом последовал поход в ванную, и там мы тоже задержались надолго.

Всё это было таким… странным. Прежде всего потому, что в моих ощущениях смешалось воедино столько разного, что я уже и не знала, какое из чувств главенствует. Я одновременно вернулась к Севе, но в то же время понимала, что рядом со мной совсем не он. Что за годы, которые мы провели врозь, он изменился. Осталась ли при этом я сама той Линой, которая была рядом с ним давным-давно — я не знала.

— Откуда ты знаешь о моём отъезде? — нахмурился Титов, приподнимаясь на локтях и глядя на меня с явственно читающейся тревогой.

— Хотелось бы знать от тебя, но не получилось, — пожала я плечами. — Мне сказал Кирилл. Он был у меня не так давно.

— Почему ты мне не сказала?

В голосе Влада появились ледяные нотки. Они же и заставили меня мгновенно вскипеть негодованием.

— Почему ты мне не сказал об отъезде? — ответила я вопросом на вопрос.

— Ты сама хотела, чтобы я больше не появлялся рядом с вами, — хмыкнул Титов.

— И смог бы?

— Что смог бы? — не понял он.

— Не появляться рядом с нами.

— Не знаю. Если бы ты не переменилась ко мне — наверное, да.

Он поднялся с кровати и, как был, голый, подошёл к окну. Я застыла взглядом на его широкой спине и крепких ягодицах.

— Между нами очень много лжи, Влад. С твоей стороны. До сих пор.

— Я просто тебе не сказал. И всё.

— И тем не менее. Например, я до сих пор ещё многого не могу понять. Может, та информация, что у тебя была жена, которая утонула — правда?

— Лина… что ты вообще говоришь?

Титов резко повернулся ко мне, но на лице его была… улыбка.

— А что? Ты до сих пор считаешь, что я не должна чего-то знать.

Он всё же подошёл к постели, на которой я сидела по-турецки, и опустился возле неё на колени.

— Никакой жены не было. Это всего лишь легенда. Как и моя мать… не та, которую ты знала. Но сейчас всё это не имеет никакого значения.

— И твоя поездка тоже?

— Нет, моя поездка реальна. Я отложил её, когда ты мне позвонила.

— Отложил? — не сразу поняла я, что он имеет ввиду.

— Да. На время. Но теперь мы поедем вдвоём. Нет, втроём, — кивнул он на мой живот и улыбка Влада стала шире.

— Постой… я не собираюсь никуда уезжать, — запротестовала, чувствуя какую-то ужасающую досаду. — У меня здесь семья. Родные, знакомые. У меня работа, которую я не планирую бросать.

— Родители смогут приезжать к нам когда захотят, или вообще переедут жить, а всем остальным вполне можно обзавестись на новом месте. Я помогу и мы откроем кафе, которое будет принадлежать только тебе.

— Но я не хочу никуда ехать… И не хочу, чтобы уезжал ты.

Титов растёр ладонью лицо и поднялся на ноги. Снова отошёл к окну, и по его напряжённой фигуре я поняла, что всё не так просто.

— Лина, я уже всё решил. Если бы ты сказала мне раньше, если бы дала понять, что я тебе нужен… я бы всё переиграл.

— Что мешает сделать это сейчас?

— Есть сделки, которым я уже не могу дать обратного хода. С бизнесом в Питере покончено. У меня новое дело, и им я собираюсь заняться сразу, как только покину этот город.

— То есть, так, да? Ты не можешь отказаться от своих дел, а я должна бросить кафе. Считаешь, что это всё глупости, раз нужно не тебе, а мне?

— Лина, спокойнее, пожалуйста. Я вовсе не хочу с тобой ругаться. Я не считаю твои дела глупостями и готов сделать всё, что ты захочешь. Открыть тебе новое кафе. Хоть целую сеть.

— Там, где это будет удобно тебе?

— Там, где это будет лучше для нас всех.

Я поджала губы, чтобы не наговорить ещё чего-нибудь. Того, что так и просилось наружу. Титов уже всё решил, с этим было бесполезно спорить. Но участвовать в этих его решениях я не собиралась.

— Ты можешь оставить меня одну? — попросила я, заканчивая нашу беседу.

Влад мгновенно напрягся и подался ко мне.

— На чём мы с тобой остановились?

— На том, что всё остаётся так, как и было до этой поездки сюда, — отрезала я и, встав с постели, отправилась в ванную.

Задерживаться в этом доме я не хотела. Влад предпринял ещё несколько попыток поговорить со мной и переменить моё решение, но я не могла представить, как уезжаю на постоянное место жительства в другую страну. И если для него это был нормальным и даже привычным, то настолько круто изменить свою жизнь я была не готова.

— Я уезжаю через два дня. Ты можешь прямо сейчас сказать мне «да», и я возьму для тебя билет на самолёт, — тихо проговорил Влад, докинув меня до дома.

