Глава 54.

Мы долго целуемся в коридоре, постепенно избавляясь от моей куртки, которая летит на пол, чтобы составить компанию шарфу и шапке. Я каким-то чудом скидываю сапоги. Саша запускает свои руки под свитер, бесстыже исследуя моё тело. Впрочем, мои пальцы тоже безжалостно мнут его футболку, в надежде добраться до его плеч и спины. Но и этого в какой-то момент становится мало. Наше дыхание сбивается, становясь с каждый движением и прикосновением более прерывистым и судорожным.

-Пойдём, пойдём дальше, - молит кто-то из нас. И обоим без слов ясен ответ. Саша подхватывает меня на руки и несёт вглубь квартиры. В одной из комнат на полу обнаруживается большой матрас, на котором валяются подушка и одеяло.

Даже через пелену страсти я умудряюсь вопросительно вздёрнуть брови.

-Прости, другой мебели здесь нет, - без намёка на раскаянье извиняется Чернов, буквально роняя меня на этот матрас.

-Совсем?

-Ещё есть холодильник, - Саша отрывается от меня, чтобы снять с себя футболку. Теперь я могу в полной мере прочувствовать его горячий торс.

-Нет, холодильник нам не подойдёт.

-А я о чём... – это последние слова, на которые его хватает.

А дальше… Дальше нас ждёт совсем другой язык: язык тела, прикосновений, движений, стонов и вздохов. Получается быстро, порывисто, местами грубо и нервно. И дело не в страсти как таковой. Слишком много чувств, которые бушевали в нас. И в первую очередь это было желание убедиться в том, что вот он, а вот я, и что мы есть здесь в этой комнате, в этих объятиях, в наших жизнях.

Никто не думал о том, чтобы получить удовольствие или доставить его другому. Просто нужно было чувствовать и знать, что всё осталось позади, что у нас есть наше сегодня и наше сейчас. Да, безусловно, мы были здесь как никогда. Саша наполнял меня всю, врываясь в моё тело раз за разом сильными и мощными толчками, а я болезненно хватала его, стараясь как можно сильнее прижать к себе. Мои пальцы оставляют следы на его коже, но нам всё равно мало.

Волны оргазма проходят по моему телу, сжимая и разжимая невидимую, но вполне ощутимую спираль где-то внизу живота. Сашка с жадностью ловит каждый мой вскрик, каждый мой вздох, словно срывая их с моих губ. Он ничего не делает, чтобы помочь мне преодолеть дрожь, неминуемо овладевающую мной. Лишь подталкивает нас обоих к бездне, в которую мы в какой-то момент проваливаемся оба, а потом летим, летим… и никак не можем достичь дна. Мой мужчина обессилено валится на меня, окончательно придавливая к матрасу. Дышать становиться нечем, но у меня нет ни желания, ни сил, чтобы попытаться вырваться из-под него.

Когда удается хоть как-то придти в себя, Саша отрывается от меня и падает рядом.

Мы оба лежим на матрасе голые, раскалённые и в то же время опустошённые.

Я с упоением рассматриваю потолок, боясь повернуть голову в сторону Саши. Возвращаются мысли. Возвращается реальность. На самом деле боюсь посмотреть на него и увидеть в нём радость или ликование от произошедшего сейчас. Потому что мне самой ни разу не радостно. Мне страшно. Всё моё возбуждение вдруг перерождается в липкий и неприятный страх. Если мы только что творили друг с другом ТАКОЕ, абсолютно не контролируя себя, тогда что же мы можем сотворить в принципе? Это был не тот домашний секс - милый, уютный, ласкающий, к которому мы привыкли. Это было что-то…

 -Жалеешь? – по-своему трактует наше молчание Чернов.

-Скорее боюсь,  - куда-то в потолок отвечаю я.

-Чего? – чувствую, как Саша поворачивает голову в мою сторону, но сама так и не отваживаюсь взглянуть на него.

-Того, что будет дальше. Саш, нам же крышу в конец сорвало. Какие тут нафиг сознательность и выбор, если мы даже контролировать себя не в состояние?

-Тебя напугал наш…напор? – с хрипотцой в голосе уточняет он.

-Меня пугает, что мы оба психи. Как ты думаешь, бывают истерики на почве секса?

Сашка хмыкает, а потом касается моей щеки, заставляя повернуть голову к нему. Он тоже не выглядит радостным, скорее потерянным и обескураженным.

-Считай, что воздержание и разлука в полгода возымели свой эффект.

Его слова не успокаивают меня. Но и возразить тоже нечего.

Мы с ним ещё какое-то время разглядываем наши обалдевшие лица, пока Саша не перегибается через меня, поднимая откуда-то сбоку одеяло, накрывая им наши тела. От этого становиться немного легче, теперь душа не кажется столь оголённой. Потом его руки разворачивают меня на бок и притягивают к себе. Теперь мы лежим обнявшись, я запускаю свои пальцы ему в волосы, а Саша лениво водит ладонью по моему бедру.

