Глава 48. В погоне за счастьем

Дэн

— Давай выкладывай, что нарыл!

Райан усаживается на диван и смотрит на меня с ехидным прищуром:

— А с чего ты взял, что я что-то накопал?

— Дружище, не беси, — протягиваю ему бокал с виски, а второй беру себе. — Я и так на пределе. Да и знаю тебя как облупленного. Если бы ничего не нашел, то сказал бы по телефону.

Я и правда весь на нервах. Еще одна неделя утекла сквозь пальцы, а с Элейн я так и не связался. В итоге плюнул и позвонил другу, попросил помочь найти мою потеряшку. Начать с отслеживания номера ее мобильного и попутно накопать сведения об этой ее новоиспеченной бабушке. Пусть оттачивает свои журналистские навыки.

Сам я тоже не бездействовал, а между встречами и слушаниями искал ее аккаунты в соцсетях. И даже нашел, оставив несколько сообщений. Которые так и остались непрочитанными.

— Сильно тебя накрыло, как я посмотрю? — друг усмехается, а я начинаю звереть на глазах. — И не смотри на меня так свирепо, не я виноват, что твоя ненаглядная от тебя прячется.

— Да, я — идиот. Ты это хотел от меня услышать? — сажусь в кресло и прикрываю глаза, массируя переносицу.

— Именно. — довольно улыбается. — Я надеюсь, что эти поиски не просто от скуки, а девушка для тебя что-то значит.

— Она важна для меня. Очень. Да и когда я за девицами бегал, скажи? Сами ко мне неслись на всех парах.

— Да, с этим не поспоришь. Ну ладно, хватит с тебя, пожалуй. Вот, смотри, это недавняя статья в университетской газете. А это вырезки из газет двадцатилетней давности.

Немного подумав, решаю начать с более старых материалов. Внимательно читаю статьи, рассматривая фотографии. На первой вырезке были напечатаны довольно интимные снимки, запечатлевшие мужчину и совсем молодую девушку. В первый момент я даже вздрогнул, потому что принял ее за Элейн. Пробежал глазами по тексту. Связь преподавателя со студенткой, скандал, шумиха. В голове родилась догадка. Видимо, это родители Элейн. Мда, неприятная история, хоть и предсказуемая.

Вторая статья приводила жуткие кадры с места аварии, в которой погиб оскандалившийся профессор. Обледенелая дорога, груда искореженного металла, в которую превратилась дорогая машина, пятна крови на снегу, разбитых стеклах, смятом металле. Накрытое простыней тело на каталке, из-под белоснежной ткани которой бессильно свешивается вниз рука.

Разница по времени между двумя статьями составила не более месяца. Жесть какая-то. Отложил бумаги в сторону и залпом допил виски. Ну и чертовщина. Как сказала эта миссис Питерс? Семейные обстоятельства? Да от таких обстоятельств только вздернуться захочется.

Меня пронзает острое чувство вины. Как же моей малышке сейчас тяжело. Я должен был ее поддерживать в такой момент. А вместо этого торчу в черном списке. Мелькнула мысль, конечно, позвонить с другого номера, но решил этого не делать. А то точно номер сменит.

Так, что там еще было? В свежей статье натыкаюсь на фото Элли и жадно пожираю взглядом знакомые черты. Такая серьезная, сосредоточенная. Я бы даже сказал напряженная. Как бы хотел оказаться сейчас рядом, стереть эти хмурые складочки со лба. Помотав головой, пробегаю глазами по тексту.

— Что делать планируешь? — Райан вырывает меня из долгих раздумий.

— Даже не знаю. — пару минут размышляю, отбивая ногой дробь. — Когда там это памятное мероприятие? Второго?

— Да. Кстати, если что, адрес Марты Леклерк у меня есть. Если вдруг захочешь…

— Давай сюда, — не даю другу договорить и забираю бумажку с адресом. Сразу же захожу на сайт авиакомпании и покупаю билет на второе число. С супер-джетом компании решаю не заморачиваться. Проще обычным бизнесс-классом полететь.

Прилечу я только вечером, но так будет даже лучше. Не выяснять же отношения прилюдно. Но то что ехать в столицу надо, это однозначно. В груди поселилось нехорошее предчувствие, которое волком начало грызть душу. Буквально ощущаю, как время утекает по капле. Что неотвратимо и безнадежно опаздываю. А завтра вылететь не могу, надо в компании еще дела утрясти. Сейчас не те обстоятельства, когда можно все бросить.

Не знаю уж с чем эти предчувствия связаны. Никогда такого за собой не замечал ранее. Но они слишком сильны и я не успокоюсь, пока не поговорю с моей девочкой. Лишь бы успеть, лишь бы не опоздать.

— Удачи, Дэн. И смотри — не просри третий шанс. Судьба и второй редко кому дает, а тебе прям джекпот выпал.

— Да уж постараюсь как-нибудь, — ухмыляюсь и жму другу руку на прощание.

