ГЛАВА 17

Настя

Смотрю на его напряженное тело. Создается чувство, что ему больно и это или от того, что я тут и Зевскому настолько противно, что его корежит или это все-таки от его травм. Из ссадины на брови начинает сочиться кровь, стекая медленной и тонкой струйкой по его лицу. Никита не обращает никакого внимания на это, а вот я не могу и осторожно стираю ее пальцами. Пачкаю руку, растирая по ней кровь.

– Тебе нужен врач, Никита, – смотрю на него и поверить не могу, что все это происходит со мной.

Всю жизнь я твердила себе, что таких, как он – нужно обходить стороной, а тут сама пришла.

– Психиатр? – серьезно так уточняет, что я на мгновение теряю связь с реальностью. Парень снова стирает кровь с лица.

– Ну для начала нет, а там как пойдет, – пытаюсь изменить свое положение, но если я хоть немного приподнимусь, то уткнусь лицом в его. – Тебе, правда, нужно обработать раны Никит, правда.

– Ты невероятная дурында, – качает головой и перекатывается на спину, кровь вроде не течет, но рану все же нужно обработать и не ее одну.

Лежит рядом неподвижно, тоже не двигаюсь. Боюсь. Чего? Сама не знаю, но его точно не боюсь. Он просто прячет за этим фасадом доброе и ранимое сердце.

– Ну ты тоже знаешь ли умом не блещешь, – возражаю и скрещиваю руки на груди. – Кто настолько слаб и важен, что ты так себя подставил? Разве этому человеку плевать на тебя? Разве нельзя было помочь тебе хотя бы оправиться? Раз уж ты впрягся за кого-то, то этот человек, и выхаживать тебя должен. Заботиться и прочее, что тебе понадобится. Он, – замолкаю и перевожу дыхание, – ну или она, должны помогать тебе сейчас, а ты тут один. Показываешь мне насколько крутой.

Поднимаюсь и, облокотившись на локоть, поворачиваюсь к нему, он смотрит на меня полуоткрытыми глазами, кажется, что еще немного и уснет вообще. Прекрасно, моя гневная речь его практически усыпила. И чего я распинаюсь?

– Просто это не честно по отношению к тебе, Зевский. Понимаешь?

– Жизнь вообще чертовски не справедливая вещь, – говорит бесцветным голосом. – Или ты настолько тепличная, что не заметила этого?

– Я думала, что у тебя память немного длиннее, – прищуриваюсь.

– У меня еще кое-что длиннее имеется, – прикусывает нижнюю губу.

– Пошлый как обычно, – качаю головой. – Вроде бы не так давно я рассказывала тебе о том, что у меня было не такое радужное детство, которое возможно было у тебя? Хотя если быть честной, то мне интересно какое оно было у тебя, раз уж ты знаешь о моем?

– Обычное, – хмурится.

– Вот прям ничего выдающегося? – не унимаюсь я.

– Да. Я один ребенок семье. Родители всю жизнь работают и поэтому сколотили не хилое состояние.

– Почему ты отдельно живешь?

– Разные взгляды на жизнь? – спрашивает у меня, и я удивленно смотрю на него. – Как тебе такой ответ, устроит?

– Если это правда, тогда вполне. Заставляли тебя подчиняться стандартам? – подстегиваю его продолжить разговор.

– Типа того. Именно по этой причине я переехал в другой город, потом купил тут квартиру и живу полностью за свой счет.

– Тогда понятно.

– Что именно? – прищуривается.

– Ну мне было удивительно, что парень такого уровня жизни, на такой машине и с такими родителями живет в нашем поселке, – объясняю свое мнение. – Не обижайся, но такие как ты, обычно живут в центре Москвы, а не в пригороде. Ну, а если и так, то точно в элитном районе, а не в обычном спальном.

– И чем ты себе все это объяснила? – недовольно уточняет.

– Да не злись ты, – улыбаюсь.

– Я не злюсь, просто интересно.

– Ну если ты живешь тут и как выяснилось, зарабатываешь на себя сам, а еще и учишься, то вероятно твой заработок не так велик. Хотя все твое окружение, друзья и девушка, кричат о вашем статусе, – поджимаю губы, глупый разговор получается, и я чувствую напряжение в воздухе, которого не было раньше. – Именно поэтому ты в нашем доме, а не в элитке какой-то.

– Интересная теория. – Он все также лежит и пристально за мной наблюдает. – А если я незаконно зарабатываю на жизнь, а тут просто прячусь?

Ого, а вот об этом я не подумала.

