Глава пятая. Наречение

Для наречения мама привезла платье, в котором сама выходила замуж за папу. Льняной сарафан нежно-бежевого цвета с кожаной шнуровкой. Подол и лиф украшены завитками вышивки. К нему шли белая сорочка и деревянные бусы, покрашенные в синий. Алисса заплела мои волосы в толстую косу и уложила ее вокруг головы. А мама добавила васильков. Зеркала у меня, правда, не было, чтобы оценить их работу, но я им полностью доверяла. Сверху я накинула плащ, который сниму непосредственно перед обрядом. Провести его было решено на том же холме, где мы с Кирианом знакомились. Его люди построили что-то вроде деревянной сцены. На ней стоял священник Эора, единого бога, которого почитали в Ангорской империи. Рядом ждал Кириан, переодевшийся в нарядный красный дублет и начищенные до блеска сапоги. Чуть в стороне стоял принц Алтимор с какими-то мужчинами, видимо, лордами и советниками. К пьедесталу вел проход, по одну сторону от которого были наши воины, а по другую ангорцы. Тоже в основном солдаты, но среди них было и немало слуг. Кажется, я даже заметила Паулину. Из шатра и до места обряда меня сопровождал Ройс, затем передавший на руки вождю. Было жаль, что на его месте не был мой папа, но я понимала, что выбора нет. Вождь подвел меня к сцене и здесь уже снял плащ. Кириан на мгновение застыл, не отрывая от меня взгляда. Я испугалась, что, может, сбилась прическа, или появилось пятно на платье. Но куда деваться, надо идти. Подобрав юбку, я поднялась по лестнице и дала руку лорду. – Ты великолепно выглядишь, – сказал он с придыханием. От смущения у меня порозовели щеки, и я посмотрела в сторону. Только чтобы натолкнуться на внимательный взгляд Алтимора. Мне показалось, или его глаза светились восхищением? Должно быть, я всё это выдумала, чтобы придать себе уверенности. Кириан сжал мою ладонь, и я снова повернулась к нему. Священник велел нам опуститься на колени, после чего приложил морщинистую ладонь сначала ко лбу жениха, а потом ко мне. – Примите благословение Эора, великого и единого бога, правящего всеми видимыми и невидимыми мирами. Пусть сегодняшнее обещание приведет вас к бессмертному союзу. Дальше священник дал нам выпить воды из специальной, украшенной каменьями чаши. И в довершение обряда выдал мне и Кириану по кожаному браслету. На моем была выжжена роза, а на его – лев, стоящий на задних лапах. Жених должен был носить браслет на левом запястье, а невеста – на правом. Таким образом, когда мы держались за руки, роза воссоединялась со львом. Мне эта поэтичность даже нравилась. Только жаль, что на месте Кириана не был Люк. Думая о нем, я заметила его в толпе рядом с моим отцом. На лице парня читалось сожаление. Но я не знала, жалел ли он именно меня, обрученную с чужаком, или весь наш народ, вынужденный пойти на такие уступки. Кириан и я уже должны были сойти с пьедестала, как я заметила в небе над толпой какие-то точки. Они стремительно приближались, и через мгновение я поняла, что это горящие стрелы. Среди ангорских солдат началось шевеление. Послышался лязг от вытаскиваемых из ножен мечей. У меня внутри похолодело. Я увидела, как Люк тоже выхватил кинжал. В толпе пошло брожение. Ангорские слуги стремительно отступали, и все больше солдат выхватывали оружие и пробивались к проходу. Кириан обернулся к Алтимору: – Мой принц, что происходит? – Мы получили весточку с севера, – ответил за него один из лордов с круглым лицом и залысиной на голове. – Нам не нужно больше заключать никаких союзов. Кириан выпустил мою руку и, шагнув к говорившему, схватил того за ворот. – О чем ты? Потасовка внизу переросла в настоящий хаос. Ангорцы в открытую напали на лингов, и те