Глава 8

Полтора года назад

Даша

Мы все знали, что рецидив может случиться в любой день независимо от погоды, настроения и обстоятельств. Знали, но никто из нас не был готов к этому. Да и разве можно быть готовым к такому?

В тот день на кухне нашей квартиры наша семья вновь подверглась испытаниям судьбы. И только благодаря нашему папе ни мама, ни я не сломались. Мама обошлась небольшой истерикой, а я недолгими рыданиями.

Папа запретил быть нам слабыми. Ради Вики.

Папа давно было моим героем, но в тот день я готова была его боготворить.

Именно он поддерживал маму и заряжал ее своей энергией, именно он не давал нам расклеиться, именно он вселил в нас уверенность, что мы должны и сможем бороться за каждую минуту жизни нашего ангела. Кроме нас у нее никого не было.

Снова начались скитания по поликлиникам и больницам. Снова ряд анализов, которые напомнили Вике о предыдущей болезни. В этот раз младшая сестра не была такой послушной. Слезы, крики, истерики стали ежедневными и вошли в норму.

После сдачи анализов прогнозы врачей были не утешительными. Ранний рецидив, выживаемость после которого составляла всего около десяти процентов. Требовалась немедленная дорогостоящая трансплантация костного мозга.

В нашей стране такую операцию Вике сделать не могли. Вернее могли, но сроки, которые нам предложили нас не устраивали. У нас просто не было столько времени.

Главный врач нашего онкологического центра, Удалова Нина Владимировна, в котором сестра состояла на учете, не оставила нас в беде и помогла с выбором клиники для проведения операции.

Запросы на проведение трансплантации были сделаны сразу в несколько стран: Германия, Корея, Чехия и Израиль. Германия и Израиль готовы были принять нас в ближайшее время. Проблема заключалась в оплате и подборе донора.

К сожалению, никто из нашей семьи не подошел Вике как донор. Оставалась надежда, что пока готовятся документы и идет поиск денежных средств, донор найдется.

Стоимость операции в обеих клиниках стоила приблизительно одинаково. Около двенадцати миллионов рублей. Поэтому выбирать, где дешевле, не было смысла.

Сумма для нашей семьи была огромной, и найти такие деньги было из области фантастики. Вся надежда была на благотворительные фонды, которые сразу же себя оправдали. Сбор денежных средств был открыт в день обращения.

В ожидании время тянулось очень медленно. Мы все были на взводе. Каждый из нас понимал, что если мы не соберем денег или не найдется донор, Вика умрет. Каждый это понимал, но вслух никто об этом не говорил.

Вика чувствовала напряжение, сковавшее нашу семью, и с каждым днем становилась капризнее.

На ее настроение также влияли все поддерживающие процедуры, проводимые в онкоцентре, заключающиеся в переливании крови и накачивании ее худенького тела различными лекарствами. Именно они поддерживали ее в удовлетворительном состоянии, позволявшем растянуть время в ожидании операции.

Мама с папой все свое свободное время тратили на поиск денег. Ведь чем быстрее будет собрана нужная сумма, тем больше шансов сделать операцию вовремя. Мне тоже очень хотелось помочь родителям, но я была бессильна. Что можно было взять со студентки, которая в принципе сама сидела на шее родителей. Мне было очень стыдно, и я несколько раз порывалась пойти в деканат и забрать документы, чтобы устроиться на какую-нибудь работу. Но каждый раз что-то меня останавливало.

Узнав о моих метаниях, мама запретила даже думать о том, что я могу бросить универ.

- Даша! Даже не думай! Не нужно сейчас создавать лишних проблем! Если будет нужна твоя помощь, мы обязательно тебе сообщим. А сейчас, пожалуйста, продолжай обучение и не думай об этом, - строго отчитала меня мама.

Мне бы на нее обидеться, но я все понимала. Мы все были на пределе, в том числе и она. Она похудела, под глазами пролегли темные круги. Я уверена, что по ночам она даже плакала. Но держалась. Ради своих дочерей.

Не думать о деньгах и предстоящей операции я не могла. Я безумно боялась услышать, что денег или донора не нашли. Каждую ночь, когда я засыпала, просила Бога о помощи. Молиться правильно я не умела, но перед сном обязательно просила спасти мою Вику.

Звонок из Германии поступил в конце апреля. Немецкий центр нашел нам донора, с высокой генетической совместимостью. Это была хорошая новость, и мы снова всей семьей плакали. На этот раз от счастья.

Но были и плохие новости.

Операцию назначили на третье мая, то есть в запасе у нас было всего лишь десять дней. Если мы отказываемся, то следующая свободная дата выпадала лишь на август месяц. Для нас это было неприемлемо. По прогнозам врачей столько времени у моей сестры не было. Так же если мы приезжаем в мае, то по законодательству Германии мы получаем квоту на операцию и трансплантация костного мозга обойдется нам всего лишь в девять миллионов рублей! Всего лишь девять миллионов рублей!

На тот момент, когда нам позвонили, благотворительный фонд предложил нам сумму в семь миллионов. Сумма была фантастической, но нам не хватало двух миллионов.

Мама с папой совместными усилиями за это время собрали миллион сто тысяч, обивая пороги друзей, знакомых, родственников и коллег. Оставшиеся девятьсот тысяч фонд обещал собрать до конца мая. У нас не было столько времени. Это был тупик.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ За три дня до звонка, в котором мы должны были дать согласие, папа не ночевал дома, и вернулся рано утром, положив на стол еще двести тысяч.

Я даже думать не хотела, где он их взял. Я так боялась, что он от отчаяния мог совершить ошибку, за которую расплачивался бы всю жизнь. Потом выяснилось, что он продал свою любимую Хонду практически за бесценок.

Семьсот тысяч.

Гребаные семьсот тысяч.

И вся наша семья находилась на грани. Каждый из нас знал, что либо сейчас, либо никогда.

Вечером позвонили из фонда и сказали, что могут перечислить нам еще двести тысяч. На этом их лимит на ближайшее время исчерпан.

По глазам родителей я видела, что их лимиты тоже все исчерпаны. Даже папа сдался. В его глазах плескалось отчаяние.

Я просидела весь вечер в своей комнате, искусав губы в кровь и сгрызя все ногти под корень. А потом просто сдали нервы. Я оделась и, не сказав никому ни слова сбежала, к Крис.

Я понимала, что Крис сейчас не до меня. Она совсем недавно пережила скандал с родителями, которые с трудом, но все же приняли беременность дочери. И сейчас ее мучил страшнейший токсикоз. Но мне некуда было больше пойти.

Как только мы оказались с Крис одни в комнате я, наконец, дала волю слезам. Крис обнимала и что-то шептала мне успокоительное, но я понимала, что это конец.

Когда мои рыдания стихли, я услышала голос подруги:

- Попроси денег у Игнатова!

- Попросить? У Игнатова? – я подняла заплаканное лицо и посмотрела на Крис.

- Да, у Игнатова! У него денег куры не клюют. И тебе он точно не откажет!

- Но я не могу!