– Ну, тогда думаю Коршунов, и твоя Яна не крутились бы с тобой. Такие как они и так проблемные и еще больше дерьма в жизни им не нужно.

Слышу звонок моего телефона. Оставила его на столешнице, на кухне, пока суп грела и мальчика кормила. Встаю с кровати и под его пристальным взглядом выхожу из спальни.

– Привет, Лисичка, – слышу довольный голос по ту сторону трубки.

Узнаю мгновенно. Так меня называют только два парня.

– Привет, – настороженно отвечаю.

– Ну как там наш пациент? – интересуется Вадим, а я слышу какой-то шум на заднем плане, он не дома точно.

– Все нормально, ну, насколько это вообще возможно в его состоянии.

– Ясно, – говорит парень и шепчет что-то явно не мне, – ну так как насчет свидания? Ты мне так и не ответила.

– Я ответила, Вадим. Прости, но я откажусь. Мы можем общаться, я не против, но ничего больше.

– Ой, все, я понял. Спрошу позже. Ладно, ты там держись, Зевс сейчас будет жутко злой.

Потом он просто кладет трубку. Удивленно смотрю на телефон в руках, понять не могу, о чем вообще речь? Но как только оборачиваюсь, чтоб вернутся к Зевскому, понимаю, о чем речь. Парень смотрит на меня пристально и зол как черт. Давно он тут вообще?

– Ты что подслушивал? – пытаюсь быть серьезной и не показывать, что остерегаюсь его такого.

Не боюсь его, точно нет, просто по опыту из детства знаю, что люди в гневе могут быть опасны. Никита делает несколько слишком резких шагов в мою сторону, на что я интуитивно вздрагиваю, это не укрывается от его взгляда. Прищуривается и хватает меня руками за плечи.

– Я никогда не ударю тебя и не причиню тебе боли, – говорит твердо и уверенно. – Тебе не нужно бояться меня, Лиса.

– Я не боюсь, – качаю головой, – это просто инстинкт из прошлого.

Он хмурится и крепко сжимает челюсть, а потом резко хватает меня на руки и несет обратно в спальню. Осторожно кладет на постель и ложится рядом. Просто рядом, нет касаний или объятий, хотя почему они вообще должны быть?

– Что он хотел от тебя? – вдруг спрашивает после нескольких минут молчания

– Кто? – не сразу понимаю о ком разговор.

– Не делай из себя идиотку, которой не являешься, – грубо бросает и смотрит пристально.

– Если ты про своего друга, то он хотел узнать, как ты? – понимаю, что он про разговор с Вадимом.

– Почему у тебя?

– Ну, может, я ему нравлюсь, и он хочет пригласить меня на свидание? – ухмыляюсь и, если честно сама в это мало верю.

– Тебя? – недоверчиво переспрашивает и выводит меня из себя этим.

– А почему нет? Недостаточно хороша для таких как ты и он? Не настолько яркая и вызывающая? Или по мне просто видно, что я не вашего поля ягода?

Смотрит и молчит. Я просто не верю, что нахожусь тут и стараюсь помочь ему. Стараюсь как-то скрасить его день и узнать ближе. Кому это нужно? Мне? Ему? А может, я просто обманываюсь, на самом деле он играет? Я просто обычная девчонка, которая попала в лапы к двум опасным хищникам, которые ведут игру между собой, а я лишь жертва? Глупая и наивная жертва, которая после победы одного из них, просто не сможет собрать себя по частям. Он все еще молчит и ничего не отвечает, а я принимаю это за ответ и осторожно встаю с кровати. Беру телефон, что лежал рядом. Оборачиваюсь и смотрю на него.

– Больше никогда ни ты, ни твои друзья не подходите ко мне. Я больше не хочу видеть тебя и знать о твоем существовании, хочу так, как было раньше, – перевожу дыхание и сдерживаюсь, чтоб не плакать.

Черта с два он увидит мои слезы, вот только моя душа и тело думают иначе, несколько слезинок все же скатываются по щекам.

– Не думал, что ты плакса, Лиса, – просто говорит он со своего места.

– Да, я такая, – повышаю тон. – Но я настоящая, а ты и твои прогнившие лицемерием и лживостью друзья, держитесь от меня как можно дальше.

Я бегу со всех ног из его квартиры, будто за мной гонится стая диких животных. Выдыхаю только, когда закрываю за собой двери своей квартиры. Хватит с меня Зевского, Коршунова и их злобной стервы. Пусть катятся ко всем чертям из моей жизни.