Я вышла из его машины с каким-то ужасающим чувством опустошения и потери. Потому что он даже не рассматривал возможности остаться со мной. Да, совсем недавно я сама требовала, чтобы он уехал куда подальше, но сейчас всё изменилось.

Он мог уехать, но не навсегда… Решить свои вопросы и дела и вернуться.

— Нет, Влад. Я не стану делать это по щелчку твоих пальцев. Спасибо за поездку, мне всё понравилось.

Забрав у него вещи, я пошла к двери, и Титов не стал меня останавливать. А я — не стала останавливаться. Наверное, так было правильнее, потому что как бы мы ни старались, наши пути так или иначе должны идти в параллель.

Он действительно уехал. Позвонил перед тем, как отправляться в аэропорт и сказал, что будет ждать. Того, что передумаю. Или просто моего звонка. А я заверила его, что этого не случится. Старалась говорить торопливо, прекрасно понимая, что слова даются с огромным трудом.

И Влад просто попрощался и повесил трубку. Меня за горло взяла чёрная тоска. Я же ведь хотела именно этого и добилась своего.

Больше не было опасности, как не было Титова. Всё вновь вернулось к той исходной точке, с которой и началось, но теперь у меня был ребёнок.

Но как бы я себя ни убеждала, что справлюсь, что теперь всё настолько правильно, насколько всегда могло быть, это не помогало.12727c

Прошло дня три, во время которых я ни о чём не могла думать, кроме как о Титове. По кафе я слонялась призраком, дома — сидела в четырёх стенах. Вспоминала то, как он меня любил в том доме, и мечтала вернуться в эти мгновения хоть на секунду. Снова оказаться в его объятиях, погрузиться в сладость, которую мне дарил Влад.

— Лина… проверь пирог. Кажется, подгорает, — окликнула меня мама, и вместо того, чтобы броситься к духовке, от которой и впрямь растекался горьковатый аромат, я помчалась к себе в комнату.

***

Небоскрёб был таким огромным, что казалось, будто он теряется в облаках. Я запрокинула голову и постояла так немного, глядя ввысь.

Приехала сюда с отчаянно колотившимся сердцем, которое не унималось и сейчас. Узнала у Кирилла куда направляться и попросила его ни слова не говорить Владу. Этим оставляла себе возможность передумать и отступить, но чем ближе была к Титову, тем отчётливее понимала — не передумаю. Потому что чертовски по нему соскучилась и потому что только рядом с ним была живой.

— Добрый день, — сказала я по-русски секретарю, но тут же исправилась: — Excuse me, where can I find Vladislav Titov*? — уточнила на ломаном английском.

— Добрый день, — откликнулась та на чистом русском. — Владислав Дмитриевич в своём кабинете. Вам назначено?

Она стала просматривать какие-то списки, а я вдруг почувствовала себя такой маленькой и незначительной, что поперхнулась следующим вдохом.

Влад совсем не был похож на Севу, особенно такой — важный, богатый и успешный. Но он любил меня, как я надеялась, и это всё меняло.

— Мне не назначено, — откликнулась я. — Но думаю, что Владислав меня примет и без записи.

Секретарша нахмурилась, впрочем, на её лице тут же появилась улыбка.

— Тогда представьтесь, пожалуйста. Ваше лицо кажется мне знакомым.

— Я Элина Титова, жена Владислава, — кивнула секретарше, и та тут же подскочила со своего места.

— Простите… Элина…

— Михайловна, — подсказала я, когда она запнулась.

— Да, простите, Элина Михайловна. Идёмте, я вас провожу.

Мы проследовали по коридору. Идеально подходящие Владу цвета и обстановка. Наверное, здесь он чувствует себя как рыба в воде. А вот мне к подобному ещё придётся привыкнуть. Если конечно, Титов не забыл о нас с малышом за эти дни.

— Владислав Дмитриевич, — проговорила секретарша, распахнув дверь в кабинет после стука. — К вам посетитель.

— Я же сказал, что меня нет ни для кого, — раздражённо откликнулся Титов, и я не удержалась от улыбки.

— Даже для жены? — спросила, пройдя мимо секретаря и оказываясь в кабинете Влада.

Он рывком поднялся мне навстречу. Глаза Титова горели, а на лице разлилось выражение неверия. Он дал понять секретарше, чтобы та закрыла дверь, и когда мы остались наедине, вышел из-за стола и двинулся ко мне.

— Значит, жена? — хрипло произнёс Влад, когда приблизился на расстояние вытянутой руки. Он давал мне возможность сделать самой этот последний шаг.

— Значит, жена, — кивнула в ответ и через мгновение оказалась в объятиях своего невозможного мужа.

* Извините, где я могу найти Владислава Титова?