принялись отбиваться. Я больше не могла найти взглядом ни отца, ни Люка. Маму с Алиссой, стоявших совсем рядом со сценой, оттеснили за спины мужчин. Слышались крики, звон и лязг. Так, что хотелось зажать уши. Я растерянно заметалась, не зная, куда деваться. Бросилась было к священнику, но тот шарахнулся от меня, как от больной. Кто-то схватил меня за руку и, дернув, заставил последовать за собой. Я не сразу поняла, что это принц Алтимор. Сообразила, только когда он передал меня Кириану: – Уводи ее, пока не поздно! – крикнул он, вкладывая мою руку в ладонь жениха. – Ты знал? – резко спросил лорд. – Знал, – ответил принц. – Я не могу вернуться без полной победы. – Я это так не оставлю, – пригрозил Кириан и, сжав мою руку, ринулся к краю сцены. Мы спустились с другой стороны, и тут уже Ройс подбежал вместе с конем. – Милорд! Кириан вскочил в седло и усадил меня перед собой. – Что происходит? – испуганно спросила я. – Почему? – Пока я радел за переговоры, они за моей спиной провернули атаку с севера. Мне жаль, Ниада. Я хотел иного для наших людей. – Нет, – из моих глаз брызнули слезы. – Нет, нет, нет! – Не нужно тебе на это смотреть. Кириан пришпорил коня и повез меня в противоположную от битвы сторону. Со мной случилась истерика. Я разревелась в голос и, вцепившись коню в гриву, принялась стенать, что не хочу оставлять своих родителей и свой народ. – Пустите меня! – я ударила Кириана по руке, сжимавшей уздечку, но это не помогло. – Или убейте вместе с ними! – Ты теперь моя нареченная, Ниа, – проговорил на ухо лорд, крепче сжимая меня. – Я обещал, что тебе не причинят вреда. И свое слово я привык держать. ***Когда Кириан привез меня к себе в шатер, я все еще не могла успокоиться. Меня трясло, слезы лились градом, я всхлипывала и сама не узнавала собственный голос. Лорду пришлось нести меня на руках. Добравшись до ложа, он усадил меня на колени и крепко обнял. Я не понимала, что происходит, и даже не сопротивлялась. – Тише-тише, – Кириан погладил меня по голове, и из красивой прически, в которую столько любви вложили мама с сестрой, посыпались васильки. Я ткнулась ему в плечо и всё плакала, не в силах остановиться. На парадном дублете лорда давно образовалось мокрое пятно. Но Кириан проявил чудеса терпения и продолжал держать меня, пока я совсем не выбилась из сил. И тогда он уложил меня на спину и еще какое-то время сидел рядом. – Прости меня, Ниа, – услышала я сквозь сон, ненадолго утащивший мою изможденную душу в небытие. Не знаю, сколько прошло времени. Но когда я очнулась, был уже вечер. В шатре горела свеча, но, чтобы она мне не мешала, Кириан передвинул перегородку, отгораживая ложе. Я видела силуэт лорда. А рядом другой. По голосу поняла, что принца. Мужчины разговаривали на повышенных тонах. – Вы меня подставили! – возмущался Кириан. – Перед кем? – парировал Алтимор. – Перед людьми, о которых ты мне всю дорогу твердил, что они дикари? Что с тех пор изменилось? Ах да, тебя привлекла их принцесса! Но даже ради девушки, Кириан, нельзя поступаться интересами империи. – При чем тут она! Ты подумай о том, сколько солдат погибло сегодня. А сколько еще пострадает, пока мы не закончим эту войну! – Ты же понимаешь, – пытался урезонить его принц, – что стоит нам уйти, и они твоим договором подотрутся. А сейчас после победы мы оставим лорда Берри в наместниках с частью армии. – Пф, ты так говоришь, как будто это вопрос решенный. – Нам просто придется задержаться чуть дольше, – Алтимор откинул волосы назад. – Но я не могу сказать отцу, что вместо завоевания северных земель мы заключили какой-то союз. Понимаешь, Кириан? У меня не было выбора. У меня сильно зачесалось в носу, и