-Знаешь, мы просто повторяем нашу историю, - шепчут его губы.

-Не было такого, - возражаю я.

-Но ведь могло. Просто тогда была твоя мама, которая развела нас по разным углам. И у нас было время, чтобы созреть для этого всего.

 -А сейчас сознание не сработало?

-Примерно, - Саша нежно целует меня в лоб. – Извини, если поторопились. Если напугал тебя. Просто… это было важно, я бы даже сказал, что необходимо, понять, что мы всё-таки вместе, несмотря ни на что.

-Да ладно, я всем довольна, - успокаиваю я его, а потом осторожно добавляю. – Лучше так.

-И как это понимать?

На какое-то мгновение мне кажется, что возможно было бы лучше промолчать. Но потом сама же себя одёргиваю, что это путь в никуда.

-Я паниковала только от одной мысли, что нам предстоит опять начать спать вместе.

Он отстраняется от меня и с удивлением заглядывает в моё лицо.

-Это настолько ужасно?

-Да нет. Понимаешь, я так боялась, что начну сравнивать. То, какими мы были и какими стали. Вдруг я бы нашла в тебе то, чего не было раньше? Что пришло от неё… в нашу постель.   

-Сань…

-Не говори ничего. Правда. Не хочу ничего знать. Наша постель, только наша. И больше… я не хочу в неё никого пускать. Ни в разговорах, не в мыслях, никак. Это тоже мой выбор.

Он тянется к моим губам и целует их коротким быстрым поцелуем, а потом просит:

-Прости меня. Я – кретин…

  -Уж я-то знаю…

Ему остаётся только хмыкнуть.

Мы долго лежим, просто обнимая друг друга. Пока на улице в конец не темнеет, и мир вокруг нас не погружается во мрак. Сейчас наш матрас напоминает мне остров, на котором мы укрылись от окружающей нас действительности. Но так не может продолжаться вечно, поэтому я задаю ему свой вопрос:

-Саш, ты чувствуешь облегчение?

Он отвечает не сразу, и его заминка в разы красноречивей всех возможных слов.

-Нет.

-И я нет.

Что ж мы такие с ним замороченные?

Я встаю с нашей импровизированной кровати.

-Ты куда? – удивляется Сашка.

-Домой. Дети же…

-Думаю, что они тебя не потеряют, - с иронией в голосе сообщает он. – Они всё понимают.

-Вот именно, что всё. Мне же им потом с утра в глаза смотреть и пояснять, где была мама.

-У папы.

-У папы, - предразниваю я Сашу, собирая по полу разбросанную одежду. – И чем они там занимались?

-Чем надо, тем и занимались, - в этот момент у него очень самодовольный вид.

-Ты не выносим, - закатываю я глаза и кидаю футболку в Сашкину голову. Он легко от нее уворачивается. 

Прошу показать, где находится ванная комната, и иду в указанном направлении с ворохом одежды в руках. В коридоре горит тусклый свет, который не даёт мне заблудиться в незнакомой квартире. Уже сейчас понимаю, какая она большая и просторная. Должно быть, места здесь хватит всем. Но эти мысли мне не нравятся.  Будто я примериваюсь и оцениваю. Если расценивать всё буквально, то можно подумать, что я продалась… за жилплощадь.

Господи, почему мне надо обязательно о чём-то думать, в чём-то сомневаться, накручивать себя. Нет, чтобы просто идти и наслаждаться моментом, отдаваясь на откуп своим ощущениям. Чувствовать, как слегка покалывает кожу на лице, шеи и груди от мужской бороды. Думать о приятной усталости в ногах и лёгкой боли в бёдрах. О распухших губах и обнажённом мужчине, с которым мы только что творили всякие непотребства. Так нет же, иду и гружусь непонятно от чего.

Хватит, хватит уже изводить себя. Я даже ванную толком не разглядываю. Быстро ныряю в душевую кабину под горячие струи воды.

Вот почему так. Его нет – я парюсь. Он есть – я опять парюсь. Как же я хочу, чтобы всё было просто и легко. Хочу облегчения!

В ванной нет полотенец, поэтому приходится надевать одежду на влажное тело.

Саша обнаруживается в коридоре, одетый в джинсы и флисовую рубашку, с упоением жующий банан.

-Хочешь? – протягивает он мне уже надкушенный фрукт. На что отрицательно мотаю головой.

-Оголодал?

-Это от стресса, - с хитрым видом поясняет он. Смотрю на него с недоверием. Приходится дальше продолжать мысль. – Нет, ну правда. Одно только твоё присутствие рядом заставляет кровь бежать быстрее по венам. Я когда в юности приходил от тебя, жрал как не в себя. Мать всегда безошибочно понимала от куда я пришёл.

