Глава 62

Меня резко бросает в жар, и я мечтаю провалиться сквозь землю. Исчезнуть навсегда с лица земли и не сидеть под обстрелом этих ненавидящих глаз.

– Моя невеста сейчас сидит рядом со мной, – отвечает ему Алекс совершенно спокойно, – а та девушка, которую ты привел никогда моей невестой не была. Не надо вводить всех нас в заблуждение.

– Алекс, – рявкает мужчина.

– Пап, – Алекс некрасиво перебивает его и с нежной улыбкой подходит ко мне, – хотел представить тебе свою любимую женщину, Настю. Она заставила мое сердце биться сильнее и показала, насколько сильными могут быть чувства. Более того, она сделала для меня бесценный подарок, она подарила мне сына, наследника. И сейчас мы готовимся к рождению второго ребенка.

– Что-то ты не торопишься делать ей предложение. Она ждет второго ребенка, но все еще не жена тебе…

– Сначала мне нужно вернуть ее доверие и доказать, что со мной она и наши дети всегда будут в безопасности. Пока я вижу, что Настя сомневается, просыпается по ночам от кошмаров и слез, я не буду на нее давить. Я подожду… и когда она будет полностью уверена во мне, мы закатим самую шикарную свадьбу в этой стране.

Я успеваю только взгляд переводить с одного на другого и глазами хлопать.

– Я никогда не приму такую невестку. И тебя не приму, если ты женишься на ней. Подумай хорошенько, у тебя сейчас ничего нет, ты уже из-за этой безродной девки лишился своего бизнеса. Женишься на ней, лишишься и наследства тоже.

Меня передергивает от этой информации и становится не по себе. У Алекса есть отличный вариант на роль невесты и жены, а он сидит со мной и маленьким ребенком круглыми сутками. Между нами даже секса не было ни разу с тех пор, как выяснилось, что я беременна, а я помню его непомерные аппетиты. Боже. Зачем я ему такая проблемная без гроша в кармане.

– Я женюсь только на Насте. Другой жены у меня никогда не будет. И дети у меня будут только от этой женщины. Любимой женщины, если ты знаешь, что это такое. И не смей оскорблять ее. Ты находишься в моем доме, не забывай об этом. Я не желаю тебя здесь видеть, если ты не принимаешь нас, как семью.

Лицо мужчины покрывается багровыми пятнами, он переводит на меня взгляд полный ненависти, громко фыркает и уходит. За ним неотступно следуют его гости.

– Прости за эту некрасивую сцену, – Алекс подходит ко мне и нежно обнимает, – как ты? Нервничала?

– Уже все в порядке, – выдыхаю с облегчением и обнимаю его в ответ.

К вечеру, даже когда я окончательно успокаиваюсь Алекс словно коршун кружит надо мной и постоянно спрашивает о самочувствии, а потом и вовсе настаивает на поездке к врачу.

– Давай завтра, зачем ехать на ночь глядя. Я хорошо себя чувствую.

– Мне не спокойно, Настя. День был очень тяжелый для тебя, уверен, Татьяна Степановна примет нас даже в такой час.

– Ну, если ты так хочешь, давай съездим.

Алекс договаривается с врачом, озвучивает все свои опасения и везет меня к ней на прием. Татьяна Степановна осматривает меня, проверяет сердцебиение ребенка и хмурится. Затем делает УЗИ и подключает аппарат КТГ. Внезапно ее лицо резко темнеет, она соскакивает с места и убегает. Я успеваю только расслышать ее фразу «готовимся к экстренному кесареву».

Дальше все проходит, как в кошмарном сне. Все кругом бегают в панике, бледный Алекс держит меня за руку и уговаривает не волноваться. Меня увозят в операционную так быстро, что я даже испугаться толком не успеваю.

Прихожу в себя после операции и первым делом вижу перед собой лицо Алекса. Он выглядит очень усталым, но счастливым. Опускаю взгляд ниже и замечаю в его руках маленький сверток. Из глаз сразу брызгают слезы, потому что я понимаю, что он держит нашу дочку.

– Все в порядке, – шепчет мне с улыбкой, – мы успели вовремя. Эта проказница запуталась в пуповине. Двойное тугое обвитие.

– Ты спас ее, Алекс, – продолжаю плакать, – ты спас нашу дочь.

Он наклоняется ко мне и показывает малышку, несмотря на то что она родилась в тридцать шесть недель, недоношенной она не выглядит. Весом три килограмма, ростом сорок восемь сантиметров. Если бы я доходила беременность, не исключено, что это был бы настоящий слоник.

– Как мы назовем ее? – спрашиваю у него.

– Мне можно самому придумать имя?

– Ну, конечно, – улыбаюсь сквозь слезы.

– Алтея, если ты не против. Это имя означает чудо. Она стала для меня настоящим чудом.

– Мне очень нравится.

Алекс снова склоняется ко мне и целует в губы. А потом остается в палате и смотрит, как я кормлю малышку. Сына у меня не получилось кормить долго, потому что я забеременела, надеюсь с дочкой все получится.

Нас с Алтеей выписали через неделю, но перед этим Татьяна Степановна пригласила нас к себе в кабинет и, как школьникам, прочитала длинную лекцию о методах контрацепции.

– Чтобы я вас больше здесь не видела минимум три года, понятно? Насте нужно, как следует восстановиться, поэтому, пожалуйста, отнеситесь ответственно.

– Не волнуйтесь, я прослежу, – заверяет ее Алекс.

– Вот это меня как раз и пугает, – хмурится наш врач, а мы в ответ начинаем хихикать как подростки.

Доктор закатывает глаза и обреченно машет рукой.

– Ладно, идите собирайтесь, голубки. Ваших вещей в роддоме уже больше, чем дома. Выписку принесу через час. На крестины хоть не забудьте пригласить.

– Вы еще и на нашей свадьбе обязательно погуляете, – подмигивает ей Алекс, подхватывает меня на руки и под мой счастливый смех несет обратно в палату.