Глава 25

Яна

Я чувствовала себя тряпичной куклой — безвольной, опустошенной, жалкой. Стрельцов так крепко держал за волосы, так яростно целовал, а что он сделает со мной, когда мы окажемся один на один в номере, даже представить страшно.

Кажется, сейчас я окончательно осознала, в какую задницу угодила. Я стала игрушкой дикого зверя. Пожелает, разорвет, пожелает, отпустит, хотя нет, не отпустит. Но пусть не ждет подчинения, кровь портить я умею. И раз не вышло сбежать, постараюсь сделать все, чтобы урод сам от меня отказался. А сейчас, увы, подонок победил.

Наверно, таксист видел, что происходит на заднем сидении, только вряд ли понимал, как обстоят дела на самом деле.

Когда негодяй отпустил, я сейчас же отсела от него, отвернулась и постаралась унять дрожь, а еще отдышаться. К счастью, Стрельцов больше не приставал. Однако страх предстоящего наказания выворачивал душу наизнанку, он ведь накажет, обязательно. И ладно, если запрет в номере отеля. А мимо проплывали подсвеченные огоньками пальмы, яркие вывески, туристы бродили по тротуарам, несмотря на позднее время. Я тоже прилетела отдохнуть, думала вот он — мой рай, мое заслуженное счастье, рядом мужчина, который привел в этот рай. И что в итоге?

Спустя полтора часа машина остановилась у трехэтажного здания с белеными стенами. Над входом переливалась вывеска «Rosa blanca».

— Приехали, — выдал мерзавец, после чего покинул машину.

Здесь все утопало в зелени, насекомые стрекотали наперебой, напитанный влагой воздух дурманил терпкими ароматами местных цветов. Красивое место. Если бы только не обстоятельства, при которых я тут оказалась.

— Отель удобно расположен, — заговорил мучитель, — и до города близко, и пляж имеется.

Ну, я-то вряд ли этот пляж увижу. Да и плевать. На все плевать… Голова была занята мыслями о том, что будет в номере и жива ли вообще Инесса? Наверняка Стрельцов задался вопросом, кто помог мне сбежать, кто вернул все документы.

И пока негодяй разговаривал с администратором, пока заполнял бумаги, я рассматривала пол, на котором мозаикой были выложены белые розы. В фойе тем временем царила тишина, нарушаемая тихими разговорами нескольких пожилых пар. Кто-то из них газету читал, кто-то играл в нарды, кто-то пил кофе. На нас они не обращали внимания, тогда как мне хотелось, чтобы подошли, предложили помощь, вызвали полицию, а та в свою очередь арестовала подонка. Но нет, Стрельцов преспокойно решал вопросы заселения, иногда посматривая на меня. Выглядел сукин сын уставшим. Бедолага, верно, с ног сбился, когда понял, что игрушка сбежала. И так захотелось схватить рядом стоящую вазу да запустить ему в башку.

— Желаете кофе? — ко мне подошел официант.

— Нет, она не желает, — вдруг раздался зычный голос моего надзирателя, — иди, давай.

И несчастный мальчик, не ожидавший такой агрессии, сейчас же ретировался.

— А я бы может и выпила кофе, — зыркнула на него, — или есть и пить я тоже должна только с твоего позволения?

— Я закажу тебе в номер всё, что пожелаешь, — осклабился, — идем, нам выдали ключ-карты.

Мы снова отправились на улицу. Как выяснилось, Стрельцов взял не просто номер, а целые апартаменты с личным бассейном, лужайкой и дорожкой, что вела к морю. Но перед дверью я остановилась.

— Снова посадишь под замок? — посмотрела ему в глаза.