я кашлянула, прерывая их горячий спор. – Ниа! – лорд отодвинул перегородку. – Как ты себя чувствуешь? Я приподнялась на локтях, но смотрела не на жениха, а на Алтимора. Как и в первую встречу между нами протянулась невидимая нить. Мы не могли отвести друг от друга взгляда. Только на этот раз во мне не было ни грамма симпатии к принцу, а одна лишь ненависть. – Мои люди вам отомстят, – проговорила я не своим голосом. – Не сегодня и не завтра. Но однажды вы за всё поплатитесь. Пока есть на свете хоть один живой линг, ваша империя не будет знать покоя. – Ниа, – взволнованно сказал лорд. – Ты бредишь. Больше ничего не говори. Но моя тирада вызвала у принца улыбку. – Эх, дядя, – Алтимор хлопнул его по плечу. – Я тебе даже завидую. Ну до завтра. Утро вечера мудренее. Он подмигнул мне и покинул шатер. Кириан проводил его взглядом и повернулся ко мне. Я посмотрела в его хмурое лицо. – Понимаю, в тебе всё кипит, – сухо проговорил лорд. – Но если хочешь остаться в живых, научись молчать. – А не то меня убьют, как моих родных? – я вздернула подбородок. – И даже я не смогу тебя защитить. Кириан отвернулся и сжал пальцами переносицу в знакомом жесте. Мне захотелось съязвить, что головную боль устроили ему его же люди, но я удержалась. Легче от этого никому не станет. ***Дни тянулись один за другим. Когда я не спала, то сидела, уткнувшись носом в коленки. Поначалу Кириан пытался меня как-то подбодрить, но быстро сдался. Я не хотела разговаривать ни с ним, ни с кем бы то ни было еще. В итоге и лорд оставил меня в покое, появляясь в шатре лишь на ночь. Лето закончилось, и пришла осень. Я поняла это по тому, как похолодало по ночам. Кириан подарил мне тяжелый меховой плащ, в который я заворачивалась и спала. – Надеюсь, из этого кокона однажды выпорхнет бабочка, – пошутил лорд, но, не увидев на моем лице даже тени улыбки, добавил: – Мы готовимся выступать. Завтра, в крайнем случае послезавтра. Думал, ты захочешь это знать. Я лишь вяло кивнула. Лорд потоптался на одном месте, словно собираясь что-то еще сказать, но в итоге так ничего и не сказал, а вышел из шатра. Ну вот и всё. Скоро и воздухом буду дышать чужим. В печальных думах я не заметила, как в шатре появился неожиданный визитер. Паренек лет шестнадцати в простой одежде, как у слуги. – Миледи, – окликнул он меня. И только тогда я посмотрела в его сторону. – Лорд Кириан просил привести вас к нему. Я нахмурилась. – Зачем? – Не могу знать, – паренек пожал плечами. Я поднялась на ноги и, решив не расставаться с плащом, вышла из шатра. Моего обычного охранника нигде не было. – А где Ройс? Паренек снова пожал плечами. Это было странно. – Пойдемте, миледи, – он потянул меня за рукав. – Лорд Кириан просил поспешить. Оказаться снова под открытым небом было странно. Мир словно разом стал больше. Деревья, начавшая желтеть листва, легкий ветерок, чириканье птиц. Жизнь за порогом шатра и не думала останавливаться. А я не представляла, насколько по всему этому соскучилась. Вероятно, стоило дождаться Ройса. Не мог он надолго отлучиться. Но мне вдруг совсем не захотелось возвращаться в шатер. Я словно вышла из склепа, где похоронила себя заживо. – Идем, – я кивнула и последовала за пареньком. Мы завернули за шатер и пошли вдоль кромки лагеря. Здесь почти не было людей. Только сквозь просветы между палатками я видела суетившихся солдат. Они паковали вещи. На нас никто не смотрел. – Куда мы идем? – запоздало спросила я. Паренек завел меня за один из шатров побольше и остановился. Я попятилась, потому что навстречу мне шагнула Паулина. – Извини, что не пришла сама, – начала она. Я сдвинула брови. – Что тебе нужно? – Хочу кое-что показать, – она махнула