- Почему не можешь? В лоб же он тебя не ударит! Объясни ему ситуацию, он вроде неплохой парень и думаю, согласится помочь!

Кристина была права.

Но я все равно не могла себе позволить обратиться к нему за помощью. И дело было не в страхе.

Мы с ним не общались почти три месяца. Игнатов сдержал свое слово и вычеркнул меня из своей жизни, хотя и не собирался отступать. Ну, может он и строил какие-то планы в своей голове, но меня он не доставал своим вниманием.

Если честно, когда мои чувство страха и обида немного притупились, мне первое время даже не хватало общения с Олегом. Я проводила с ним достаточно много времени и привыкла к нашим разговорам обо всем на свете. Правда, это длилось недолго. После известия о возобновлении болезни Вики, я совсем забыла о нем. И, если раньше, я видела, что он периодически смотрит на меня, то в последнее время я его потеряла даже из поля зрения. Ничего удивительного, в этот период я очень изменилась и можно сказать, выпала из реальности.

Я отшила его. Дала понять, что он для меня никто. Хотя он сам был во всем виноват.

А теперь Крис предлагала обратиться к нему за помощью.

Нет, я не боялась унизиться, попросив денег. Ради своей сестры я была готова на многое. Но в этом случае я была уверена, что Игнатов мне откажет.

- Господи! Да ты просто попробуй. Он твой реальный шанс - помочь сестре, - продолжала настаивать Крис. – У тебя всего два дня, что бы воспользоваться им. Если ты этого не сделаешь, всю жизнь будешь потом жалеть. Возьми телефон, позвони ему и назначь встречу.

Она снова была права.

Растерев слезы по лицу, я взяла телефон и нашла его имя в списке контактов. Посмотрела на Крис. Она сжала кулаки и прошептала:

- Я с тобой!

Несколько глубоких вдохов и я нажала на кнопку вызова.

Сердце колотилось, как бешеное.

Каждый гудок вселял в меня надежду, что он не возьмет трубку и мне не придется делать, то, что отвергало мое сердце, разум.

Если бы мне нужно было попросить у него денег до Нового года, я бы сделала это, не задумываясь, а сейчас у меня коленки тряслись. Не от страха. Я не знаю, почему меня трясло, но трясло так, что, кажется, даже зубы стучали.

Семь. Восемь. Девять.

Выдох.

- Алло.

Это было так неожиданно, что я потеряла дар речи.

- Алло, - повторил Игнатов.

Голос был холодным и далеким. Он знал, что это я. Уверена, что мой номер до сих пор находился в его телефонной книжке.

Но я впала в ступор и просто смотрела на Крис. Она жестами показывала мне, что я должна продолжить разговор, но мой язык прилип к небу.

- Алло! Даша?

Я очнулась, услышав свое имя:

- Олег? Привет!

Каждое слово давалось мне с таким трудом, как будто мою челюсть обкололи анестезией, и я не могла управлять своей речью.

- Привет.

- Мне нужна твоя помощь!

Я закрыла глаза в ожидании.

- Даже так? – никакого удивления в его голосе. Полное безразличие.

- Мы можем встретиться?

Пауза. Вот сейчас он откажется и все закончится.

- Да. Давай завтра.

Боюсь, да завтра весь мой запал пройдет, и я трусливо перекроюсь от него.

- Нет. Сегодня.

Снова пауза. Мне хотелось видеть его лицо. Так я хотя бы могла прочитать его эмоции.

- Ну, вообще-то, я занят.

На заднем фоне играла музыка, сквозь которую пробивался женский смех. Чем? Чем он был занят? Развлекался в клубе с очередной куклой?

- Пожалуйста, - голос пропал и опустился до шепота.

Я думала, Олег меня не услышал.

- Я в «Импульсе». Жду тебя.

- Нет. Давай где-нибудь в тихом месте.

- Здесь тоже можно найти тихое место.

- Но…

- Думай сама, - перебил меня Олег и бросил трубку.

Я выдохнула. То, что Игнатов меня не послал, было уже хорошим знаком.

- Надо ехать, - сделала заключение Крис.

Я подошла к зеркалу и внимательно изучила свое отражение. Лицо опухшее от слез, волосы торчат в разные стороны. На мне старые джинсы и растянутый свитер со времен, наверное, австралопитеков.

- В таком виде? В клуб? Я ни разу там не была…

Во мне смешались испуг, волнение и надежда. Это все отразилось на моем лице, потому что Крис сразу же пришла на помощь.

- Не ссы! Сейчас я приведу тебя в порядок, и мы вызовем такси и поедем на встречу с этим павлином.

-Крис! Какое такси? У меня в кармане дырка. Мы каждые десять рублей считаем, а ты мне такую роскошь предлагаешь.

- Так, я тоже на нуле. Но мы сейчас что-нибудь придумаем!

Она отправила меня в ванную умыться, а когда я вернулась, посадила на свою кровать и нанесла на мое лицо маску. Сама вышла из комнаты.

Прошло минут десять, когда Крис вернулась и сообщила следующее:

-Мой сосед Диман отвезет нас. У него, правда, старенькая десятка, но это не самое важное.

- Нас? – удивилась я.

- Да! Я тоже поеду. Я скоро подохну тут со скуки, либо от токсикоза. Мне надо немного развеяться.

- Ты пойдешь со мной? – я не могла поверить в то, что говорит моя подруга.

- Нет, мы с Димкой подождем тебя в машине. Я думаю, ты надолго там не задержишься. Да – отлично. Нет – вернешься, и мы поедем домой и будем думать дальше. Ну, и если что я буду рядом.

Я была благодарна Крис. Без нее я бы никогда не решилась на подобный шаг. Мне было так стыдно сейчас, что я утонула в своих проблемах, и совсем не уделяла времени своей подруге. Хотя ей сейчас тоже было нелегко.

Я обняла ее и прошептала:

- Прости! Я отвратительная подруга. Спасибо, что ты есть у меня.

- Ничего,- улыбнулась Крис, - ты была со мной в трудную минуту, если бы не ты, я бы не вылезла из этой ямы, в которую упала, потеряв Тима. И да, у тебя все еще впереди.

А дальше Крис захлопала в ладоши, подгоняя меня собираться, потому что на часах было около одиннадцати, а у нас еще конь не валялся.

Я смыла маску, и Крис нанесла мне безумно красивый смоки-айс. У нее он получился бесподобным.

Васильковое платье из ее гардероба. Кстати, она была помешана на синем цвете, и его оттенках. И найти, например, в ее шкафу что-то другое было не реальным.

Платье с длинным рукавом и полукруглым вырезом и тоненьким черным ремешком село на мне идеально. Чуть расклешённый подол струился по бедрам и достигал середины коленей. Черные колготки, батильоны на высоком каблуке, бижутерия, французская коса, черная куртка-косуха, розовый блеск для губ, пару капель духов и мой образ завершен. Нежная, и немного дерзкая. Я нравилась себе. Если бы не обстоятельства, которые заставили меня так выглядеть, возможно, я бы даже испытала удовольствие.

