Глава 4.

Рома морщится и жмурит глаза. В какой-то момент мне кажется, что он сейчас зажмёт уши и начнёт трясти головой, в надежде, что привычный ход вещей вернется на свои круги. Он осторожно открывает глаза, но подвыпивший мужик, всё так же нависает над ним и невнятными движениями что-то пытается ему объяснить. 

Мужик пьян, помят и неопрятен. А ещё у него есть запах, запах немытого тела. Даже я чувствую его на расстояние нескольких метров, что же говорить о Романе с его тонким обонянием. Рома и его нюх – это отдельный анекдот нашей домашней жизни. Я даже улыбаюсь такому совпадению, что мужик для своих разговоров выбрал именно среднего сына, наименее расположенного к контакту со всем, что хоть как-то ему неприятно. Мужчина треплет его по голове, а Ромка чуть ли не слетает с полки от такой неожиданности, нервно поправляет свою длинную светлую чёлку, ещё недавно аккуратно уложенную набок. И как он  только умудряется сохранять укладку в условиях плацкарта?

Я хочу вмешаться, но Стас ловит меня за руку и шепчет:

- Смотри-смотри, его сейчас стошнит…  

- А я ставлю на то, что он ему двинет, - предполагает Дам.

-Или сам в форточку сбежит…- вставляет свои 5 копеек Кирилл.

Девочки дружно прыснули, но промолчали.

Мы возвращались с ужина из вагона-ресторана, и за время нашего отсутствия ребёнок нашёл себе нового знакомого. Или вернее это новый знакомый попытался найти в лице моего холёного ребенка достойного собеседника.

Мне одновременно смешно и грустно. Ситуация сама по себе забавная, но реакция собственных детей меня коробит.

Я всё-таки ускоряю шаг, и подхожу к нашим местам, мужчина переключается на меня:

- Дочка, чайку не будет? – говорит он, конечно, не так чётко, но из набора звуков, я определяю именно это. Мужчина, или скорее всего даже дед, не смотря на свой внешний вид, запах и состояние, выглядит совсем безобидно. И мне становится стыдно за брезгливое выражение Ромкиного лицо. Хотя если честно, он так почти на всех смотрит, когда сталкивается с чем-то не до конца чистоплотным, даже когда Стас или Дамир просто возвращаются потными с тренировок. Но разве это оправдывает нас всех?

- Нет, но сейчас найдём, - я беру мужчину под руку и помогаю ему вернуться на его место. А потом иду к проводникам и покупаю чаю и пачку печенья,  кладу это всё перед ним на столик.

- Ох, девка, зачем алкашню поощряешь? – ворчит бабка с соседнего места. Я стараюсь не морщиться, и просто хочу пройти мимо, когда дед ловит меня за руку и всё так же невнятно говорит «спасибо». Я улыбаюсь и стараюсь быстрее вернуться к детям, чтобы не слушать бабку, которая уже во всю начала жаловаться своей соседке:

- Ишь, какая пошла… лявра этакая…

Дети все собрались в одном из наших «купе» притихшие, и если не подавленные, то слегка пришибленные. Сажусь рядом с ними и глажу Бакса, который развалился у наших ног. Не знаю, сколько мы так сидим, но тут Вика задаёт свой вопрос:

- А кто такая лявра?

Наш хохот слышит весь вагон.

_______

Не смотря на утреннюю задержку, мы с девочками достаточно быстро добираемся до садика, успешно минуя все пробки, лишь совсем немного задержавшись на въезде в город. Я стараюсь не думать про утренний разговор, развлекаю девочек, пою им песенки, выслушиваю порцию восторженных планов на день. Как всегда близняшки с их неисчерпаемой энергией оказываются лучшим антидепрессантом на день. Я завожу их в садик, помогаю переодеться, отправляю в группу. На выходе сталкиваюсь с заведующей и обсуждаю с ней последние штрихи к подготовке выпускного, который состоится уже на следующей неделе. Даже не верится, что меньше чем через семь дней дочки покидают садик, а уже в сентябре отправятся в первый класс. Кто бы мог подумать, как быстро летит время.

Именно об этом я и размышляю, когда наконец-то попадаю в многокилометровую пробку. Должно же это было сегодня случиться?

Приходит сообщение от Дамира.

«Мы на месте»

«Всё  в порядке?»

Дамир отвечает не сразу. Должно быть подбирает слова, как правильно передать мне новости, но в итоге не выдерживает.

«Нет! Мы опоздали, но это фигня. Они всю дорогу цапались. Вообще всю. Саша злой как чёрт, с ним же невозможно разговаривать. Сань, сделай что-нибудь!»

А что я на это могу сказать? Что сама не знаю, как успокоить собственного мужа? Вместо этого перевожу тему.

«Что там Стас?»

«Бесится. Еле запихнул его на алгебру. Если никого не прибьёт, будет чудо»

«Присмотришь за ним?»

«А у меня есть выбор? И за что вы только свалились на мою бедную голову?! *смайлик ангелочек*»

Я невольно улыбаюсь последнему сообщению. И, правда, за что? Порой у меня такое чувство, что это не мы взяли Дамира к нам в семью, а он сделал всем большое одолжение, и позволил нам считать его своим.

«Спасибо. Люблю тебя»

«*сердечки*»

Сначала порываюсь позвонить Саше, но потом решаю, что с телефонного разговора ничего хорошего не выйдет. Опять решит, что я в конец Стаса распустила. Вместо этого звоню самому надёжному в Москве человеку, а по совместительству и единственной настоящей  подруге в этом городе – Ленке Кудяковой. Ленка отвечает не сразу, но зато с готовностью откликается на предложение выпить кофе.

Дорога до нашего кафе занимает почти час. За это время успеваю в конец накрутить себя и перебрать все возможные варианты происходящего в нашей семье. Выводы напрашиваются сами собой.