Глава 56

Когда встретила его взгляд, сердце дрогнуло. Он выглядел измотанным, словно прошёл через ад и вернулся, но когда его взгляд остановился на коляске, что-то в нём изменилось. – Саша… – его голос дрожал, как будто он боялся узнать правду. – Ты уже… родила? Кивнула, чувствуя, как слёзы начинают собираться в уголках глаз. Слова казались слишком тяжёлыми, но я знала, что должна их произнести. – Да, на той неделе, – прошептала, пытаясь сдержать рыдания. – Это Лиза. Наша дочь. Его лицо застыло на мгновение. Время, казалось, остановилось. Иван медленно, почти нерешительно опустился на колени рядом с коляской. Я увидела, как его руки дрожат, когда он осторожно коснулся маленькой ручки Лизы. Она спала, совершенно не зная, что её отец был сейчас рядом. И вдруг я увидела, как по его щекам начинают катиться слёзы. Сильный, уверенный Иван, которого я знала, не мог сдержать своих эмоций. Чувствовала, как его боль и радость смешиваются, словно он наконец-то нашёл ту часть себя, которая долгое время была потеряна. – Прости меня, Саша, – его голос сорвался, в нём слышались ноты раскаяния и боли. – Я искал тебя, но всё было так сложно… Похороны… Дети… они не могли поверить, что мама не вернётся. Он пытался объяснить, а я лишь стояла, не в силах произнести ни слова. Внутри меня всё перевернулось. Я долго держала в себе обиду, разочарование, гнев. Но видя его сейчас – такого сломленного, уязвимого – поняла, насколько все было сложнее, чем мне казалось. – Я пыталась дозвониться, но… – Меня постоянно отвлекали, – перебил он, его глаза были полны отчаяния. – Дети… похороны… Я хотел быть рядом, но… Он замолчал, и я почувствовала, как его рука осторожно коснулась моей. Это прикосновение напомнило мне о тех днях, когда мы были счастливы вместе, и сердце вновь забилось быстрее. – Саша, я овдовел, – сказал он тихо, его голос дрожал от боли. – Дети в шоке, они переживают страшную утрату. Я должен быть рядом с ними, поддерживать их. Мир подо мной покачнулся, стоило мне понять смысл его слов. Я не знала, что сказать, как отреагировать на его признание. Сколько боли он пережил за это время, сколько раз я судила его неправильно. Я хотела что-то произнести, но слова застряли в горле, и единственное, что могла сделать – это стоять перед ним и плакать. Его слова эхом отдавались в моём сознании: "Я овдовел… Дети в шоке…" Осознала, насколько глупо повела себя, когда отправила в черный список, и мне стало стыдно за свою нетерпеливость и упрямство. Какой дурой я была, что не дала ему шанс объясниться, ведь он не отвечал из-за похорон и заботы о детях. Слёзы катились по щекам и я чувствовала, как кусочки пазла в моей голове начинают складываться воедино. – Прости меня, – прошептала я, глотая слёзы. – Я была так слепа и эгоистична… Всхлипнула и прижала руку к груди, ощущая, как сердце сжимается от понимания, насколько я была неправа. Иван, увидев моё состояние, осторожно взял меня за руку и крепко сжал её. – Ты не виновата, Саша, – сказал он мягко. – Всё было так сложно… Но теперь я здесь, и я хочу быть с вами. Слёзы текли по моим щекам, и я не могла их сдержать. Иван вытер одну слезу с моего лица, его взгляд был полон нежности и решимости. Его прикосновение было тёплым, как когда-то давно, когда между нами не было стольких преград и тяжёлых решений. – Я хочу быть с тобой, – его голос снова дрогнул, и он закрыл глаза на мгновение, словно собираясь с силами. – Я хочу быть с нашей дочерью. Мы можем попробовать снова, если ты позволишь. Нам нужно время, чтобы дети привыкли к мысли о новой семье, но я хочу, чтобы мы были вместе. Возможно, я не заслуживаю второго шанса… Но если ты дашь мне его… Если ты сможешь поверить в нас, как раньше… Я не подведу. Я больше не исчезну. Его слова проникали в самое сердце, вызывая волну эмоций. Смотрела на него, чувствуя, как старые обиды растворяются в его словах. Все эти месяцы я строила вокруг себя стены, убеждая, что не смогу снова доверять ему, что слишком много произошло. Но теперь… когда он стоял передо мной, такой уязвимый, открытый… я не могла не вспомнить, за что когда-то его полюбила. – Иван, – начала я, пытаясь собрать мысли воедино. – Я тоже хочу, чтобы мы были семьёй. Но я не знаю, сможем ли мы всё это выдержать. Мне страшно. Он крепче сжал мою руку, взгляд его был полон решимости и любви. – Мы справимся, – сказал он твёрдо. – Вместе. Я не обещаю, что будет легко, но я обещаю, что буду стараться. Ради тебя и своих детей. Я потерял слишком многое. Я не позволю нам потерять друг друга. Я посмотрела на Лизу, затем на Ивана. В глубине души знала, что он говорит правду. Мы должны попробовать. Ради Лизы, ради нас. – Хорошо, – прошептала я, чувствуя, как надежда начинает расправлять крылья. – Давай попробуем.