Глава тридцать первая

О том, что едет проверка, мы узнали от взмыленного дежурного с дальнего поста. Хорошо, что их там двое было по умолчанию…

Проверка. Да, оно всегда внезапно, чтобы мы не успели настроить потемкинских деревень. Но в принципе ожидать этого стоило — большое дело раскрыли, шумиху подняли, народ заинтересовался, что это за гарнизон в заднице мира. Но кто бы ни приехал на нас посмотреть, мне было чем гордиться: ремонт в казармах; ровненький где надо, а где не надо — не ровненький плац; душевые, площадка для приема еды, тренировочное поле, почти законченная площадка для переработки и транспортировки дендрофекального композита… Маршал сразу взмолился, чтобы я хоть дерьмо мумминов убрала, потому что мы его стащили на самое видное место, но я только глазами сверкнула — уговор есть уговор! Канал мы еще толком копать не начали, а территорию разметили, так что убрать добро некуда было. Разве что красиво утрамбовать, чтобы вместо куч были симпатичные пирамидки.

Так, главное, чтобы Пыль где-нибудь не откопала очередного осетра… А то вонизм на весь гарнизон не улучшит настроение проверяющих. Но Пыль преспокойно рыла свои кошачьи ямки в кустах и вся суета ей была глубоко до лампочки, периодически она терлась о чужие ноги и даже порой запрыгивала на колени, только в столовую мы ее не пускали всеми силами. В общем, кошь не волновалась, а мы — ну да, мы все-таки бегали и судорожно пытались привести в порядок все от и до. Причем так, чтобы нигде и намека не было, что о проверке мы уже узнали. Так даже лучше: не надо в парадное наряжаться и маршировать. Мол, жизнь в гарнизоне идет своим чередом: ать-два, равняйсь-смирно, напра-во, шагом марш!

Группка дежурных по столовой трусцой, подальше от начальства, поближе к еде, как и положено, бежала на приемку очередной поставки. Маршал стоял на крыльце главного здания и был, кажется, готов ко всему. Ну же, парень, ты хоть бы улыбнулся, мы же молодцы!

А что там за проверка, сейчас узнаем…

Пыль, размахивая хвостом, понеслась мимо меня прямиком к главному зданию, и в пасти она держала зазевавшуюся мышь.

«Это что еще такое?» — прочитала я во взгляде маршала гневный вопль.

«Это мышь, господин маршал, — так же мысленно пожала плечами я. — Не тухлая же осетрина. Это вам, чтобы вы не очень расстраивались, если вдруг что…»

Пыль положила добычу прямо под ноги маршала и соскользнула с крыльца. Воспользовавшись моментом, маршал тут же скинул мышь обратно носком сапога. Пыль в этот момент обернулась, и я поняла — такого лютого врага подполковник Дейс себе не наживал еще никогда. Какие там морлоки и Рейджи!

Рейджи, кстати, мы отправили в город уже наутро после засады. Это было неделю как назад. Всех троих отправили — пусть там разбираются, кто больше, а кто меньше виноват. Мне было, конечно, прелюбопытно, кто из них кто главный, кто не очень, но я понимала — вопрос совершенно не в моей компетенции. Потом все узнаю, когда следствие кончится. Если начну возникать — проблемы возникнут уже у меня, еще и папе прилетит по касательной, что совсем уже скверно. Что не удивляло — так это их молчание, даже отец Рейджи заткнулся и не собирался больше жаловаться никуда. Ну да, все, что сказано, может быть использовано против вас. Так-то морлоки были очень серьезным проступком. Может быть, он не был в курсе, кто знает. Но скорее всего, конечно же, был. Я, кстати, как ни старалась, опознать второго человека, которого видела вместе с Рейджи-сестрой, не смогла. Зато маршал поднял мне настроение как раз перед тем, как задержанных отправили на пристань в сопровождении конвоя во главе с капралом Безером.

— Я указал, что вы сможете подтвердить вашу слежку, первичный осмотр места содержания морлоков и опознать Ирму Рейджи. Так что, лейтенант Гонзо, вас могут вызвать — и обязательно вызовут! — и в королевское следствие, и затем в королевский суд. Ну и про ваши расследования с поставками написал тоже. — Я была так ошарашена, что маршал понял мою гримасу превратно: — Не переживайте вы так, ваши драгоценные казармы за время вашего отсутствия не разнесут, и ваше бесценное дерьмо…

— Наше бесценное дерьмо, — поправила я. Деньги не пахнут.

