13

Джой встречает нас около машины. Открываю дверь и хочу выйти, но верный пёс Камаева тут же рычит, скаля зубы.

— Убери его, — нервно обращаюсь к Игорю, вся скукожившись, и стараясь не смотреть на добермана.

— Джой, мальчик, как дела? — слышу голос Игоря и вижу как он присаживается, треплет массивную морду псины, а она едва не скулит от радости. Сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, оборачиваюсь и леденею.

Ноги будто вросли в землю, когда вижу того самого охранника, который до боли крутил мой сосок и испугал меня до чёртиков. И клянусь, что на его лице проскакивает ухмылочка.

Я спешу в дом, чтобы скорее сбежать, а он летит мне наперерез, под видом открыть передо мной дверь.

— Какая встреча! Я ждал твоего возвращения, шлюха, — шипит он тихо, как кобра, а меня всю словно парализует от страха.

Останавливаюсь в гостиной, не соображая, куда хотела и зачем. Страх полностью парализует все тело.

Вздрагиваю, когда сильные руки меня обнимают, готовая закричать, но по запаху понимаю, что это Игорь.

Импульсивно поворачиваюсь к нему и говорю слова, которые не собиралась:

— Я хочу тебя, — ладонь находит его ствол и сжимает. Только бы он разогнал всех подальше и остался здесь, рядом со мной. По крайней мере при нем меня никто не тронет.

— Евгений, кухню оформить в кратчайшие сроки и свободен. Артур, на посту с сегодняшней ночи и до следующего понедельника. Выполнять. Джой, охранять территорию.

Игорь протяжно выдыхает, когда я нетерпеливо продолжаю ласкать его ширинку, окрепший ствол.

— А как же душ? И к херам его? — рычит и забрасывает меня себе на плечо, сбрасывает ботинки и тащит меня в гостиную. Его окончательно ослепила похоть и страсть.

Падаю животом на спинку дивана. Слышу, как чертыхается Камаев и вываливает налитый страстью член, задирает мое платье, рвет тонкие трусики и втискиваться в меня.

— Черт, Аля, я же кончу быстро! Ты узкая.

— Пальцы, — хрипло напоминаю ему про его главное оружие против меня.

Каждый раз, когда они оказываются в деле, я проигрываю. Даже когда он позволил себе вытворить в машине то, что вытворил, нарушив ПДД и наплевав на мою безопасность. А потом сам же с пеной у рта будет доказывать, что Давида я отвлекала. Глупая гибель из-за глупой беспечности, сын весь в отца.

Толчок, и я возвращаюсь в реальность. Громкий стон. Тут же выгибаюсь навстречу его члену. Слышу, как стонет он. Понимаю, что времени действительно немного, и его пальцы очень нужны для успеха дела.

Поза, правда, для дополнительной стимуляции не самая удачная, но её можно и поменять.

Что Игорь и сделал, приподнимая меня над диваном и втолкнув на него, поставив там на колени и прижав спиной к своему животу. Когда он вошёл, я громко простонала, и весь секс с этого момента стал громким. С странным удивлением поняла, что мое тело скучало по нему и его грубым ласкам. С его губ срывалось рычание, которому вторили мои стоны, пока он задействовал самые чувствительные места моего тела. Одна рука ласкала мой клитор, вторая сжала груди, нащупала торчащий острый сосок и потерла его. Я думала, что та лапа навсегда отвернет меня от подобных прикосновений, но пальцам Игоря были рады все части моего тела. Всего пара толчков и я чувствую, как сперма стреляет внутри меня. Мужчина сильнее сдавливает мою промежность, пальцем активно массируя клитор. И я, с рваным стоном, догоняю его, оглушительно кончая.

Какое-то время в комнате раздаётся лишь наше сбившееся дыхание, прежде чем возвращается способность говорить.

— Теперь можно и в душ.

Его спермы так много, что я уже чувствую, как она вытекает из меня, орошая и его член, который он до сих пор не извлёк, и мои бёдра. Зрелище, должно быть, очень порочное.

После душа Игорь прилёг отдохнуть, в то время как я пошла на кухню в поисках ужина. На плите нашла уже приготовленные блюда, разложила продукты, включила кофе машину и сделала себе кофе.

В отличие от Игоря, мне спать совершенно не хотелось. В душе был полный раздрай. Голова не могла смириться с тем, какой крутой виток в очередной раз сделала жизнь. Как я снова оказалась в этом доме, под этим мужчиной, и что самое страшное — с опасностью в виде другого, совершенно отбитого мужчины за стенами дома.

Я делала мелкие глотки и думала, нужно ли рассказать Игорю о том, что произошло тогда. То, как досталось Евгению, говорило о том, что он дико ревнует. И ясно, что этот человек собственник.

Но он слышал наш разговор с Женей своими ушами. То, что делал Артур, не видел никто, и это будет моё слово против его слова.

А как показала ситуация с Давидом, моё слово здесь ничего не стоит.

А ещё я — шлюха, у которой была куча мужиков. Вероятность того, что он мне поверит, сродни чуду, а что не поверит и вспыхнет очередной виток скандала и недовольства гораздо выше.

Поэтому не буду испытывать судьбу и вернусь к своему плану самозащиты, которому научилась у Кхалисси. Если мужик будет доволен, я буду в безопасности. Его пространственные слова о том, что эта непонятная связь "надолго" и что он меня так просто не отпустит, говорила о том, что мне не избежать своей участи. Я буду здесь добровольно или насильно. А я не хочу больше насилия. И я до одури боюсь того, что будет, если эта связь получит огласку общественности. Боюсь за отца и его реакцию. За Рому, которого уже дважды избили за неуместную влюбленность.