- А потом куда что делось?

-Потом ты стала моей, - довольно подводит он итог.

-И можно было не нервничать?

Неопределённо пожимает плечами, отправляя сразу половину банана в рот.

Я начинаю обуваться и только сейчас замечаю, что Саша тоже уже стоит обутым в ботинки.

-А ты куда?

-Как это куда? – дожёвывая удивляется он. – Тебя провожать. Или ты думала, что я тебя одну в ночь отправлю?

Теперь моя очередь пожимать плечами. Правда, жевать мне нечего, поэтому и спрятаться от Сашиного пристального взгляда у меня не получается.

-Да тут недалеко, вроде как…

Чернов недовольно морщится.

-Ты когда уже начнешь думать о своей безопасности? Сань, не всё в этой жизни надо на себе тащить. Учись принимать заботу о себе как должное.

-Какая безопасность, от чего? Саш, я в школе местной работаю. Вся местная гопота – мои ученики, - предпринимаю я слабую попытку сопротивления.

На это он ничего не отвечает. Видимо считает, что бессмысленно спорить с моей глупостью. Поднимает с пола мою верхнюю одежду, которая аккуратной стопкой лежала у стены рядом с его курткой. И когда только успел, я ж не так долго была в душе.

На улице уже совсем ночь. Даже гирлянды, которые освещали мне путь сюда, не спасают от темноты. А ещё дует ветер, не то чтобы сильно холодный, но точно неприятный. Саша предлагает ехать на машине, но я отказываюсь, хочется проветрить голову.

Какое-то время мы просто идём молча, пока мою любопытство не берёт вверх.        

-Ты, правда, ушёл с работы?

-Да, продал Вите свою долю, раскидал клиентов. Дела по-максимуму закрыл, осталась кое-какая текучка, но я отсюда добиваю. 

 Очень внимательно вслушиваюсь в его голос, ища в них хоть какие-то нотки грусти или сожаления. Но Сашка говорит просто, словно рассказывая мне о чём-то повседневном.

-Не жалеешь? – всё-таки уточняю я.

-Да нет, скучаю немного, но пока ничего криминального. Может ещё просто не до конца осознал. Но вы в любом случае важнее.

-Ты так легко об этом говоришь?! - возмущаюсь я. И Саша это слышит. Поэтому берёт меня за руку и останавливает, поворачивая к себе.

-Что не так?

-Всё так. Честно. Просто ты так любил свою работу, фирму эту, дела. Это же было прям твоё. И получается, что я тебя лишаю всего этого.

Сашка весело ухмыляется.

-У тебя интересная позиция на всё. Когда ты детей от меня увозила, ты меня их не лишала. Зато когда я сам принимаю решение насчёт работы, тут-то и открываются все твои злодеяния. Работаю много - плохо, не работаю - ещё хуже.

-Не издевайся, - морщусь я. - Но ведь всё равно получается так, что ты ставишь крест на своей карьере из-за… моих решений?

Он устало вздыхает.

-Во-первых, никто не ставит крест. Всегда можно здесь что-то придумать. Во-вторых, не переживай, я найду способ заработать деньги для вас.

- Да, я не из-за денег переживаю! – обижаюсь я.

-А должна! – уже возмущается Саша. – Да, должна. И не смотри так на меня. У тебя дети, шесть штук человек, и должна ты думать о них в первую очередь, а не о гордости своей.

Вот, вот оно. Наконец-то, мои тревоги последних часов обретают форму.

-Саша! Ты меня покупаешь!

Чернов явно ждал всего чего угодно от меня, но видимо только не этого.

-Ты просто не знаешь к чему ещё привязаться? – медленно приходя в себя от удивления, уточняет он.

  -Сам посмотри. Машину мне пригнал. Квартиру купил. Опять содержать собираешься! – внутри меня всё клокочет. Правда, последнюю фразу я уже добавляю шёпотом себе под нос. - И судя по сегодняшнему дню, я активно продаюсь…

Хорошо, что на улице темно, хоть не видно, как я краской заливаюсь.

Он хватается за голову.

-Боже мой, женщина! Как ты всё изворачиваешь! Вот поэтому я тебе ничего и не говорил про квартиру. Опять ты всё не так поняла. Я купил дом для семьи. Нравится тебе, это или нет. Для семьи. И ремонт сам с пацанами начал делать, потому что мне хотелось, чтобы это нас всех как-то сплотило. Правда, там можно всё перекрашивать, но главное, что мы все в это вложились.

 После своей пламенной речи дыхание его становится тяжёлым, но он всё равно продолжает, правда, уже с большим сарказмом в голосе.

