Глава 42. Мирая

Я знала, что близка к цели, и это наполняло сердце одновременно и болью, и радостью. Впрочем, боль – ни моя, ни его – ничего не значила. Я не могла бы остановиться, даже если бы захотела.

Словно что-то иное, гораздо более сильное, чем я, действовало вместо меня.

Щеку обжег удар. Это еще что такое? Я на мгновение оторвала взгляд от Лаорра. Еще один удар. Покарай тебя, боги!

Мужчина, которого Лаорр приволок с собой, теперь хлещет меня по щекам. Холодная ярость, которая только что была направлена на моего любимого предателя, переметнулась на другой объект. Я бы испепелила негодяя, но в следующее мгновение запястье обожгло холодом. И тут же я почувствовала, что силы покидают меня. Так быстро, так стремительно, что я рухнула бы на пол, не подхвати меня отвратительный человечишка.

***

Сознание возвращалось медленно, словно сквозь пелену я слышала голоса. Один – родной и знакомый, второй – чужой.

– Что с ней? Почему она напала? Что вообще происходит?

В голосе Лаорра – тревога и непонимание.

– Похоже, вы ее чем-то крепко разозлили, – отвечал второй.

Он как раз был совершенно спокоен. Я вспомнила пару пощечин, которыми этот негодяй меня наградил, и ярость снова стала закипать где-то в глубине души. Но сделать ничего не могла, даже пошевелиться не могла, и открыть глаза тоже. Мне оставалось лишь лежать и слушать, о чем они говорят.

– Но почему? То есть даже если она злится, почему так?

– Да вы, похоже, никогда не имели дело с полукровками, с теми, чья сила только просыпается.

– Разумеется, нет, – с раздражением ответил Лаорр. – С чего бы вдруг мне это понадобилось.

– Ну, тогда вам нужно кое-что знать. Она не слишком контролирует свою силу. Даже не так. Скорее сила контролирует ее. Не всегда, конечно. Когда все идет спокойно, она будет прежней. Но гнев, страх или, к примеру, вожделение провоцируют то, что в ней дремлет. Вам трудно это понять, ваша магия была с вами с младенчества. Вы учились контролировать ее тогда же, когда разучивали первые слова или осваивали искусство хождения. Сразу. С ней же все иначе. К тому же дар у нее сильный и опасный.

– И что же делать?

– Вы действительно хотите моего совета? – холодно поинтересовался человек.

Лаорр промолчал, и он сказал:

– Лучшее, что вы можете сделать, это вернуть ее туда, откуда она сбежала.

Мерзавец! Уничтожу! Я снова попыталась подняться, но не смогла даже двинуться.

– Но, мне кажется, эта девушка слишком дорога вам для того, чтобы вы слушались таких советов. И вы пойдете на риск, но не поступите разумно.

Я замерла, ожидая ответа, и не особенно сомневаясь в том, каким он будет. Этот человек, несмотря на его профессию, похоже, чересчур романтик, или считает Лаорра тем, кем тот не является.

Но Лаорр ответил совсем не то, что я ожидала.

– Разумеется, я никому ее не отдам. Чем это грозит?

– Чем угодно, – холодно ответил человек. – Я не стал бы слишком рассчитывать на то, что она без посторонней помощи сумеет справиться с тем, что сейчас внутри нее. Находясь рядом с ней, скорее всего вы погибнете.

Он говорил бесстрастно, и от этого вещи, которые он сообщал, становились еще страшнее. А ведь он прав: мне, той нормальной мне, которую я знала, с которой прожила все это время, в голову бы не пришло кого-то убить. Не то что бы Лаорра, самого близкого мне человека, но даже короля, когда тот мне угрожал.

То, что поселилось внутри, вернее не так, то, что всегда там было, но сейчас начало проявлять себя, давало мне силу, но взамен забирало что-то очень важное. Меня саму.

Теперь я уже не злилась ни на кого из мужчин рядом. Понимание пришло сразу. Лаорр должен от меня отказаться.

– Мы с ней поговорим, – сказал между тем Лаорр. – Я думаю, мы сможем объясниться… Тут какая-то ошибка… Она не должна была. И я ничем ее не обидел.

Человек, которого она не видела, усмехнулся:

– Вы не знаете, о чем говорите.

– Можно подумать, вы знаете? – раздраженно сказал Лаорр, но его собеседник проигнорировал это раздражение и ответил спокойно и серьезно.

– Да, я знаю. Моя сводная сестра… старшая сестра. Она была дочерью темного. Мать спрятала ее, не захотела отдавать в пансионат, отец был безумно влюблен и пошел у нее на поводу. Я любил сестру, мы были дружны, практически неразлучны. Не помню, что бы мы всерьез ссорились. А потом, дурачась, я столкнул ее в воду…

– И? – нетерпеливо спросил Лаорр.

Хотя мне это было очевидно, вряд ли эта история могла закончиться как-то по-другому.

– Как видите, я жив. Мне повезло. Отец чистил ружье на крыльце. Он застрелил ее до того, как она успела меня убить.

Я вздрогнула, словно это в меня летела та пуля. И, наконец, смогла открыть глаза. Впрочем, я ничего не видела. Их застилали слезы. Я с трудом приподнялась на локтях.

– Ты не должен рисковать. Просто дай мне уйти и не ищи меня больше.