* * *

Самолет наконец взлетел и я, отстегнув ремни, откинул спинку кресла. Надо бы подремать, но не получается, мозги все перемалывают последние события. Скорее бы уже прилететь, пока не сварился в собственном соку.

У отца командировку в столицу выбил без особых проблем, все равно надо там проверить всю документацию в местном филиале компании. Вот и займусь заодно. Правда, пришлось рассказать истинную причину моего желания срочно рвануть в столицу.

Думал, не поймет, но отец лишь фыркнул и посоветовал вести себя по-человечески, чтобы в следующий раз мне не пришлось лететь куда-нибудь в Исландию. Или в Австралию. Ну и заявил, что раз уж пошла такая пьянка, чтоб по возвращении познакомил его со своей беглянкой. И толковых помощников в придачу выделил. Они, к слову, вылетели в Аррас еще вчера днем и к моему визиту в офисе меня уже будут ждать документы и предварительные отчеты.

А еще я мучился очередным приступом ревности. Жутко. Вчера вечером вышел в сеть, изучал аккаунт Элейн, наткнувшись в итоге в списках друзей на этого Артура Уайта. И обнаружил в его профиле свежие фото. Сделанные в Аррасе.

На одних они вдвоем на набережной, веселые, раскрасневшиеся, счастливые. И еще есть несколько фото с концерта, где он, видимо, выступал. У меня при виде этих снимков внутри все переворачивалось. Нет, я ни в коем случае не хотел видеть мою малышку в слезах, но и видеть ее счастливой с другим было невыносимо больно. Что за херня? Не могла же она взять и влюбиться в него? Не могла же?

Ну, не так быстро. Да и я тоже хорош. Сам отправил ее в чужие загребущие руки. Да если он только посмел ее трогать, я их ему вырву. Да и смазливое личико подправлю. А как он на нее смотрит, а? Увижу — точно убью. Гаденыш.

Вспышки гнева удается подавлять с трудом. Вот и сейчас достаю смартфон и смотрю уже на наши фото, вызывая в памяти недавние воспоминания. Вспоминаю теплую улыбку, восторженное выражение глаз, с которым она смотрела на меня, горячий отклик ее тела на мои прикосноваения. Нет, не верю, что между ними что-то было.

Между нами образовалась слишком прочная связь, ее так легко не оборвать. Возможно, они и начали пытаться строить отношения, но я оборву их на корню. Элейн моя, и только моя. И останется таковой навсегда. Уж я об этом позабочусь.

В аэропорту меня уже ждет машина компании с водителем и я, не теряя времени даром, еду по добытому Райаном адресу. Красивые пейзажи зимней столицы проносятся мимо один за другим, но их прелесть касается моего сознания лишь вскользь.

Делаю лишь одну остановку возле цветочного магазина, где покупаю два красивых букета. Не заявляться же с пустыми руками. Думаю о том, как прошла памятная церемония. Как себе чувствует сейчас Элейн? В каком сейчас настроении? Надеюсь, хотя бы сразу дверь перед моим носом не захлопнет.

Окинув быстрым взглядом симпатичный домик, перед которым остановился мой БМВ, спешу к крыльцу и стучу в дверь. Сердце набатом колотится в груди, а вместо крови бурлит кипяток. Почему-то думал, что Элейн сама откроет дверь, но вместо нее на пороге показывется седоватая женщина в возрасте, с покрасневшими от слез глазами и каким-то отрешенным взглядом.

Пытаюсь объяснить кто я и зачем приехал, но моя тирада падает в пустоту. А тело прошибает холодным потом. Творится здесь что-то неладное. Кое-как добившись от расстроенной женщины ответа на вопрос «что произошло», делаю пару шагов назад и кидаюсь к машине, приказав гнать в больницу святой Анны.

Букеты, выпавшие из разжавшихся пальцев, так и остаются лежать на снегу…

А у меня внутренности так и свело страхом. Таким, какого не чувствовал уже много лет. Вот тебе и дурное предчувствие. И не доверяй после этого своим ощущениям.

Без конца подгоняю водителя, чтобы ехал быстрее, дорога кажется просто бесконечной. Скользко, машину периодически заносит на поворотах, но мне все равно. А еще эти чертовы пробки, будь они неладны. Чтобы не застрять, приходиться нарушать правила, идти на рискованные обгоны и игнорить мигающие красным светофоры.

Мне просто нужно туда, к ней, убедиться, что жива, что не пострадала. Обнять, успокоить, сказать, что люблю. Люблю до безумия сильно.

Да, похоже, это и вправду так. Даже такой закоренелый циник, как я, все же умеет любить… Мда. Еще совсем недавно упрекал друга в том, что тот совсем погряз в море розового сиропа, а сейчас и сам готов туда кинуться сломя голову. Лишь бы не было слишком поздно…

* * *

Элейн

— Как себя чувствуешь? — в палату к Артуру захожу с гудящей головой. Вымоталась донельзя, да и перенервничала сильно. Держалась на одном лишь кофе и последних выживших нервных клетках. На вкус он был примерно как деготь, зато хорошо прочищал мозги.