-Хорошо, хорошо, если ты так хочешь, давай я буду сидеть дома и мы будем жить на твою учительскую зарплату. И жить в бабулиной квартире, посмотрим насколько нас всех хватит. Это ты у меня блаженная готова жить на кухне.

Теперь уже рычу я.

-И я после этого всё выворачиваю? Как ты сам уже не поймёшь? Ты мне рядом нужен, ты. А не всё это. Я хочу чтобы ты счастлив был, занимался любимым делом… Иначе, если ты от этого всего отказываешься, то рано или поздно ты меня возненавидишь, за то что лишила тебя карьеры. Саша, я знаю, что такое чувствовать себя бесполезной!   

Чернов нервно смеётся, периодически хватаясь за голову. А потом успокаивается.

-Саня, о чём мы сейчас спорим?

 Я совсем по-детски выпячиваю губы и под самый себе нос бурчу, что не знаю.

Дальше он подхватывает меня под руки и закидывает себе на плечо и весело крутиться вокруг своей оси. Мне остаётся только хвататься за его плечи.

-Чернов, ты с ума сошёл?!

-Да, сошёл, - легко соглашается он со мной. Потом, правда, всё-таки ставит на землю.

-Скажи, это всё что беспокоило тебя сейчас? Вопрос денег и личной занятости?

-Это всё очень серьёзно! Потому что я больше не хочу сидеть на твоей шее! И ждать тебя не хочу! И чтобы ты меня ждал. Тоже не хочу. И жертвы все эти мне не нужны. Сашка, я хочу, чтобы мы оба жили полной жизнью.

Тот очень заливисто смеётся. Приходится его стукнуть..

-Вот что ты ржёшь?

-Прости, прости. Я гадал, что ты себе опять выдумала. Ты просто в такое оцепенение после секса впала, что я испугался, что сейчас на попятную пойдёшь. Санечка, если ещё раз повторишь, что я тебе рядом нужен, то поверь, все наши проблемы решены!

Но меня это не успокаивает. Поэтому Саше приходиться пояснять.

-Обещаю, никаких жертв. Не с твоей, не с моей стороны. Хочешь работать? Работай. Я для себя тоже что-нибудь придумаю. В конце концов мир на Москве не сошёлся. А может вообще бизнес с тобой совместный замутим. А что? Языковую школу для тебя откроем. Это же тоже интересно. Только я тебя прошу, давай, всё же переедем, а? Спать на кухне я отказываюсь, как-никак у меня жена, молодая и красивая!

Я миролюбиво пинаю его в ногу.

-У тебя все мысли только об одном.

-Ничего не могу поделать с собой. Кто виноват, что я рядом с тобой теряю трезвость мышления?!  

Я сама прижимаюсь к Сашке, на душе вдруг становиться так легко и спокойно.

-Пойдём домой уже. Нас дети ждут.

Остаток пути пролетает для нас как-то незаметно. Мы идём держась за руки и улыбаемся, как два дурака… как два влюблённых дурака.

В окнах квартиры говорит свет, значит, дети ещё не спят. Уже у самой двери квартиры Саша разворачивает меня спиной к стене и целует. Я с желанием отвечаю ему. Мы стоим долго, практически растворяясь друг в друге. Моё сердце только и успевает делать нереальные скачки.

Это какая-то патологическая болезнь - выяснять отношения в подъезде.

Мы насколько охвачены друг другом, что даже не сразу понимаем, что дверь рядом с нами открывается. На пороге появляется Стас.

-Родители, ну хватит уже, тут же люди! Устроили не весь что в публичном месте.

Саша с явным нежеланием открывается от моих губ и суёт свой кулак под самый Стасов нос. Правда, тут же из-за плеча сына появляется Дамир.

-Да? – спрашивает он у нас.

Саша переводит взгляд с пацанов на меня и переадресует вопрос мне.

-Да?

-Да! – с блаженной улыбкой на опухших губах соглашаюсь я.

-Даааааааа!!! - кричат уже все, выбегая из квартиры.

Дети всей толпой вываливаются в подъезд, повисая на нас. Где-то рядом прыгает перебудораженный Бакс. Хорошо, что я стою у стены, иначе бы точно свалилась с лестницы.

Мы успокаиваемся уже под утро. Долго все сидели на кухне, просто гоняли чаи, о чём-то лениво переговаривались. Я сидела, привалившись к Сашиному плечу, а он обнимал близняшек, которые до последнего отказывались отпускать его. А пацаны с видом знатоков поглядывали на нас. Всё-таки они всё прекрасно понимают. А порой, даже лучше, чем мы сами.

Спать легли, когда уже начинало светать. Мы лежали с Сашей на узком кухонном диване, пытаясь до конца осознать все события сегодняшнего дня.

-Люблю, - шептала я ему на ухо.

-Люблю, - вторил он мне.

На завтра мы все бессовестно прогуляли школу.