Через сорок минут мы сидели в десятке у друга Крис и мчались по ночному городу в один из самых дорогих и пафосных ночных клубов нашего города.

От волнения у меня под ложечкой сосало так, что перед глазами плясали мушки. Я не разбирала дороги. И не реагировала ни на один внешний раздражитель.

Когда мы приехали, Крис проинструктировав меня куда идти и как себя вести, пожелала удачи.

Я шла к входу, не разбирая дороги. Около дверей, где стояли два огромных качка, толпились люди, в основном раскрашенные и разодетые девчонки, которые хотели попасть внутрь. Я смотрела на них и думала, была бы моя воля, в жизни бы сюда не пришла. Восемнадцать лет не ходила, и желания до сих пор не было.

С трудом я протиснулась через толпу, которая меня одергивала, кричала что-то вслед, но я уверенно следовала инструкциям Крис и не на кого не обращала внимания.

Я попыталась пройти через охрану, но она была бдительна, несмотря на то, что у обоих громил было каменное лицо и они вроде как смотрели сквозь толпу. Тяжелая рука легла мне на плечо:

- Нельзя!

- Я к Игнатову! Он меня ждет! – пропищала я не убедительно.

- Здесь все к Игнатову, - пробасили мне в ответ.

За спиной я слышала смешки. Было жутко неудобно. А еще страшно. Так страшно, что я не чувствовала своих ног. Первое впечатление о клубе было ужасным.

Дрожащими руками я достала из кармана куртки телефон и набрала номер Игнатова.

- Да.

- Я у входа. Меня не пускают.

Олег сбросил звонок. А на мои глаза навернулись слезы. Вот что это означало? Он передумал? Или он сейчас придет за мной?

Я упорно продолжала стоять в неведении. Минуты тянулись медленно, а народ уже откровенно смеялся надо мной.

А потом вышел мужчина в костюме, похоже, еще один охранник, и что-то шепнул одному их громил. Они оба посмотрели в мою сторону, а потом меня пропустили.

Клуб встретил меня полумраком, громкой музыкой, духотой и смешанными ароматами, витавшими в воздухе. Во рту у меня пересохло, а глаза разбегались во все стороны. Я не знала куда идти и где искать Олега.

На танцполе было столпотворение. Очень сложно было пройти сквозь движущиеся тела к барной стойке. Мне казалось я задела каждого, пыталась пару раз извиниться, но всем было наплевать на меня.

Кое-как добравшись до бара, я заставила себя сосредоточиться и взять себя в руки. Если я первый раз в клубе, это не говорит о том, что здесь плохо и обязательно должно произойти что-то отвратительное.

Найдя себе свободное место с хорошим обзором, я принялась выискивать Игнатова в толпе танцующих, а потом среди сидящих за столиками. Его нигде не было.

- Что будешь пить? – услышала голос за спиной.

Обернулась. Молодой парень-бармен со стрижкой в стиле Элвиса улыбался мне в ожидании ответа.

- Ничего.

Он в удивлении поднял бровь.

- Не знаешь где найти Игнатова Олега?

- Не располагаю такой инфой. Может, выпьешь что-то? – он кивнул в сторону бара.

- Он меня ждет.

Элвис, еще раз окинув меня взглядом, указал глазами наверх.

Я подняла глаза. Ну, конечно, второй этаж. Я удивилась своей глупости или неопытности.

- Спасибо, - улыбнулась я Элвису и направилась к лестнице.

Вип-зоны, полностью находились по всему периметру второго этажа, образуя окружность вокруг танцпола, предоставляя отдыхающим там полный обзор происходящего внизу. Стена, которая соединяла вип-зону с коридором, тоже была стеклянной, поэтому я без труда должна была найти Олега, если только в помещении не были опущены жалюзи, скрывающие отдыхающих от шастающего по коридору персонала.

Комнат с опущенными жалюзи было несколько, и я молилась, чтобы Игнатов был не в одной из них, потому что я бы никогда не решилась войти туда. Мне повезло.

Олега я увидела сидящим на диване в открытой комнате среди девушек и парней. Я остановилась и через стекло изучала отдыхающих. Среди них были Торопов и Соколов.

Девушки в окружении Игнатова были просто красотками, сошедшими с обложки журнала. В модных платьях, с длинными ногами, потрясающими укладками. Я почувствовала себя ущербной. Именно сейчас я остро ощущала себя не из их песочницы в своем невинном платье и французской косичкой.

Я не знаю, сколько бы я так простояла, но кто-то из присутствующих увидел меня и привлек внимание остальных. Все, включая Олега, смотрели на меня через стекло. Кроме Соколова. Он почему-то смотрел на Олега.

Игнатов был доволен. Его рука лежала на плече какой-то девушки, глаза смотрели прямо на меня, а на лице блуждала нагловатая улыбочка.

Он снисходительно кивнул мне, что бы я присоединилась к этим высокомерным выскочкам, возомнившими себя Бог знает кем. По его губам увидела, что он что-то сказал и все засмеялись.

Быть объектом для насмешек было унизительно. Но у меня не было выбора.

Я продолжала смотреть на него. Его глаза держали меня в плену. Я не могла пошевелиться. Он тоже не спешил мне навстречу. А потом и вовсе отвернулся и продолжил разговор с друзьями.

Я не смогла справиться со своими чувствами, а точнее с обидой. Я была слишком наивна и думала, что Олег побежит ко мне с распростертыми объятиями, чтобы помочь бедной Даше. Своим поведением он показал, кто есть кто.

Все мысли покинули мою голову. Перед глазами все мелькало, как в калейдоскопе. Я нервно сглотнула, развернулась и уверенно зашагала прочь. Шла настолько быстро, насколько мне позволяли каблуки и затуманенные слезами глаза.

Почти уже на выходе кто-то схватил меня за руки и, развернув на сто восемьдесят градусов, прижал к себе. Цитрусовый аромат тут же окутал меня и уже забытый голос раздался прямо перед моим ухом:

- Алексеева! Ты как всегда струсила и сбежала!

- Отпусти!

Олег сразу же убрал руки, а я попыталась уйти, но не успела сделать и шага, как оказалась в кольце его рук.

- Здесь моя территория, и либо ты идешь со мной сама, либо я как дикарь закину тебя на плечо, унесу отсюда куда-нибудь и …

- И изнасилуешь? – перебила я его.

- Даш! Хорош! Я уже извинился за все. Больше не буду. Если серьезно, то иди, если не хочешь меня видеть, но ты сама мне позвонила.

Он был прав.

- Пойдем? – предложил он.

- Я не пойду к твоим друзьям! – отказалась я. Я бы не пережила насмешки и ехидные взгляды его друзей и подруг.

- Окей, - легко согласился Олег, вложил мою ладонь в свою, и потянул за собой.

Мы снова поднялись наверх и вошли в одну из дверей, расположенную напротив стеклянной вип зоны. Комната полностью была изолирована. Стоило закрыть дверь, как наступила гробовая тишина. Звук из клуба сюда не проникал, поэтому казалось, что ты мгновенно оглох.

По центру стоял небольшой столик, вокруг три дивана из красной кожи.