Я вернулась в спальню, чтоб позвать Игоря к столу, но он так крепко и сладко спал, что я решила не будить его. Долго стояла и смотрела на него, думая слишком о многом одновременно. За месяц я забыла, как он чертовски, нереально красив. Какой огромный и толстый у него орган, и какие ощущения он у меня вызывает, когда берёт меня. И как он опасен.

Я даже не бралась рассуждать, насколько бесчеловечно он поступает со мной. Эгоист до мозга костей с кучей охраны и возможностей. Эгоист, который может даже воздух заставить шевелиться, как ему казалось удобно, выбрал себе жертву не своей весовой категории и в ус не дует. Но я это просто так не оставлю. Я заставлю его смотреть на меня так, как смотрел Кхал на свою Кхалисси. Я отомщу ему за всё, что он сделал со мной.

Выхожу из комнаты, возвращаюсь на кухню и с аппетитом бросаюсь на еду. Стресс сделал меня прожорливой. После ужина возвращаюсь в комнату, осматриваюсь и понимаю, что переодеться мне и не во что, он не подразумевал, что мне нужна пижама для сна. Сцепив зубы, стаскиваю халат, обнажаясь, и забираюсь под одеяло. Мужчина тут же даже через сон притягивает меня к себе под бок. Он огромный и тёплый, и весь накопленный негатив как-то быстро отступает, отпуская меня в сладкие объятия морфея.

Проснулась от непонятной возни, понимая, что меня касаются мужские руки. Игорь уже будил меня так, но тогда всё было по-другому, приятно. В прикосновениях сейчас не было ничего приятного, они были грубые и неумелые, сразу вырвали из приятной неги сна и заставили интуитивно сомкнуть ноги.

— Что ты делаешь? — спросила сонно, собираясь повернуться, как вся похолодела и задеревенела, услышав другой голос.

— А на что это похоже?

Сон как рукой сняло. Я немедленно подскочила как ужаленная, перевернулась на спину, подтянула ноги под подбородок. Попыталась лихорадочно подтянуть одеало, но он вырвал его из моих рук.

— Где Игорь?

— Убежал на пробежку. Сказал разогреть тебя для него.

— Я тебе не верю.

— Осмелела, сука? Не верь. Захочу, натяну силой, и комар носа не подточит.

Я смотрю на него и боюсь, что ужас в моих глазах мне скрыть не удается.

Он трактует моё молчание по своему и как бы между прочим заявляет.

— Будешь податливой сукой и будешь молчать, не трону. Ляпнешь что-нибудь боссу, тебя найдут в канаве, когда черви сожрут твоё шлюшье тело. Всё поняла? Что сидишь, как амёба? — он подлетает ближе и хватает меня за подбородок, — я спросил всё поняла?

— Да, — отвечаю, едва дыша.

— Молодец, пососи конец, — мерзко ржет, отпуская мой подбородок. Окидывает моё обнаженное тело неприятным, липким взглядом, и добавляет, — когда босс наиграется с тобой, мы славно покувыркаемся, малышка. Готовься!

Он вышел из комнаты, а я так и осталась сидеть в остолбенении в кровати, не в силах даже заставить себя пошевелиться до тех пор, пока под подушкой не завибрировал телефон.

Я достала его и уставилась на экран, который сообщил, что на телефоне закончилась память. Не успела задуматься, с чего бы ей закончиться, потому что дверь в спальню открылась. Я вздрогнула. Но на этот раз это был Игорь.

Игорь мрачный, долго смотрит на меня, а потом в лоб прилетает вопрос:

— Ты таблетками предохраняешься от беременности?

— Что?

Я ещё не отошла от начала этого утра, как услышала это.

— Таблетки пьешь, чтобы не залететь?! — гаркнул.

— Нет, — отвечаю, опешив.

— Я это увидел на тумбочке, — бросает мне прокладки, которые вчера запасливо прикупила, — тоесть я тебя трахал, как суку, столько раз без предохранения, и ты не залетела?

— Я думала, у тебя вазектомия или что-то в этом роде, — пораженно ответила чистую правду. — Ты хочешь сказать, что нет? И ты просто не предохранялся?!

— У меня все в норме с этим делом, жена не смогла забеременеть второй раз после первых родов, мы долго лечились, у меня нормальные анализы, — словно нехотя выдал эту информацию, — почему не беременна? Или постой… ты сделала аборт?!

Игорь взревел на всю спальню, сжав кулаки.

Я снова вжалась в спинку кровати от страха, от шока, от абсурдности ситуации, а потом застелил гнев, как пелена. Я сама не ожидала, что могу так разозлиться.

— Очень рада, что у тебя всё в норме с этим, возьми с полки пирожок. Я бесплодна, поэтому и не предохраняюсь. А ты свинья!

Соскакиваю с кровати и убегаю в ванную. Ненавижу, глаза бы мои его не видели!

Игоря видимо не убедили мои слова, он кулаком шандарахнул в дверь. Она едва не слетела с петель. Хорошо, что я не стояла под ней.

— Я тебе не верю! Ты сделала аборт?!

Он припечатал меня к стене и сжал пальцами горло. Опять!

— Смотри у глаза и говорит правду! Ты избавилась от моего ребенка?!

— Ты больной, — цепляюсь руками за его руки, которые в очередной раз сдавливают мою шею. — Отпусти, мне трудно дышать!