Пока ожидала известий от врачей, успела дать показания полицейским. Мурыжили они меня долго, хотя и весьма деликатно. Но чего уж там жаловаться, это их работа. Ко мне пытались прорваться журналисты, но их быстро спровадили. На всякий случай, если возникнут проблемы с этими ушлыми типами, в вестибюле первого этажа остались дежурить двое сержантов.

Первое время вокруг толпились люди, выражали сочувствие, поддержку, сожаление по поводу того, что произошло. Профессор Клафлин был особенно удручен. По его словам, Элеанор всегда казалась адекватной личностью, никаких поводов подозревать ее не было. Произошедшее стало для него настоящим шоком. Мне даже показалось, что уходил из больницы он порядком постаревшим.

Постепенно народа становилось меньше, и я испытала нечто вроде облегчения. Хотелось остаться одной и спокойно подумать. Последней ушла Роза, старинная подруга Марты, но обещала вернуться завтра.

— Вполне сносно, — парень морщится, пытаясь устроиться поудобнее. — Грудина болит, но могло быть и хуже.

Артур и правда везунчик. Пули оказались резиновыми, ранения непроникающими. Ребра тоже остались целыми, диагностирован лишь ушиб мягких тканей первой степени. Раны дренировали, обработали и наложили повязку.

— Вот и здорово. Врач обещал, что через пару дней тебя могут выписать.

— Поскорее бы. Ненавижу больницы.

— А уж как я их терпеть не могу, — нервно ежусь. Да, оказаться в больнице и переживать за здоровье близких людей отнюдь не предел мечтаний. Само пребывание в этих стенах давит на тело, высасывая и физические силы, и моральные. Ощутив внезапный приступ головокружения, сажусь в кресло и прикрываю глаза.

— Эль, ты в порядке? — в голосе парня слышится тревога и я спешно открываю глаза.

— Нормально, просто устала очень. Да и стресс, сам понимаешь. Не каждый день в меня стреляет поехавшая психопатка.

— И слава Богу, — хмыкает. — А тебе бы сейчас домой поехать. Не мучай себя зря.

— Не могу. Хочу еще подождать, может, бабушка очнется.

— А что врачи говорят?

— Сказали, что это не инфаркт. Но все равно состояние требует тщательного медицинского присмотра. Поэтому пока поддерживают глубокую седацию. Обещают выводить из сна постепенно, а пока ждут когда общее состояние стабилизируется. Я еще раз хочу поговорить с врачом, а потом уеду.

— Вот и дуй давай. Со мной нянчиться не надо. Марте ты тоже ничем не поможешь. Или ты хочешь попасть сюда к нам за компанию?

Артур подкалывает, а меня аж передергивает. Нет уж, на фиг такое счастье.

— Анна передала твои вещи, держи, — подвигаю сумку поближе к кровати — там еще пара книг, чтоб не скучал, и что-то из выпечки.

— О, круто, а то тут кормят только постной баландой, — Артур дергается и тут же хватается за грудь. — Черт, уже и шевельнуться нельзя. — Откидывается на подушку и тяжело вздыхает. — Завтра утром прилетают родители. Никак не смог отговорить.

— Боже. И как мне им в глаза смотреть? Ты же пострадал из-за меня.

— Эль, даже не думай загоняться по этому поводу, — лицо Арта становится мрачным, кадык резко дергается. — Не ты в меня стреляла, и не ты толкала меня под пули. Мои предки достаточно адекватны, чтобы это понять. К тебе они точно претензий иметь не будут, гарантирую. — к последнему предложению его тон смягчается и я улыбаюсь. Хотя и не особо успокаиваюсь. Все равно часть вины в произошедшем лежит на мне.

Подхожу к кровати, беру его руку и крепко сжимаю:

— Спасибо…

— Да о чем речь? Разве друг мог поступить иначе? Все, давай, езжай домой, поешь и спать. А то уже цветом кожи смахиваешь на стену.

— Ну спасибо, — фыркаю, целую в лоб и выхожу из комнаты. Приступ головокружения усиливается и я ненадолго останавливаюсь у стены, чтобы передохнуть. Как только становится легче, иду дальше, лавируя между персоналом и другими посетителями. Поскольку врач сейчас на обходе, решаю подождать в зале ожидания.

Едва успеваю зайти в довольно просторное помещение, как ко мне кидается мужская фигура. Оторопело моргаю, пытаясь отогнать цветных мушек, что хороводом пляшут перед глазами.

Черт, походу от стресса у меня начались галлюцинации, потому что мне кажется, что я вижу Дэна. Но этого же просто не может быть. Откуда он тут может взяться?

— Малышка, ты цела? — надо же, какой объемный глюк пошел. Я даже голос слышу, чувствую как сильные руки исследуют мое тело.

Подаюсь вперед, касаюсь рукой родного лица, ласкаю его пальцами. Но оно вдруг начинает таять, исчезать в наплывающей темноте. Мои глаза почему-то начинают закрываться, но я успеваю выдать напоследок такую важную для меня фразу:

— Как же я тебя люблю…