На столе стояли фрукты, еще какая-то закуска, шампанское, коньяк, минералка и два стакана.

Олег подождал пока я сяду, потом сел сам напротив меня. Мне было до ужаса страшно находиться с ним наедине в закрытом помещении. Я еще не забыла наше новогоднее уединение и сейчас просто запаниковала. Пытаясь скрыть свое состояние, я не могла найти места своим рукам, перекладывая их с коленей на диван и обратно, тем самым выдавая себя с головой.

Игнатов в свою очередь был спокоен и расслаблен. Положив руку на спинку дивана, он внимательно следил за моими метаниями, заставляя меня чувствовать себя неловко.

- Выпьешь?

Ну почему он был так уверен в себе?

- Минералки, - я даже не поверила, что я могу так пищать.

Олег пожал плечами, налил минералку в стакан и поставил его передо мной. Я схватила напиток и сделала несколько глотков, в надежде унять дрожь хотя бы в руках. Вроде бы получилось. Игнатов молча наблюдал за мной. Глубоко вдохнув, я выпалила:

- Мне нужны деньги!

- Я даже не сомневался! – усмехнулся мой собеседник.

Черт, мне было так неловко, что я чувствовала, как на лице стали проступать красные пятна. И я совсем не знала, что говорить дальше. А Олег, словно, видел меня насквозь, продолжал молчать, глядя мне в глаза. От неловкости я прикусила нижнюю губу.

- Сколько? – спросил он.

- Пятьсот. Тысяч.

- Надеюсь в рублях?

Я просто утвердительно покачала головой.

Игнатов налил себе коньяк.

- Мне нужно подумать. Давай встретимся после выходных, и я скажу тебе результат.

Какие выходные? Сегодня вторник, и деньги мне нужны уже завтра!

- Нет. Деньги мне нужны срочно.

- Насколько срочно?

- Завтра.

- Даш ты охренела? – не выдержал Олег. Не знаю, что его больше задело – срок, который я установила или моя наглость. – Ты куда-то влипла?

- Нет. Хочу сделать кое-кому подарок. – Я ведь даже не врала. Если операция пройдет успешно, то получается, мы подарим Вике жизнь.

- Ни хрена себе, подарочки у тебя!

- Это для родителей. Возможность купить и подарить будет только либо завтра, либо уже никогда!

- У меня нет столько налички. Если сниму с карты всю сумму, отцу сразу же доложат. Надо согласовывать с ним, а он сейчас за границей на какой-то важной конференции.

Я очень надеялась, что Игнатов поможет решить мне мою проблему, но с другой стороны не хотелось быть его должницей.

- Спасибо, что уделил мне время, - я встала и даже испытала какое-то облегчение от того, что мне не придется брать деньги у Олега.

- Сядь! - тут же рявкнул Олег.

Он положил локти на колени и нервно стучал сжатыми в один кулак ладонями по своим губам.

- Как отдавать собираешься? Или на безвозмездной основе?

- Нет, конечно! Верну все через несколько месяцев.

Я планировала все рассказать родителями, и потом, когда все обойдется, мы бы все вместе что-то придумали. Я была уверена, что мама с папой одобрили бы мое решение и поддержали. Ведь мой поступок напрямую касался здоровья сестры.

- Заработаешь? – улыбнулся Игнатов. И его улыбка мне, ох, как не нравилась. Было ощущение, что он знает что-то, чего не знаю я.

- Это неважно сейчас. К осени верну.

Игнатов молчал. Изучал меня, сощурив свои глаза. Как будто думал, стоит ли мне доверять.

- Пожалуйста, - наплевав на свою гордость и противоречивые чувства, разрывавшие меня на части, попросила я. Что бы между нами не произошло раньше, Олег был для меня сейчас единственным решением. Он мог спасти мою сестру, произнеся только одно слово.

Молчание затягивалось, а мое терпение заканчивалось. Я ерзала по дивану, как уж на сковороде.

- Завтра утром,- наконец, хоть что-то произнес Игнатов.

Я замерла в ожидании.

- Завтра утром встретимся и обсудим условия договора. Это пока что все, что я могу тебе предложить.

- Спасибо, - вроде бы все прошло гладко, но я никак не могла унять дрожь. Наверное, от облегчения, что все складывалось довольно удачно и мне не пришлось стоять на коленях и умолять Игнатова.

Я встала, собираясь уйти. Игнатов тоже встал.

- Может, останешься? – предложил Олег.

- Зачем? – если бы он только знал, какие усилия я прикладываю, чтобы не сорваться и не убежать отсюда, сверкая пятками.

- Я приглашаю.

Неужели он думал, что отдыхать с его друзьями в ночном клубе предел моих мечтаний?

- Нет, спасибо. Мне нужно домой.

Игнатов поцокал языком.

- Хорошая девочка Даша.

Мне очень хотелось ответить ему что-нибудь дерзкое в ответ, но мы уже давно не были друзьями, которые раньше могли бы себе позволить шутить друг над другом. Я сдержалась и просто пошла прочь.

Игнатов не сдвинулся с места. Просто стоял и смотрел мне вслед. Несмотря на наши разногласия, я довольно неплохо его изучила.

Он не бегает за девочками. Тем более за такими, как я.

Сейчас я даже была этому рада. Мне хотелось побыть в одиночестве, расставить беснующиеся мысли по полочкам и немного успокоиться.

Выйдя на улицу, глубоко вдохнула немного прохладного апрельского воздуха. Весна, которая долга не приходила, начала набирать сумасшедшие обороты. И если ночью было еще холодновато, то днем уже вовсю грело солнце, пробуждая все вокруг к жизни.

Пока шла до машины, ощутила, как на меня навалилась усталость. Откат. Слишком много разных эмоций я пережила за последние три часа. Всего лишь эмоции, а мне казалось, что я разгружала вагоны. Хотелось лечь на кровать, укрыться с головой одеялом и уснуть. А утром проснуться и что бы снова все было хорошо.

В машине пришлось пересказать Крис весь разговор с Олегом. Конечно, я немного все приукрасила, и пропустила те моменты, где я чуть не умерла от страха. Не хотела показывать свою слабость перед незнакомым мне Диманом, который постоянно смотрел на меня через зеркало заднего обзора.

- Я же тебе говорила, что Игнатов нормальный парень. И он завтра обязательно что-нибудь придумает! – расхваливала Крис моего бывшего друга.

Мой мозг отказывался воспринимать слова Крис. Я не понимала, что такого особенного находили в нем окружающие, что просто готовы были заглядывать ему в рот, в том числе моя далеко не глупая подруга.

Потом подруга сообщила мне, что меня искала мама. И она меня прикрыла, сказав, что я у нее и уже сплю. Я достала телефон и действительно увидела два пропущенных от мамы.

Мы уже поднимались на лифте, когда телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении.

«Завтра в 1:00 жду тебя в Мега Сити. Кафе «Искра». Не опаздывай»

Сообщение от Игнатова.

Боже, дай мне сил дожить до завтрашнего утра. Дожить и пережить его.

