Глава 79. Фея, ты ли это?
Прихожу в себя, сердце стучит спокойно, ровно. Я сижу на земле, смотрю на реку. Рядом родные двое детей…
Выдыхаю, вроде все хорошо.
Глажу Нинельку, спрашиваю у Ленни:
— Так где же наша фея?
Нинелька пожимает плечами:
— Ни знай…
Ленни серьезно:
— Мы… мы ее видели… — эмоционально хлопает руками себя по бедрам, — я правду говорю!
Обнимает меня и тихо шепотом на ухо…
— Она так похожа на тебя, мама… Она… летала по небу… И когда мы видели ее — она обещала, что сделает для нас ВСЕ!
***
Закрываю глаза…
Вслух молчу, но вспоминаю моменты… когда я летала по воздуху.
И, кажется, я знаю что это за фея…
Душа не обманет: для Нинель с Ленни — фея… это… я…
А для других — я буду стараться быть феей. Обещаю, что буду делать для них ВСЕ.
…
Смотрю на небосклон, вижу, как промелькнула звезда — летела-летела по небу и вдруг — чирк — ярко вспыхнув упала.
В голове зазвучал голос дядюшки:
“Чья-то жизнь пробежала…”
Смотрю на небо — оно темное, синее — как и было и до полета звезды. И продолжаю его слова
“... жизнь пробежала и не оставила после себя след”.
А Я ОСТАВЛЮ!
Выдыхаю, смотрю на яркую горящую звезду, кажется, она мигает — словно кивками соглашается с моими мыслями.
И я киваю ей в ответ.
***
— Дети, пойдемте в дом!
Беру за руку Нинель, обнимаю Ленни. Кидаю взгляд на реку и вижу призрачный мостик из лунного света. Он светит так ярко, что ночной темноты нет.
Луна освещает тропинку — наш путь. Мы идём домой по сверкающей дороге….
И я знаю — дома нас встретят.
Боже, какое же счастье идти туда, где тебя ждут.
***
Дорога тает за моей спиной — луна светит так, что сзади нас ничего не видно.
Оглядываюсь — и вдруг ко мне приходит четкое осознание:
Я всегда была немного не здесь — даже еще в той, в прошлой жизни. Врачи называли это диссоциацией, потерей связи с реальностью. Говорили «слишком много работаете, вам нужен отдых».
А зачем он мне?
Я не понимала.
Мне не с кем было отдохнуть. Муж-друзья-подруги — не в счет, все это к тридцати уже порядком наскучило.
Хотела я только одного… Маленького, теплого, уютного, чтобы пеленки-распашонки-и не спать по ночам…
Но никак.
И только сейчас я поняла: то что было — не потеря связи, а поиск другой реальности. Более глубокой, той, где У МЕНЯ ВСЕ ХОРОШО.
Моя «странность» —это не болезнь, а дар. Просто в той жизни он был еще нераспакованный.
А «полёты» — это душенька моя убегала туда, где ей хорошо.
***
Когда мир становился слишком жестоким, я строила себе другой — уютный, из лунного света.
И когда я нашла своих детей, а потом и других сорванцов, моя душа наконец-то обрела якорь.
Мне больше не нужно убегать от реальности.
Мне хорошо ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.
***
Мы подходим к калитке — во дворе уже темно, а внутри дома — шумно, светло, ароматно пахнет свежим хлебом...
— Вернулись! — кричит Алиса, и все бросаются к нам.
— А я как раз заварила свежий чай, — кричит Яна.
— Похлебку будете? — голоса наперебой, — каша есть!
— А что хочет Нинель?
— А Ленни голодный!
Риви берет за руку Ленни:
— Пойдем я насыплю тебе полную тарелку с горкой…
И тут я понимаю… По-настоящему понимаю…
…
Мне больше не нужно никуда убегать. Ни в работу, ни в болезни, ни в выдуманные миры. Потому что я нашла то, чего так безнадежно искала — и в этой жизни, и в прошлой.
Мои «полёты» — это была не болезнь. Врачи просто не поняли — это была тоска.
Тоска по тому, что я встретила здесь… Да, во времени иногда бывают запутки….
По детскому смеху на кухне…
По уютным обнимашкам с ребенком…
По дому, в котором тебя ждут.
***
Я обнимаю этих колючих, но таких родных подростков, и чувствую, как наконец-то обретаю почву под ногами.
Мне больше не нужны лунные мосты, чтобы найти счастье.
Оно, — касаюсь груди, — здесь.
В ароматном чае, который дети заварили вместе.
В аромате похлёбки, которую сварили сообща.
В этих глазах, которые смотрят на меня с доверием…
Потому что самая прекрасная из реальностей — вот она: смех детей, тёплый свет в окнах, надёжная крыша над головой.
И эти маленькие дети — Нинелька, Ленни и сорванцы… — все они теперь мои.
Ленни держится за мою руку… Обнимаю их обоих крепче и и улыбаюсь своей новой большой семье.
Всё, что было — одиночество, отчаяние, слезы — все, что привело меня к лунатизму — всё это было долгой дорогой Домой.
Я смотрю на огни свечек в окнах своего дома, чувствую тепло детских рук в своих и знаю — я дома.
Настоящее, наконец, стало тем самым волшебным миром, в который так стремилась моя Душа.
КОНЕЦ