Глава 50. Неожиданное смирение.
Я вынуждено чувствовала вкус его губ и ничего не могла с этим поделать. Мычала, крутилась, но вырваться не могла, ведь он стал удерживать меня руками за талию, прижимая плотно к себе. Нельзя было: ни закричать, ни сбежать. А Львов… наверное, там десятый сон смотрит. Не сможет прийти на помощь.
— Нет… нет, нет, нет…. Ты не можешь! Я твоя… — появляется возможность закричать, а дальше… все плывет. Я смотрю в светлые глаза Кирилла, но все постепенно становится размытым. Я словно проваливаюсь куда-то. — Я… я…
Распахиваю глаза и срываюсь на протяжный крик. Подрываюсь всем корпусом с постели, глубоко дышу и верчу головой в ночной комнате.
Это… это чертов сон! Это все сон, Господи! Да как же это…
Стало одновременно легко и страшно. Это ж надо же… такие реалистичные сны. Эта ситуация с Кириллом меня с ума сведет, если я как можно скорее не узнаю правду. Снится такая гадость. Как мне вообще в голову пришло полезть целоваться к родному брату? Ну да, я хотела раскрутить его на признание, но это же не выход… Нет, в реальности я бы ни за что такого не сделала.
— Арина… Арина…. Что случилось?! — Артем, конечно же, проснулся. — Приснилось что-то?
— Да… да…. — выдыхала я шумно снова и снова, вплетая свои пальцы в волосы. — Это был кошмар…
— Все хорошо уже, — гладит меня по плечу своей теплой ладонью. — Это только сон. Ложись.
Он прав, это только сон, от которого у меня ком в горле теперь не проходит.
Тогда я резко поворачиваю к нему голову и смотрю на его лицо, которое не очень хорошо, но видно в этой темноте.
Мне… мне нужно чем-то это перебить… Я же не усну сейчас.
Быстро перебираюсь на коленях к Львову поближе и целую его в губы. Накрываю его губы своими заставляя его упасть головой на подушку.
Он ничего не спрашивает, и, конечно же, не отталкивает меня, а просто пользуется моментом, как и тогда, в нашу первую ночь. Жадно впивается в мои губы своими и углубляет поцелуй, проникая языком все глубже и глубже.
Сама сбросила с него одеяло и уселась прямо на него сверху.
— Я тебя не понимаю, Арина, — шепчет мне в губы Артем и сжимает мои ягодицы своими сильными руками. — Но мне нравится, что ты делаешь, — хватает ладонью сзади за шею и снова тянет к себе. Такого я еще от него не слышала.
Я совсем не сопротивляюсь. Напротив, сейчас я полностью раскрепощена и ни в коем случае не собираюсь отступать. И я не ручаюсь, что только сон тому виной. Тому, что сейчас происходит.
Впрочем, я же сумасшедшая. Мне можно.
Уже через какую-то минуту он заставлял меня сладко постанывать. Даже белье с меня снимать не стал. Отодвинул трусики в сторону и насадил меня на свой член, после чего и я не осталась безучастной. Сама двигалась на нем. Пусть и не так быстро, как хотелось бы.
Сняв с себя остатки одежды, мы сменили позицию. Теперь мои ноги лежали у него на плечах, а руками я цеплялась за спинку кровати, чтобы хоть чем-то занять свои руки.
Клянусь, в какой-то момент я поняла, что не хочу, чтобы это заканчивалось. По разным причинам. Не только из-за удовольствия. Боялась себя утренней. Мерзкой и отчужденной. Меня саму от себя тошнит. Я должна прекратить это. Я не могу больше отрицать тот факт, что этот человек сломал и прогнул меня под себя. Я живу с ним в одном доме, сплю с ним в одной кровати, и я… ничего не могу с этим поделать. Пора уже начинать получать с этого удовольствие.
Я проснулась и взглянула на потолок, а после на него, лежащего совсем рядом.
Арина, которая ненавидит его соскочила бы с постели и побежала одеваться со скоростью ветра, а Арина, которая многое поняла, прилегла к нему сейчас поближе.
Львов не просыпался, а мне совсем не хотелось его будить. Было еще довольно-таки рано, как я успела заметить.
Решила пойти вниз, чтобы сварить кофе. А там, внизу, словно как из того кошмарного сна — столкнулась с Кириллом, который только что вошел в дом. Замерла, когда он увидел меня.
— Здравствуй, — официально поздоровался Кирилл, все-таки он не знал, рядом Львов или нет.
— П… привет… - протянула я приветствие. — А ты… — еле губами шевелила.
Черт, сейчас мне еще сильнее нетерпится узнать: кто такой Кирилл и что ему нужно.
— Я пораньше приехал. Меня просили. Артем Сергеевич уже спускался?
И тут мы оба слышим шаги по лестнице, а вскоре и голос спускающегося.
— Уже спускается, — проговорил Львов, когда показался нам на глаза.