Когда мы добрались до комнаты Крис, я быстро разделась и забралась под одеяло, как и мечтала ранее.

- Завтра ты будешь панда, - напомнила Крис про мой не смытый макияж.

- Пофиг, - я закрыла глаза и практически провалилась в царство Морфея.

Уже засыпая, я почувствовала, как Крис гладит меня по голове и тихо шепчет:

- Все будет хорошо.

Моя беременная Крис, у которой у самой проблем выше крыше, старалась меня поддержать. Когда все закончится, я буду для нее самой лучшей подругой, подумала я и отключилась.

А утром я проспала. Встала в начале одиннадцатого. Носилась по квартире, пугая домочадцев Крис.

Сегодня я была без макияжа, в своих старых джинсах и кедах, и снова в куртке, позаимствованной у Крис. Моя была из ряда носить только дома.

На остановке я стояла, когда часы показывали уже одиннадцать. А в двери торгового центра я входила уже почти в половину двенадцатого.

Я ругала себя, на чем свет стоит. Ну как можно было проспать самую важную встречу в своей жизни. Если Олег не дождется меня и уйдет, то в этом буду виновата только я.

Под свое бормотание я нашла нужное кафе и с облегчением выдохнула. Игнатов сидел у окна и пил кофе.

В кафе, кроме бариста, никого не было.

- Привет, извини за опоздание! – я села напротив Олега и попыталась выровнять сбившееся дыхание.

Игнатов окинул меня взглядом.

Да, у меня был растрепанный вид. Но у меня сейчас период такой. Не до себя мне.

В отличие от меня Олег снова выглядел как с обложки журналов. Даже его небритость смотрелась стильно. Лишь красные глаза говорили о том, что он провел бессонную ночь.

- Закажешь что-нибудь? – скорее из вежливости спросил Игнатов.

Вряд ли он заботился о моем желудке.

- Нет, – я нервничала и о еде не думала сейчас вообще.

Как только я отказалась, Олег кивнул бариста, и он тоже покинул помещение. Мы снова остались с ним один на один.

На столе перед Игнатовым лежала синяя папка. Я посмотрела сначала на нее, потом подняла глаза на парня.

- Здесь договор, твои права и обязанности, - подвинул папку ближе ко мне Игнатов, - изучи, и если ты согласна, то после подписи сразу отдаю тебе карту. На ней ровно пятьсот тысяч.

Он достал из кармана банковскую карту и принялся вертеть ее в руках, иногда постукивая ей по столику.

Я не могла оторвать взгляд от Олега. Смотрела и не могла заставить себя взять папку.

Игнатов ничего не говорил. Просто ждал. Он напоминал мне хищника, который расставил ловушки и вот-вот заглотит свою жертву.

Успокойся, приказала я себе, ты ему пока что ничего не должна и можешь уйти в любое время.

Нерешительно, дрожащими руками я пододвинула папку к себе и открыла. Глаза принялись бегать по строчкам, и чем больше я читала, тем больше впадала в шоковое состояние.

Руки сами оттолкнули папку в сторону Олега.

- Что это?

- Договор, - к моему удивлению Олег был спокоен.

- Я вижу. Ты с ума сошел? – после прочитанного я правда начала сомневаться в его адекватности.

- Ты ведь даже не дочитала.

- И не буду. Я никогда не соглашусь на это, - я пыталась говорить спокойно.

- Я не буду тебя заставлять. Тебе нужны деньги – это мои условия займа, - Игнатов склонил голову в бок и внимательно изучал мою реакцию.

Я была шокирована его словами. Я всего лишь попросила в долг определенную сумму, а он умудрился за одну ночь составить договор на покупку всей меня вместе с потрохами. Да, сумма, которую я просила, была не маленькой, но торговать собой я была не готова.

- А мои условия тебя не устраивают?

- Какие? Что ты обязательно найдешь деньги и ближе к осени отдашь, и бла-бла-бла! – напомнил Игнатов про мой вчерашний лепет.

Он продолжал постукивать картой о столешницу. Похоже, что тоже нервничал. Неужели действительно боялся за свои деньги?

- Это все, - я кивнула на папку, - только из-за того, что ты боишься, что я не верну тебе долг?

- Это все, - в ответ кивнул Игнатов, - из-за того, что ты мне нравишься. Я хочу, что бы ты была моя! А деньги всего лишь способ!

Не думала, что он может вот до такого опуститься. Ведь этим самым он унижал меня. Разве что только я нанесла ему душевную травму? И теперь расплачиваюсь за нее.

- Да ты мне мстишь, за то, что я тебя отшила! Конечно, как можно было отказать самому Игнатову Олегу!

- То, что я тебе предлагаю, вряд ли, назовешь местью,- на зависть мне Олег, не смотря на некоторую нервозность, держался спокойно.

Я же не могла контролировать свои чувства. Мне казалось, что я готова была ко всему, в том числе к отказу, но явно не к такому. Каждое его слово вызывало во мне бурю протеста. И в моем голосе начали проскальзывать истерические нотки.

- А чем? Ты предлагаешь мне спать с тобой!

- Твои глаза выцепили второстепенную фразу, - Олег был собранным, сдержанным. Он действительно пытался уговорить меня согласиться на его предложение. Чем еще больше заводил меня.

- Да какая разница, что там есть еще! Меня эта уже сто процентов не устраивает!

- Отлично, если это твой отказ, то расходимся, - вдруг пошел на попятную Олег.

В эту секунду я осознала, что ничего у меня не получится. Не получится спасти сестру. Игнатов просто так не одолжит мне денег, а значит, не будет никакой операции и мой маленький ангел доживает свои последние дни.

Ради достижения целей люди всегда чем-то жертвуют. Временем, деньгами, кто-то карьерой, кто-то здоровьем. А мне ради спасения сестры нужно было пожертвовать собой. И я оказалась не готова стать этой самой жертвой.

Олег загнал меня в ловушку, в которой я в любом случае оказывалась проигравшей.

- Я была о тебе лучшего мнения.

- Не ври! Ты всегда знала, что я – подонок. Просто ты всегда пытаешься найти в людях что-то хорошее. Это твое окончательное решение? – он давал мне еще один шанс.

-Конечно! – я не воспользовалась им. - Ты наверно пересмотрел фильмов в стиле оттенков серого! Я никогда на подобное не соглашусь.

Я даже в своих мыслях не могла представить, чем Игнатов заставил бы меня заниматься.

- Какие оттенки? Даш, там ни слова нет о БДСМ и о чем-то похожем на это! Ты вообще понимаешь, что я хочу от тебя?

- Что ты хочешь от меня? – это уже был риторический вопрос.

- Я хочу, чтобы ты была моей девушкой. Я предлагаю тебе отношения. Настоящие отношения. Где я буду твоим парнем! С ресторанами, встречами, прогулками, и естественно сексом. Обычным сексом. Там есть нюансы, но это лишь для моей подстраховки!

Я покраснела. Он так легко говорил о сексе, о том самом сексе, о котором я даже думать стеснялась, не то, что говорить.

А еще про отношения. Он называл покупку меня отношениями.