пареньку, и тот был таков. – Пойдем. – Куда? – Увидишь. Не бойся, это не опасно. Я посмотрела в ее голубые глаза, и с минуту мы мерились, кто кого. Паулина сдалась первой. – Я не рискну тебе навредить. – Тогда зачем ты меня позвала? – я не собиралась ей верить. Вместо ответа Паулина прошла вперед между двух пустых телег. Подобрав полы плаща, я направилась за ней. В конце концов, много ли я теряла? Возвращаться обратно в заточение мне не хотелось. Понимала, что придется, но предпочитала оттянуть этот момент. Мы вышли на открытую местность, и оттуда поднялись на пригорок, с которого открывался отличный вид на лагерь. – Смотри, – Паулина указала на группу мужчин, выстроившихся шеренгой. Я сразу поняла, что это линги. На них не было доспехов со львом и розой, и держались они иначе, чем солдаты. Жались друг к другу, как привязанные. Я сощурилась. И поняла, что они и были привязаны. Точнее скованы. – Пленные? – вслух подумала я. – Рабы, – ответила Паулина. – Были пленными, а теперь их отвезут работать в империю. – И зачем ты мне это показываешь? – Чтобы ты знала, что случилось с твоими людьми. Ты их принцесса, не так ли? Я сжала кулаки. Не так. Но это было неважно. Даже будь я настоящей дочерью вождя, что бы я сделала? Перед рабами ходил здоровенный воин с хлыстом наперевес. Он что-то разъяснял им, и когда один из мужчин возразил, ему тут же досталось по спине. Он так дернулся, что даже с расстояния я ощутила, как это больно. Я поежилась и плотнее укуталась в плащ. На лице Паулины заиграла довольная ухмылка. Ну нет уж! Не позволю так легко собой манипулировать. Я развернулась и, не сказав ни слова, направилась обратно. Девушка не стала меня догонять. Своего она и так добилась. Я чувствовала себя хуже, чем после обряда. Разве что не ревела, но на душе было так паршиво, что хоть утопиться. И как Кириан мог спокойно спать по ночам, зная, что империя делает с людьми? Как он мог это оправдывать? Задумавшись, я не сразу заметила, как между двух палаток мне перегородил дорогу крупный мужчина. – А ну стоять! – скомандовал он, кладя руку на эфес меча. Я вздрогнула и подняла голову. Полноватая фигура, круглое лицо. Это тот полковник, как его? – Сбежать решила, – он подошел ближе и схватил меня за меховой ворот плаща. – Вы что делаете? – я наконец очнулась и вцепилась ему в запястье. – А ну пустите! – Линговская шлюха, думаешь, обвела лорда вокруг пальца? Но мы-то знаем, кто ты на самом деле! На секунду я испугалась, что он говорил о моем настоящем происхождении, но Ханниган – его звали Ханниган! – не стал развивать эту мысль дальше. Он занес руку так, словно собирался вот-вот ударить. От страха меня затрясло. Я вывернулась, оставив плащ в руках полковника, и понеслась прочь из палаточного переулка. Нужно срочно найти шатер Кириана! Только я не знала, где он. Заметив меня, имперские солдаты принялись кричать. Кто-то пытался преградить дорогу, но я бежала, как на пожар. Прочь, не троньте меня! Вспомнилось, как Кириан говорил, что его люди меня ненавидят. И от ужаса мое сердце заколотилось так, что я ничего не слышала. А ноги двигались словно сами собой. Наконец где-то впереди замаячил крупный шатер. Это был не тот, что мне нужен. Но он явно принадлежал кому-то из лордов. Может, меня проводят к Кириану? В отличие от солдат они знают меня в лицо и не примут за беглую пленницу. Впрочем, пленница я и есть. Добравшись до шатра, я едва не налетела на стражника. – Впустите меня, пожалуйста, – взмолилась я. Мужчина перегородил мне проход копьем, но взгляд выдавал растерянность. – Не велено никого пускать, – процедил он. – Пожалуйста! – повторила я. – Что здесь происходит? Из шатра вышел