— Бесценное дерьмо упакуют и отправят как положено.

Ну композит композитом, а в выгребную яму меня все еще макнуть могут, грустно подумала я. Сейчас как выявит проверка какие-то косяки, и маршал сразу изменит свое обо мне мнение. Не то чтобы оно меня волновало, но как командир он должен был дать мне характеристику…

Эх.

И вот я уже почти устала стоять на одном месте в ожидании, как в проеме стены показались целых три кареты стандартного образца — абсолютно в такой же я приехала в гарнизон ого-го уже сколько дней назад. Упряжи на крылоконях тоже были стандартного образца. И форма на людях. Ну что тут скажешь, армия. Кареты остановились вереницей — и из первой тут же выскочил взмыленный квартет в гражданской одежде и с кучей бумаг и коробок в руках. Я уже прикидывала, к кому эти дамы и джентльмены — в бухгалтерию или сразу ко мне, как из следующей кареты плавно появился весьма колоритный господин.

Он вообще привлекал к себе внимание — черная с золотом форма, начищенные до блеска сапоги, выправка, высокий, широкий, лысый, но с окладистой темной бородой. Брови на его лице ходили вверх-вниз, совсем как у Аттики, а взгляд как прицел шарил по округе, то задерживаясь на мне, то сосредоточиваясь на чем-то еще. Сказать, что мне стало неуютно, это ничего не сказать. Ужас, а это кого принесло?!

Маршал тем временем весь подобрался, хотя втягивать ему все равно было нечего, не то что мне. У меня и в висках заломило, а когда уж неизвестный подал голос, так и вовсе отчего-то колени затряслись.

— Дейс, признаю, отличная работа, его величество доволен. С остальным разберутся дознаватели. Твой запрос уже выдвинут на рассмотрение на ближайшем совете.

— Благодарю, генерал Гонзо, — рявкнул маршал. — Приветствую в Нижнерейнском королевском гарнизоне!

Что? Кто? Перед глазами слегка помутнело, тело Аннет задеревенело, и только я своими собственными силами разогнула пальцы, да и вообще заставила себя если не расслабиться, то выглядеть таковой. Вот вам и привычки тела, вот вам и психосоматика. Ну да, папаня у Аннет оказался классический генерал, благо не анекдотичный деспот, но все равно шаблонный — голос, резкость, приказы — вот это все. Вот только меня взглядами было уже не прошибить. Я, конечно, козырнула, как здесь принято, а теперь таращилась вдаль, не вмешиваясь в разговор вышестоящих, даже виду не подав, что передо мной отец. Да и он пока на меня внимания не обращал.

— Читал отчет, ты отлично поработал. Гарнизон радует по показателям. Новые методики? И заявление на выделение средств на дальнейший ремонт одобрят в следующем полугодии. Опять же расследование о растрате…

Я даже зубами скрипнула, так и хотелось голос подать, влезть в разговор. Ведь это мои заслуги! Ну большая часть, и то ли еще будет!

— Касательно этого — я думаю, вы знакомы с лейтенантом Гонзо. Большая часть нововведений это ее рук дело…

Честно, я чуть не прослезилась. Вот не зря Пыль маршалу мышь принесла, задобрила же явно, как бы он ни крутил носом. А ведь мог же забрать себе мои достижения!.. Но не стал. Порядочный!

— Аннет, хм-м, — отец повернулся ко мне, и я сильнее вытянулась, вжимая в себя все лишние жиринки. Очень уж неприятно было вот так вести себя, но, увы, от генерала зависело многое в моей жизни. Пока я еще встану на ноги и сделаю себе карьеру и имя… Но, кажется, отец был в добродушном настроении. — Добро, Аннет, ты не посрамила честь семьи. Я не ошибся в тебе, когда говорил, что ты справишься.

Ага, вояка хренов! Я не стала ничего говорить, просто сделала лицо кирпичом. Ну правда, лучше с генералом не оставаться наедине. Даже если он и не слушал толком Аннет, все равно мог что-то заметить, а оно мне надо? Лучше уж — пусть это и немного малодушно — спрятаться за спиной маршала. Он сегодня себя показал приличным человеком.