Я нервно рассмеялась:

- А как насчет моей подстраховки?

- Я твоя страховка. Статус и положение. Ты под моей защитой. Никто не посмеет тебя обидеть. Да не то, что обидеть, даже просто посмотреть в твою сторону. Я дам тебе все, что ты захочешь. Деньги, шмотки, любые развлечения. Разумеется, в пределах разумного, - по его горящим глазам я видела, что Игнатов желает заполучить меня себе, и готов для этого сделать все, что угодно.

Жалко только, что он хотел сделать из меня еще одну куклу, такую же, как те, что вереницей проходили через его постель каждую ночь.

- Ты думаешь, мне действительно нужно все это? Ты думаешь, мне нужны шмотки, рестораны и положение в твоем нездоровом обществе? И ради этого я должна стать твоей подстилкой?

- Многие об этом только мечтают, и любая согласилась бы на мое предложение. И опережу твое возмущение, мне не нужна любая. Мне нужна ты. И поверь те условия, которые там озвучены, - он снова кивнул на свою синюю папку, - не самые худшие и за небольшую сумму ты получишь намного больше.

Невероятно, но я обсуждала с Игнатовым этот долбаный договор.

- Как ты себе все это представляешь? Я не люблю тебя, Игнатов! Я не смогу переступить через себя.

- А ты попробуй! Не так страшен черт, как его малюют, - не сдавался Олег.

Я отрицательно качала головой. У меня не было слов, что бы ответить ему. Это был бред. Полнейший бред. Такие предложения я видела только в кино, и читала о них в книжках. И никогда не думала, что могу попасть в такую же ситуацию.

Олег хотел сделать меня своей игрушкой.

Ему, которому неведомы отказы, которому все в этой жизни доставалось по щелчку пальцев, была неизвестна другая сторона медали. Та, где люди, любят, уважают и поддерживают друг друга в любых начинаниях и слабостях.

- А что будет, когда я тебе надоем? Что будет, когда ты наиграешься в меня?

Игнатов скривился, как будто мои слова были ему неприятны.

Но я не верила ему. Такое мог придумать только бесчувственное чудовище, кем я сейчас и видела Олега.

- Договор имеет срок. Три года. Я могу прервать его в любой момент без последствий для тебя. Мы так же можем продлить его на любое время по обоюдному согласию.

- А я могу прервать его? – спросила я, твердо зная, что меня ждет подвох.

- Да. В любой день, вернув мне сумму долга в трехкратном размере.

Я рассмеялась. Громко. Истерично. Смотрела в его лицо и смеялась.

- Ты безумный!

Я встала, больше не собираясь слушать этот абсурд.

- Даш! Это приемлемый вариант для нас обоих. Если ты сейчас откажешься, ничего не изменится! Ты все равно будешь в моей постели. Только действовать я уже буду по принципу все средства хороши!

- Да пошел ты!

Я направилась к выходу. Меня всю трясло от негодования. Рядом с этим человеком я испытывала целый спектр эмоций. Жаль, что всегда негативных.

Около дверей все же Игнатов догнал меня и насильно всучил мне свою папку со словами:

- И все же подумай! Это самое лучшее предложение из тех, которые я еще тебе сделаю. И у тебя пока что есть право выбора. И еще: об этом договоре знаем только мы с тобой.

Нужно было кинуть этот договор ему прямо в лицо, но я не успела. Он слинял, будто за ним гнались черти.

Очень хотелось избавиться от папки, но по близости не оказалось ни одной урны. Пришлось нести ее с собой. А потом мысли захватили меня, и я забыла, что вообще что-то держу в руках.

Меня бесил Игнатов. Может мне реально стоило его бояться, но в данный момент чувство страха притупилось, и я не могла думать ни чем, кроме его предложения.

Как он мог вообще до такого додуматься? Еще и право выбора предоставил. В голову лезли неприличные ругательства, которыми бы я с удовольствием окрестила Олега, но вроде бы я воспитанная девочка.

Очнулась уже в автобусе. Думала оставить папку там, но не решилась придать огласке наши с ним отношения. Мало ли кому в руки попадет этот договор. Так и пришлось тащить его домой. Слава богу, мне никто не встретился, и я удачно спрятала папку под подушкой до лучших времен.

Мама с папой были на кухне. В последнее время они не ходили на работу. Мама была на больничном, а папа взял отпуск. У обоих был удрученный вид. Они переживали за мою сестру, наверно, еще больше, чем я. И сегодня я упустила шанс помочь всей нашей семье. Я не смогла пожертвовать собой. Удивляюсь самоотдаче родителей.

Чувствовала себя предательницей по отношению к своей семье. Я вообще веду себя отвратительно. Сбегаю, не ночую дома, и сейчас без каких-либо оправданий выпила стакан воды и ушла из кухни.

Проходя мимо Викиной комнаты, я услышала шум. Вообще сестра должна находиться в центре на процедурах. Целый день она находится под присмотром врачей, а на ночь с ней остается мама. Иногда ее отпускают домой. Похоже, сегодня Вику отправили домой, а я даже не знала. Это могло означать перерыв в приеме лекарств, либо ухудшение ее состояния.

Я тихонько заглянула в комнату. Сестренка лежала на своей кровати в обнимку с одноухим зайцем и что-то бормотала ему в целое ухо. Меня затопила волна нежности.

Словно почувствовав мое присутствие, Вика подняла глаза. На ее бледном лице они казались такими огромными. Но, несмотря, на болезненный вид, моя девочка была рада меня видеть.

Я подошла к ней и примостилась на краешке кровати. Сестра отложила своего зайца в сторону и прилегла на мое плечо. Наши руки переплелись и мы стали единым целым. Именно сейчас, мне вспомнилось, как мы полтора года назад так же лежали на кровати и прижимались друг к другу. Тогда я верила, что все будет хорошо. И все стало хорошо. Ненадолго.

Ее тело снова было худым и истощенным. В этот раз она не спрашивала, будет ли она жить. А я боялась услышать этот вопрос, потому что не знала, что сказать в ответ.

Вика подняла голову и заглянула в мои глаза, проникая взглядом до самого сердца. Ее теплые тоненькие пальчики коснулись моего лица и провели линию по щеке.

- Ты такая красивая, - восхищенно прошептала сестра.

В горле стоял ком, и я лишь улыбнулась ей в ответ.

- Когда я вырасту, - продолжила она шептать, - я стану такой же красивой. И умной. И буду учиться в университете. Я буду врачом. Буду спасать детей. Таких ,как я. А ты, мама и папа будете гордиться мной.

Меня душили слезы. Я крепко прижала ее к себе, и, запечатлев поцелуй на ее лбу, встала.

- Ты уходишь? – спросила Вика. Она была удивлена сменой моего настроения, но была еще слишком маленькая, что бы понять, что своими словами она только что разорвала меня на куски.

Только что я поняла, что не может быть на свете ничего важнее, чем она, чем ее мечты и цели. И теперь если бы она задала мне свой вопрос, я бы с уверенностью ответила, да. Да, она обязательно будет жить. И красавицей будет. И врачом.

