Глава 38

А на пляже народа было столько, что у меня зарябило в глазах. Концентрация детворы вообще зашкаливала.

— Н-да, — скривился Стрельцов, — шумновато.

— Все как ты и хотел, — поправила сумку, — много детей, крики, визги, смех.

— Ну, визги своих детей как-то проще переносятся, мне кажется.

— Если детей любишь, неважно, чужие или свои, раздражать не будут.

— Приятно, что ты говоришь со мной об этом.

— Не обольщайся, — бросила, не оборачивайся.

— А я с твоего позволения все же обольщусь.

— Здесь есть, где переодеться? — окинула взором пляж.

— Идем, провожу, — кивнул куда-то вправо.

Скоро мы подошли к кабинке.

— Помощь потребуется?

— Нет, благодарю.

— Жаль все-таки народа много, — оглядел меня снизу вверх, — так бы я с тобой здесь переоделся.

— У тебя слишком много мыслей о сексе.

— Разве это плохо? Не по причине ли вялой сексуальной жизни многие пары расстаются?

Опять! Так, все…

— Хватит, Стрельцов. Мы с тобой, блин, не пара. Мы с тобой деспот и его временная рабыня. Или, вернее сказать, бесчестный игрок в покер и его временный выигрыш. И никак иначе! — после чего захлопнула за собой дверь.

Дожить бы до вечера.

И только сейчас обратила внимание на купальник. Ого! Да это просто ниточки и кусочки тряпочек. Что-то тут не то… хотя… Твою ж мать, да это нижнее белье, а не купальник! Черт. Сунула в сумку и даже не посмотрела. Кажется, Стрельцов будет нереально «счастлив». Я все-таки надела это нечто. В конце концов, он сам выбирал, я бы на такое никогда в жизни не обратила внимание. А он пусть радуется.

Через пять минут вышла и в тот же миг наткнулась на ошарашено-злой взгляд деспота.

— Это чего такое? — произнес низким хриплым голосом.

— Купальник. Ты же мне его сам купил.

— У тебя с головой все нормально? Это белье, а не купальник. Оно нихрена не прикрывает! Задница вся наружу, сиськи того и гляди вывалятся.

— Ну, извини. Взяла, что под руку попалось.

— В этом ты здесь расхаживать не будешь, иди, переодевайся, и пойдем в апартаменты за купальником.

— Я хочу в море, мне жарко.

— Ничего, попаришься лишних минут двадцать. Голым задом светить я тебе не позволю. И потом, тут вообще-то дети.

Что ж, с этим аргументом не поспоришь. Среди детей в таком виде лучше не разгуливать.

— Ладно, — и нацепила на себя платье.

Искупалась, называется. И еще десять минут по жаре обратно до номера. Прямо хождение по кругам ада. Уже у двери Стрельцов схватил меня за руку, подвел к бассейну, после чего ловко стянул платье, а спустя мгновение я полетела в бассейн и не успела опомниться, как оказалась в его объятиях.

— Вот здесь можно, — сейчас же припал губами к шее.

— Мы не можем хотя бы сутки не заниматься этим?

— Чем? — всмотрелся мне в глаза. Да у него зрачки расширены, дышит часто.

— Сексом.

— О нет, ты ведь помнишь, никакого секса, только занятие любовью, — медленно повел меня к бортику, скоро лопатками я ощутила теплую плитку. — Знаешь, я уже который день мучаюсь, Яна, — коснулся губами щеки, — думаю, как тебе сказать, как правильно донести свои мысли, чтобы ты не испугалась.

— Мне уже страшно, — господи, если бы было только страшно, но мне и хорошо, мне приятно, когда он касается так, когда становится нежным. — И лучше не рассказывай мне ничего, не нужно. Сейчас между нами все понятно, не усложняй.

А он потянулся к застежке на спине, расстегнул бюстгальтер. Если я не уйду от него, то рискую превратиться в ту самую жертву, которая будет сохнуть по своему мучителю.