Глава 29

Сессия закончилась, у меня начались каникулы. Но заняться мне было нечем и не с кем, так и сидела дома. Ян здесь не появлялся, и я все острее ощущала одиночество.

Раньше были он и я — мы вместе. А теперь только я. И от этого тоска разливалась на душе, порой становилось невыносимо, что выть хотелось. Выкручивало наизнанку до тошноты, почти до потери пульса. Хотелось бы сбежать, но некуда. Так и сидела в четырех стенах чужого дома, как неприкаянная. Одиночество проникало в душу все сильнее, разъедая изнутри, словно ржавчина.

Однажды я нашла в кухонном шкафу бутылку красного вина. Сначала не решалась открывать без спроса, а потом просто на все плюнула и выпила за день половину. Стало легче. Настолько, что на второй день я ее допила. Плевать, если Ян будет возмущаться. С вином вообще на все плевать.

А затем наступила годовщина смерти родителей. Эйфория от алкоголя испарилась, и я чувствовала себя еще более разбитой. Ночью спала плохо, все маму с папой вспоминала, много плакала. Как же я по ним скучала! Без них моя жизнь превратилась во мрак. И почему они так рано ушли из этого мира? Почему оставили меня одну?

Если бы только у меня была машина времени…

Интересно, Андрей помнит? Может, напился до беспамятства и забыл. Наверняка ему плевать, так же как и плевать на меня. Он ведь даже не позвонил мне ни разу, не спросил, где я, и уж тем более не извинился. Бессердечный! Да и с отцом у него отношения всегда были натянутые, а мою мать он сразу невзлюбил.

Не выспавшись, я встала рано утром и напекла блинов, чтобы помянуть родителей. Так мама всегда делала, когда поминала бабушку. Я хотела напечь немного, а в итоге не рассчитала, и получилась целая гора, дня на два хватит.

Закончив готовку, я достала джем, потому что ни варенья, ни меда у Яна не было. Съела один блинчик, и на глазах навернулись слезы. Как же мне не хватает родителей! Как бы хотелось поговорить с ними, обнять, да или хотя бы просто увидеть.

Вдруг входная дверь хлопнула, и от неожиданности я подскочила с места. Вышла в коридор, встречаясь взглядом с Яном. Он застыл на пару секунд, словно не ожидал, что в будний день днем я могла быть дома.

— Привет, — осмелилась начать разговор первой.

Мы несколько дней не виделись, что как-то даже непривычно. Словно последние четыре месяца мне вообще приснились, и мы никогда не были близки. Да и Ян будто изменился — еще больше посуровел, а глаза стали на тон темнее.

— Привет. Что-то случилось? — заметил мои слезы.

— Сегодня годовщина… — мой голос слегка дрогнул, пока я подбирала слова. Ян, возможно, помнил. Он ведь был на похоронах. — Помянешь со мной… родителей?

— Сегодня? — хмуро переспросил, на что я кивнула. А после недолгого раздумья согласился.

Родителям бы понравилось, что кто-то их помнит, кроме собственных детей. Обычно мама в такой день соседей и друзей угощала. Говорила, чем больше людей помянут, тем лучше.

Я навела чай для Яна и поближе пододвинула баночку с клубничным джемом. Села напротив, наблюдая, как он намазывает его на блин.

— Андрей помнит? — тихо спросила я.

— Не знаю.

— Он ничего не говорил?

— Мы с ним не виделись.

— Почему? — слегка удивилась.

Они ведь лучшие друзья. К тому же брат отсутствовал полгода. Неужели дело во мне? Андрей разозлился на Яна, что тот залез ко мне в трусы?

— Занят, дел много, — ответил Ян, откусывая половину блина за раз.

— Каких дел? — прищурилась я. Он ведь постоянно где-то пропадает, дома почти не ночует.

— Квартиру тебе подыскиваю. Завтра, если свободна, поедем смотреть.

И правда подыскивает? Все же не просто слова на ветер бросал? Но больше всего мне хотелось бы вернуться домой. Там я не чувствовала себя одиноко.

— Мог бы выкупить квартиру у Андрея, — мечтательно пробубнила я, но Ян услышал.

— Он не продаст, Лера.

— Почему так уверен?

— Потому что у него пунктик на все, что с этим связано.

— В смысле?

Ян дожевал блин и запил чаем. Неторопливо, словно время тянул. Будто раздумывал, стоит ли отвечать.

— Много лет Андрею в этой квартире было не место. Отец развелся с его матерью и, считай, вышвырнул на улицу.

— Все было не так, — возразила я.

У папы просто появились мы, и Андрей стал жить с матерью. Но приезжал навестить отца время от времени.

— У него своя правда и свои обиды.

— Он лишил меня жилья, родного дома! — с досадой выпалила я.

— У тебя будет свое жилье. Даже лучше этого. Вашу пятиэтажку все равно снесут лет через десять-двадцать.

Я опустила глаза, не зная, что на это сказать. Возможно, Ян прав. Квартира, доставшаяся от отца, старая, как и дом. Такие еще с пятидесятых годов строили. Но все же она моя.

— Тебе не понять. Там у меня много воспоминаний… Особенно о родителях, — тихо произнесла, обнажая душу. — Я по ним очень скучаю.

— Хочешь съездить на кладбище? — вдруг предложил Ян спустя паузу.

— Сегодня? — подняла на него глаза.

— Сейчас. Я тебя отвезу.

— Ладно. Спасибо.

Без машины добираться туда неудобно. Автобусы хорошо ходят только на родительский день и в выходные, а в будни можно прождать час-другой. Потом еще от остановки конечной идти далеко. В прошлый раз нас Андрей возил, но вскоре по пьяни разбил свою машину.