- Я ненадолго. Скоро вернусь, - голос от сдерживаемых слез совсем пропал.

Я вышла в коридор и услышала, что родители что-то бурно обсуждают. Я знала, что подслушивать некрасиво, но удержаться не смогла. Продвинувшись на несколько шагов ближе к кухне, я замерла.

- Андрей! Тебя посадят! Ты этого хочешь? Хочешь оставить нас одних!

- Я хочу спасти свою дочь, и ради нее готов на все! Сегодня ночью доеду до Михалыча и сделаю это. И будь, что будет.

Под моими ногами скрипнул пол, и, я, стараясь не шуметь, юркнула в свою комнату.

Я не знала, что собирался сделать папа, но это точно было противозаконным. Моя семья могла развалиться в одночасье, а я тут ношусь со своей гордостью.

Вариант с Игнатовым был оптимальным, и сейчас нужно было действовать. Пока есть такая возможность, нужно ей воспользоваться.

Достав, договор из-под подушки, я принялась его читать от корки до корки. Вникая в каждое слово, в каждую букву.

Чем дальше читала, тем больше убеждалась, что Игнатов тот еще гад.

Согласно пунктам договора Игнатов и я вступаем в отношения, как молодая пара со всеми вытекающими последствиями. Совместные прогулки, поездки, выходы в свет, объявление нас парой окружающим. Так же выполнение интимных услуг, не противоречащих желаниям партнера и включающих оральный и вагинальный секс, как обязательные услуги, без использования БДСМ, либо с согласия партнера.

Взамен мой будущий парень предоставляет мне денежную сумму в размере пятиста тысяч рублей единоразово. В течение трех лет оплачивает все мои покупки, не превышающие ста тысяч рублей в месяц, предоставляет мне денежные средства на карманные расходы в размерах по своему усмотрению. А также предоставляет мне статус и защиту, соответствующие его положению.

Все, как и говорил в кафе.

В случае разрыва договора с его стороны, ни одна из сторон не несет ни какой ответственности.

Если же я хочу разорвать, то в день разрыва должна вернуть ему полтора миллиона рублей. Такая же сумма светила мне в случае измены с моей стороны. О его изменах в договоре не было ни слова.

Мерзавец!

Возможно, условия действительно были не такими уж и устрашающими. Просто я не любила этого человека, я не видела в нем мужчину в принципе, а уж тем более принца всей моей жизни. Я не знала, как я смогу целовать его, не испытывая к нему совсем ничего. А еще я никогда не думала, что могу попасть в такую ситуацию. В ситуацию, где мне нужны будут деньги и где, я буду продавать свое тело. Мне было это чуждо.

В последнее время мне казалась, что у меня болезнь Паркинсона. Руки не переставали трястись даже в спокойной обстановке.

Я снова считала гудки, только теперь молила Бога, чтобы Игнатов ответил.

- Слушаю.

- Я изучила договор и хочу внести несколько пунктов, - старалась говорить хладнокровно. Если уж продавать себя, то не обязательно терять свое лицо и становиться неврастеничкой.

- Сейчас пришлю адрес электронной почты. Давай обсудим твои предложения.

- Хорошо, - и сбросила вызов.

Пока ждала сообщение от Олега, загрузила ноутбук. Вошла в почту, постучала пальцами по корпусу. Все-таки я нервничала. Впервые буду с парнем обсуждать условия покупки собственного тела. Именно тела. Свою душу и сердце я не продам ему ни за что.

Телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении. Прочитала, забила адресу в соответствующую строку и написала первый свой пункт:

«Договор вступает в силу с 01 июня»

«Только если у тебя есть веские причины» - ответ пришел незамедлительно.

«Семейные обстоятельства»

Мне действительно нужно было время. Мне нужно сжимать кулачки, когда моя сестра окажется на операционном столе и молить Бога, чтобы ее организм принял неродного донора. Вряд ли я смогла бы выполнить хоть одно условие из договора, находясь мыслями рядом с сестрой.

«Хорошо» - легко согласился Игнатов.

Я выдохнула с облегчением. Не хватало, что бы он доставал меня расспросами. Но, видимо, ему мои семейные обстоятельства были до лампочки.

«Все сексуальные отношения должны быть в трезвом уме, светлой памяти и т.д. Никакого алкоголя и наркотических средств»

Из-за отсутствия опыта я пока что не представляла, каким образом будет происходить интимная часть наших отношений, но повторения новогодний ночи мне не хотелось. Олег должен быть адекватным и слышать меня.

«Без проблем» - и снова согласие, которое мне не пришлось даже обосновывать.

«Исключить пункт про оральный секс»

Я была к этому не готова. Если с фактом, что Игнатов будет моим первым сексуальным партнером, я могла как-то перешагнуть через себя и смириться, то с вышеуказанным пунктом была проблема. И отсутствие опыта – это всего лишь ягодки. Я вообще не понимала, как люди могут этим заниматься, не испытывая брезгливости.

«Нет»

Я даже не сомневалась.

«Пожалуйста(((»

Надежда умирает последней. Вдруг что-то человеческое все-таки в нем осталось, и он сжалится надо мной?

«100% нет. Это все?»

Наивная дура.

«Да»

«Как только внесу изменения, сразу же приеду к тебе. Жди звонка».

Отвечать ему не стала.

Просто закрыла ноутбук и позволила себе немного расслабиться. Я верила в то, что все, что я сейчас делаю, правильно. Я спасу своим поступком не только сестру, но отца, который готов рискнуть всем ради своей дочери. Думаю, что если Игнатов лишит меня девственности и будет пользоваться мной в течение трех лет не самое страшное, что может приключиться с моей персоной. Да, мне неприятно. Да, я не мечтала о такой жизни. Но нужно учиться видеть и плюсы в сложившейся ситуации.

Игнатов красивый. То, что он не в моем вкусе, не означает, что он урод. Он мерзавец еще тот, но если забыть о новогодней ночи, он никогда не относился ко мне плохо. И всегда оставалась надежда, что Олег получит, то, что ему хочется, и я ему просто надоем. Тогда он разорвет наш договор. И мои мучения закончатся. Ну и осознание того, что наши отношения начнутся не раньше чем, через месяц, немного успокаивало меня.

С такими мыслями я снова заглянула в комнату к сестре. Вика спала. Я тихо, почти не касаясь пола, подошла к кровати и легла рядом, стараясь не разбудить ее. Моя девочка, снова словно почувствовала меня, и что-то простонав, прижалась ко мне. Ощутив тепло ее маленького тела, я закрыла глаза и уснула.

Разбудил меня виброзвонок телефона, который я сжимала в руке.

Звонил Игнатов.

- Алло, - прошептала я.

- Я на остановке, - услышала в ответ шепот.

Странный этот парень.

- Угу.

Сбросила вызов и попыталась встать, не разбудив сестру. У меня это получилось.

В квартире стояла тишина, лишь в гостиной работал телевизор. Часы показывали пять часов вечера.

Я накинула куртку и вышла.

