Глава 24

Придя домой, разулась и плюхнулась на кровать. Смотря в потолок, все никак не могла собраться с мыслями. После долгих размышлений, рука сама собой потянулась к низу живота. – Ты правда тут? – сквозь слезы радости спросила, поглаживая. – Это так неожиданно для меня и мне нужно время, чтобы свыкнуться с этой мыслью, но я уже люблю тебя, – улыбаясь, проговорила. Села поудобнее, сложив под себя ноги, и осмотрелась. – Вот тут поставлю твою кроватку, – показала рукой на свободную стену, представляя маленькую деревянную колыбельку с мягкими игрушками. – А вот тут, твой комодик. Ты не смотри на этот столик, его уберем. Я представляла, как буду обустраивать комнату для малыша, подбирая самые милые и уютные вещи. В голове мелькали картинки: яркие погремушки, мягкие пледы, маленькие одежды. Все это приносило мне такое счастье, что я не могла удержаться от улыбки. – У нас будет много игрушек и книжек, – продолжала я говорить вслух, словно разговаривая с малышом. – И много-много любви. Осталось только сказать о тебе твоему папе, – почти шепотом проговорила. Я всячески оттягивала момент, когда придется признаться Ивану. В груди словно сдавило – тяжело дышать, мысли путаются, и я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме своего страха. До ужаса боялась услышать то, что не хочу. Что он скажет? Что подумает? Смогу ли я вообще принять его слова? Мой телефон лежал на столе, как источник всех бед, и я все никак не могла взять его в руки. Мысли кружились вихрем, отчаянно споря друг с другом. "Скажи ему сейчас, это нужно сделать" – настаивала одна часть меня, в то время как другая кричала: "Нет, подожди, может, еще не время". Вечером, когда сумерки уже окутали комнату, я наконец собрала остатки храбрости. Сначала просто сидела, держала телефон в руках и смотрела на его имя на экране. Пальцы дрожали, как будто телефон был тяжелее, чем обычно. В голове бушевал настоящий ураган: "Что, если он скажет что-то, что разобьет меня окончательно?" Несколько раз хотела нажать на кнопку вызова, но страх словно парализовал меня. Внутри все сжалось, в груди начал нарастать комок, который грозил разорвать меня изнутри. Но я понимала, что так больше нельзя, что момент истины неотвратимо приближается. Наконец, собравшись с духом, я решилась. Закрыла глаза, сделала глубокий вдох, словно перед прыжком в ледяную воду, и, прежде чем могла снова испугаться, резко нажала кнопку вызова. Телефонный гудок разнесся по тишине комнаты, а сердце замерло, затаив дыхание в ожидании ответа. – Привет, Александра, – прозвучал его голос на другом конце провода, и сердце мое пропустило удар, – прости, что пропал. Были дела. – Привет, – мой голос звучал хрипло и неуверенно. Слова застревали в горле, а сердце так колотилось, что казалось, его стук может услышать даже Иван. В голове была лишь одна мысль: "Я должна сказать ему… Я должна…"