— Генерал, касательно моего назначения?.. — снова перевел внимание генерала на себя маршал. Он сегодня вообще меня радовал. — Мне стоит подать дополнительное заявление на предоставление мне отпуска или…

— Или, маршал Дейс, или… Назначение будет отозвано, как и было оговорено, — неожиданно улыбнулся мой отец. — Не смею задерживать, сынок, тебя уже ожидают.

— Кто?.. — маршал нахмурился, но быстро сориентировался, глаза у него стали круглыми и удивленными. Я не поняла, куда он смотрит и что увидел, и не будешь же таращиться специально. А маршал тем временем взял низкий старт. — Разрешите удалиться?

— Свободен, поговорим позже.

Маршал резвым шагом рванул в сторону приехавших… И тут двери последней кареты распахнулись, и до меня донесся женский голос:

— Так, Ари, не дергай кофту, не дергай, а если оторвешь пуговицы, то хотя бы не бросай, отдай маме, хорошо? Мир, осторожнее, не прыгай!..

И тут из кареты вылетел ребенок лет шести, приземлился на ноги, не удержался, упал на пятую точку — светлые штанишки тут же стали зелеными, поднялся, мотнул головой и ринулся вперед с криком:

— Папа-па-па-папа-па!..

И папа уже был наготове. Маршал подхватил ребенка, подбросил в воздух, закручивая ветер вихрями, из-за чего мальчишка громко засмеялся, поймал — и вот он уже у кареты с протянутой рукой, за которую ухватилась молодая женщина. На руках женщина — жена маршала? — держала совсем крошечную девочку в токсично-зеленой кофте с вырвиглазными красными пуговицами, от которых малышка явно была без ума, все пыталась засунуть в рот. А я с офигеванием смотрела на эту идиллию. Тем временем маршалу достались и поцелуи, и обнимашки, и выглядел он в этот момент… как-то совершенно иначе, даже заразой не обозвать. М-да уж, любящая семья меняет человека.

— Аннет, твое первое задание ты выполнила, так что имеет смысл перевести тебя ближе к столице, — услышала я и не сразу поняла, о чем это отец, так уж засмотрелась на милейшую картину. Нет, ну правда, не может же быть человек одновременно и ядовитой заразой, и чудесным семьянином? Или может?

— Перевести? — повторила я и уставилась на отца.

— Естественно, твоя карьера только выиграет от этого, — добавил он, важно кивая, — к тому же вакантное место будет в одной из моих частей… Это очень выгодное предложение, так что советую написать прошение о переводе. Ты же знаешь, что я всегда желаю тебе добра, Аннет.

Офигеть просто! То есть вот так — советами — меня наверх пропихают так, как удобно семье, а не так, как мне хочется. Еще и под боком у папочки буду сидеть. И бросить свой гарнизон? Бросить своих запасников? А как же планы на торговлю композитом? А как же планы по ремонтным работам и превращению этого места в идеальный гарнизон?.. Да и вообще, мои планы, а не родительские? И если Аннет не могла сопротивляться, то я — совсем другое дело!

— Я останусь, — спокойно ответила я.

— Аннет, это неразумно, — вскипел генерал, но мне уже было немного все равно. Напряжение внутри, которое возникло при виде нахмуренных бровей и грозного взгляда, постепенно отпускало, память Аннет развеивалась, ее чувства больше не были властны надо мной… нет, над нами. Силы, чтобы противостоять иногда миру, иногда банально родственникам или обстоятельствам, тоже должны откуда-то браться. В нашем случае появилась я.

— Но это же моя карьера, да? — я улыбнулась, а во взгляде сурового генерала мелькнули растерянность и, похоже, даже гордость за мое решение. Что, не ожидал от дочки сопротивления? И этому, кажется, теперь рад?

— Место маршала все равно теперь вакантно, — очень осторожно прощупал почву генерал. — Пойдем, покажешь мне все? — предложил он и не сдержался, вздохнул: — Да, но если ты пожалеешь…

— Я не пожалею, — в ответе я не сомневалась. У меня столько планов, столько идей — как от них отказаться? Не получится одно, придумаю другое, закончу с гарнизоном, будут еще возможности, главное — не останавливаться и выбирать свой путь.

Я перевела взгляд на гарнизон, потом на лес за ним — мир мне по-прежнему был мало знаком, но это не дело — положиться на других и покорно идти за кем-то. Это не для меня. Я сама всех за собой поведу, это было только начало!

Не бахвальство же, а доказанный факт: я все умею лучше!