Удивительно, но на улице моросил дождь. Было темно, холодно и промозгло. Несмотря на еще ранее время, на улице практически никого не было. Пока шла к остановке, на душе стало так тоскливо. Старалась отогнать грустные мысли.

Около дома уверенности в своем решении было хоть отбавляй, но чем дальше я шла, тем слабее становились мои ноги. А сердце набирало обороты.

Машину Игнатова увидела сразу. В глазах потемнело, дыхание сбилось, и желание убежать было невыносимым. Но я заставляла себя идти.

В машине было тепло. И пахло Игнатовым. Цитрусовыми.

- Привет.

- Привет.

Мы поздоровались почти одновременно.

И взволнованы были оба.

- Давай уже свои бумажки, - я хотела быстрее закончить со всеми формальностями.

- Даже читать не будешь?

- Еще как буду, - улыбнулась так широко, насколько позволял рот.

Я так много раз читала этот договор, что знала его почти наизусть, поэтому выцепить взглядом внесенные изменения, не составляло для меня особого труда.

- Даш! Прежде, чем ты поставишь свой автограф, я должен убедиться, что ты действительно готова к тому, что я тебе предлагаю.

А вот это было уже интересно.

- Поподробнее, пожалуйста!

- Поцелуй меня.

- Чтооо? – это была так неожиданно, что мои глаза, наверно чуть не вылезли из орбит.

- Поцелуй меня. Сама. По-настоящему, - спокойно повторил свою просьбу Олег.

Он как всегда расслаблен. Может чуть волнуется, но это скорее от предвкушения.

- Зачем??? – непонятны мне его мотивы.

- Я подписываюсь под каждым своим словом и готов выполнять все обязательства, указанные здесь. Я должен быть уверен, что через месяц ты не передумаешь, и мы не встретимся в суде. Покажи мне, что ты готова. Что не будет истерик с твоей стороны и обвинений в попытке изнасилования.

- Какой на хрен суд? Ты ограничил все мои действия так, что я без тебя даже в туалет не смогу ходить.

- Не преувеличивай.

- Я не буду тебя целовать - я была не готова к такому повороту событий. Вернее готова, но не сейчас.

- Ты как спать со мной собираешься? Думаешь, что через месяц я передумаю?

В некотором роде Олег был прав. Именно на это я и надеюсь.

- Сначала прочитаю, - я трусливо оттягивала исполнение его просьбы.

Именно трусливо. Потому что только что поняла, что мне придется его поцеловать. И даже не для того, чтобы убедить Игнатова в серьезности своих намерений. Ради себя.

Я никогда не целовала парней сама. Все поцелуи, которые у меня были, были не моей инициативой, без моего согласия и их с легкостью можно назвать ошибками. Даже с Олегом была ошибка.

А сейчас мне нужно было доказать самой себе, что я не грохнусь в обморок, когда Игнатов просто прикоснется ко мне, не говоря уже о том, что бы переспать с ним. Хотя мысленно надеялась, что Олег сам будет меня направлять в этом процессе, а я закрою глаза, и с нетерпением буду ждать, когда все закончится.

Я посмотрела на его губы.

Нет, Игнатов мне не был противен.

Просто не интересен. Не вызывал желания. Меня не затягивало в омут его глаз, хотя надо признать, его льдистые глаза были красивыми. И толпы самых обычных девчонок сходили по ним с ума. Его прикосновения не вызывали во мне внутренний трепет и дрожь предвкушения.

Но он не был мне противен.

- Договор, - напомнила я.

Олег шумно выдохнул и потянулся рукой на заднее сидение и уже через мгновение в моих руках были бумажки, которые, если бы не обстоятельства, я с преогромным удовольствием сожгла бы вместе с хозяином. Глаза бегали по строчкам, фиксируя изменения. Все было верным. Даже не к чему придраться. Но я все равно тянула время.

- Прочитала?

- Да. Все нормально, - я вернула ему документы.

Игнатов повернулся ко мне в пол-оборота и молча ждал. Я вертела головой в разные стороны, хотя знала, что мне не отвертеться.

- Даааш, - позвал Игнатов.

Я вскинула на него глаза. Мысленно досчитала до пяти и медленно потянулась к нему.

Было до чертиков страшно.

Чем меньше становилось расстояние между нами, тем сильнее скручивался узел в моем животе. Но не от трепета. Мне даже казалось, что я могу потерять сознание.

Но ничего не произошло. Я коснулась его чуть теплых губ и ничего не произошло. Только глаза закрылись.

Если честно, я не знала, что делать, но меня спас Игнатов. Он обхватил ладонями мое лицо и углубил поцелуй. Олег целовал умело, не спеша, словно изучал мои губы и, давая возможность привыкнуть к нему.

Это был мой первый поцелуй, не навязанный, который я могла сама контролировать. Я знала, что могу остановить его в любую секунду. Поэтому позволяла Олегу продолжать целовать меня дальше.

Бабочек в животе не было, но неприязни или брезгливости тоже не ощущалось.

Постепенно страх отпускал меня. Напряжение, которое сковало меня вначале, начало спадать, и Олег почувствовав это, отпустил одну руку мне на талию и в попытке прижать меня ближе к себе, надавил на меня. Что бы сдержать его напор и удержать равновесие, мне пришлось вцепиться в его плечи и сжать его куртку в своих кулачках.

Олег сам прервал поцелуй. Я сразу же отвернулась и уставилась в боковое окно машины, за которым ничего не было видно. Мои чувства были в полном раздрае. Я ожидала либо восторг, либо разочарование, но ни того, ни другого не случилось. И страшного тоже ничего не случилось.

- Ты жива там? – подал голос Игнатов.

Я повернулась и скорчила злобную мордочку.

- Убедился?

- Угу, - Олег был доволен. Хотя и пытался это скрыть.

Игнатов достал ручку из кармана куртки и поставил свою размашистую подпись в двух экземплярах. Затем передал документы мне.

Я думала лишь мгновение. Я знала, что обратной дороги уже нет. Еще раз, прокрутив слова Вики в своей голове, я поставила свою подпись.

Игнатов забрал один экземпляр себе. Из другого кармана достал карточку и конверт, вероятно с пин-кодом. Не куртка, а прямо хранилище какое-то.

Прежде чем передать мне карту, Игнатов предупредил:

- Надеюсь, ты помнишь о пункте про конфиденциальность. Никто не должен знать о нашем договоре. Все что между нами происходит – это все по-настоящему.

- Даже Крис?

Я боялась, что одна не справлюсь с этими отношениями, что мне понадобится жилетка, и даже не один раз.

- Даже Крис.

- Почему?

- Если об этом узнают так нелюбимые тобой мои друзья, тебя закидают камнями и грязью. Я-то отмоюсь, а вот тебе житья не будет.

- Типа обо мне беспокоишься?

- Как и обещал. Статус и защита.

Я кивнула. Говорить больше было нечего. Я взяла карту и открыла дверцу машины.

- Алексеева! Не дрищи! Все будет хорошо!

- Надеюсь.

Я вышла, а Игнатов тут же сорвался с места и уехал.

С этого момента моя жизнь разделилась на до и после.