тот, кого я хотела видеть меньше всего. Алтимор. Он был голый по пояс, в одних штанах. На мускулистом торсе блестели капельки воды, стекавшие с мокрой гривы волос. – Ваше Императорское Высочество! – солдат сразу вытянулся по струнке. – Ниада? – удивился принц и приподнял край входа. – Заходи. Я нервно сглотнула. Спасалась от волка, а угодила в пасть ко льву. Пока я мялась, Алтимор щелкнул пальцами и велел одному из подскочивших слуг разыскать лорда Кириана. Это меня успокоило, потому что я поняла, что сидеть в шатре у принца буду недолго. Я вошла внутрь. Здесь все было шикарнее, чем у лорда. Более комфортное на вид ложе. Стол, на котором стояло блюдо с фруктами. А рядом кресло с резными подлокотниками. В него я и опустилась. Алтимор задернул за собой вход в шатер. – От кого ты бежала? – спросил он, подойдя к ложу. Я посмотрела на голую спину принца. У него были широкие угловатые плечи, но узкая талия, это делалоа его одновременно сильным и изящным. Как хищник. – Ханниган, – ответила я, торопливо отвернувшись. – Паулина выманила меня на улицу, чтобы показать пленных. – Слово «рабы» не хотелось произносить. – А потом я столкнулась с полковником. Не знаю, за что он меня так ненавидит. Алтимор накинул рубашку, но застегивать не стал. – Паулина – его дочь, – сообщил он. Вот это были новости! Принц подошел ближе и, присев на край стола, взял в руки кувшин. – Ты поломала их планы, – налив воды в кружку, Алтимор протянул ее мне. – Кириан – известный холостяк. Если бы Паулина понесла, он бы вряд ли женился. Но безбедное существование обеспечил бы обязательно. Да, это объясняло, почему девушка невзлюбила меня с первого взгляда. – А Ханниган на этой войне потерял немало отличных парней, – добавил принц. – На вашей войне, – я сказала с ударением. – Их кровь на ваших руках. Алтимор откинул лезшие на лоб волосы. – Это бы случилось рано или поздно. Не я, так кто-то другой. Твой народ был обречен, потому что сильный жрет слабого. Это закон природы. В его голосе не слышалось ни капли сожаления. – Человек выше природы, – возразила я. – Если он не такой дикарь, как вы. Принц улыбнулся краешком рта. Взгляд его карих глаз, чуть блестевших в свете свечей, меня смущал. Алтимор смотрел на меня прямо, не отрываясь, словно хотел разглядеть во всех деталях. Но ладно бы он меня первый раз видел, но почему сейчас? – Ты очень красивая, Ниада, – он отвернулся и налил себе что-то из другого кувшина. – Но ты ведь и так об этом знаешь, верно? – Неверно, – вырвалось у меня. – И вам не удастся заморочить мне голову! Принц снова посмотрел на меня. – Кириан ведь рассказал, почему мы здесь. Я кивнула. – Как бы ты поступила на моем месте? – Алтимор поднес кружку к губам и отпил. Его движения, такие плавные и в то же время уверенные, завораживали. За ними скрывалась непонятная мне сила. – Я бы… – я задумалась. Что, если бы мой отец захотел пойти на кого-то войной? Нет, не захотел бы. Такое даже представить себе невозможно. И уж тем более мы не стали бы никого порабощать. Я так и не успела ответить, потому что к нам едва ли не ворвался Кириан. – Ниада! – воскликнул он, пересекая шатер широким шагом. – Что ты удумала? Ханниган уверяет, ты пыталась сбежать. – Ее подставила твоя рыженькая любовница, – ответил за меня Алтимор. Кириан сжал челюсть. – Это правда? – спросил он. – Она показала мне пленных, – я встала с кресла. – Вы везете их в империю. По лицу жениха я поняла, что он прекрасно об этом знал. Зря, зря я считала, что он лучше остальных. – Давай вернемся ко мне, – Кириан протянул мне руку. Я фыркнула и так стремительно прошла мимо него, что лорду пришлось меня догонять. За спиной послышалась усмешка принца.