Ехали мы молча. Только музыка играла по радио, и я была ей рада. Все лучше, чем в тотальной тишине. Я наблюдала за хлопьями снега, что кружили за окном, укрывая город белым одеялом. Но благо сегодня было не слишком холодно, сквозь облака даже пробивалось солнце.

Я немного задумалась, что даже не сразу заметила, как перед выездом на трассу Ян внезапно остановился у цветочного ларька.

— Какие цветы твоя мама любит?

— А? — растерянно переспросила.

— Цветы, — спокойно повторил, переводя на меня взгляд.

— Любые, наверное…

Мама была не из капризных. Да и большинству девушек любые цветы нравятся, верно? Даже простые ромашки, они ведь тоже красивые.

— Подожди в машине, — велел Ян и вышел наружу.

Вернулся спустя пять минут с охапкой белых роз. Просто розы на длинной ножке, без обертки и лишней мишуры. Десять штук.

— Сколько стоят? Я отдам деньги, — сказала я, беря букет в руки.

Ян только недовольно зыркнул, проигнорировав мой вопрос. Сурово уставился в лобовое стекло и стал выезжать на проезжую часть. Оскорбился, как и всегда, когда я не хотела принимать от него подарки.

Могилу родителей я нашла только с третьего раза, запамятовала, где именно нужно было свернуть. Кладбище большое, поэтому я немного заблудилась. Но Ян не высказывал недовольство, просто молча шел за мной следом.

Наконец, когда пришли, я робко встала у оградки, окидывая памятники взглядом. Слегка грязные, но захватить тряпку, чтобы их протереть, я не додумалась.

Родители похоронены вместе, хотя Андрей поначалу был против. Уже и не помню, как удалось его уговорить, ведь почти за все платил он. Ну, еще соседи немного помогли и знакомые.

— Мам, пап, привет, — произнесла я, сдерживая слезы. — Ваша дочь пришла. Давно не виделись.

Я открыла ограду и вошла внутрь по хрустящему белоснежному снегу. Аккуратно положила цветы у памятника матери.

— Ян цветы тебе привез. Помнишь Яна? Он друг Андрея.

— Я тебя у дороги подожду, — сказал он и тактично оставил меня одну.

— У нас с Яном своя история… долго рассказывать. Да и в любом случае все закончилось. Хотя я, наивная, думала, что у нас все по-настоящему, что я для него много значу, а не просто… — потупила взгляд, уставившись на цветы.

Обида сдавила горло, что слова давались с трудом. Я тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Так много хотелось им сказать, но когда приехала, путные мысли в голове испарились.

— Я сессию на пятерки сдала, — натянуто улыбнулась, зная, что родители мной бы гордились. — На диплом красный иду. Только вот с Андреем отношения испортились. Он совсем изменился, папа. Стал пить, влез в долги, а теперь из дома меня выгнал, — все же расплакалась, не сдержав эмоций. — Жалко, что вас нет рядом. Некому за меня заступиться.

Я провела с родителями около получаса. Было немного стыдно, что так надолго оставила Яна, но мне необходимо было выговориться, скинуть с себя этот груз. В последнее время чувствовала себя как никогда одиноко и потерянно.

Ян ждал меня чуть поодаль, на дороге у поворота.

— Извини, что долго.

— Все в порядке.

Молча мы пошли к машине. Он ничего не спрашивал, и я была рада. Витала в своих мыслях. Андрей так и не появился и вряд ли приедет. Не удивлюсь, если он вообще забыл.

— Нам сюда, Лера, — позвал меня Ян, когда я свернула не в ту сторону.

— Ой, задумалась.

— Замерзла? — догадался по моим красным щекам, мельком окинув взглядом. — Пошли быстрее, я печку в машине включу. Не то опять простынешь.

— Мне нормально, — смутилась от проявления заботы, но шаг ускорила.

Обратно мы тоже ехали молча, слушали радио. Хотелось снова немного выпить, но просить Яна заехать за алкоголем я не решилась. Он наверняка не в курсе, что я его бутылку вина приговорила, вдруг ворчать на меня будет.

Когда машина остановилась у подъезда, я отстегнула ремень безопасности. Взялась за ручку двери, но потом заметила, что Ян так и не заглушил мотор.

— Идешь? — уточнила я.

— У меня дела, — сухо ответил, даже не взглянув в мою сторону. Снова практически игнор, словно я пустое место.

Хмыкнув, я вышла из машины, громко хлопнув дверью. Направилась к подъезду, доставая ключи. Ян так и не отъехал и, решив, что он все же передумал, я обернулась.

Наши взгляды встретились. Его холодные карие глаза словно в душу заглядывали. Смотрел на меня в упор, волком, но я выдержала, не отвела взгляд. Шумно выдохнула, чувствуя, как учащается сердцебиение.

Ну давай же, выходи! Нам надо поговорить!

Но вдруг Ян стал сдавать назад, и меня охватило разочарование. С досадой наблюдала, как черный «Гелендваген» удаляется.

Вернувшись домой, я помаялась без дела, а затем решила посмотреть фильм. У Яна кабельное: выбирай любое кино, какое хочешь. Настроение было мрачным, поэтому я включила драму. Поплакала вместе с главной героиней, потом поставила новое кино.

Ян так и не вернулся, и чувство одиночество усиливалось. Уже пожалела, что не купила алкоголь. Выбрав очередной фильм, я свернулась на диване калачиком, а после заснула, так и не досмотрев.