Глава 30

— Держи, — сунула в руки мужа тарелку с тушёным зайцем. Я тоже была немного обижена и решила капельку подуться.

Нового блюда было мало, поэтому сначала съели мясо с капустой, кашу с овощами, ну а на десерт Мерин и Броган, раздали каждому по небольшому кусочку зайчатины, приготовленные разными способами.

Что сказать, тарелки с нашим блюдом были осмотрены и оставлены в сторонку. Анрэй и Кахир с недоумением смотрели на мясо в белом соусе и даже исходящий аромат, пока не переубедил попробовать новое для них блюдо.

Лицо Броган было счастливым, она просто светилась довольством, как же, именно в её блюдо мужчины вцепились зубами и теперь с удвоенной силой пытались прожевать сухое мясо.

— Хм…, — промычала, с наслаждением впиваясь в нежнейший кусочек. Лиам, Дерин, Мейв и остальные детки, взглянув на меня, тоже запихнули по кусочку. Смотреть на удивлённые лица ребятни, которые тут же стали довольными, а их ложки замелькали быстрее, было одно удовольствие.

— Куинн, такого нежного мяса я не ела, — пробормотала Кара, не прекращая жевать.

— Правда, Куинн, это потрясающе вкусно, — поддержала Синид и Мерин.

Я просто кивнула, продолжая поглядывать по сторонам: так первый пошёл, муж Броган, не выдержал и, отставив недоеденный кусок зайчатины, приготовленный своей женой, взял тарелку с нашим блюдом. Броган недовольно зыркнула на мужа, но промолчала, наверняка мужика ожидает та ещё ночка.

— Это же мясо? — изумлённо спросил Кахир, прожевав кусочек, — а в чём оно?

— Мясо, в сметане тушили, — ответила за меня Мерин, я не прекращала наблюдать за мужем Броган, который, прикрыв глаза, смаковал каждый кусочек, и я пропустила смену тарелок в нашей части стола.

— Очень вкусно, — кивнул Кахир, продолжая есть. И после его слов, все словно по команде, отложили жёсткое мясо, приготовленное Броган и взялись за наш кулинарный шедевр. Дети давно уже съели свои порции и Мерин выскрёбывала его остатки из котла в их тарелки.

А Броган и её две «мадамы», недовольно пыхтели и наверняка мечтали, чтобы я исчезла. Мне честно было плевать, можно было, конечно, не устраивать этот цирк. Но каюсь, не стерпела. Уж больно противная баба, которая старательно, подрывает мой авторитет, наработанный с таким трудом.

— Спасибо, — поблагодарил Анрэй, отставив тарелку, — очень вкусно.

— Пожалуйста.

— Идём, — подал мне руку, помогая подняться.

До повозки шли молча, каждый думая о своём. Я давно на него не сердилась, но уступать не хотелось. Как-то не привыкла, что на меня рычат и командуют. Хотя понимала, причину такого поведения. А о чём думал муж, мне не известно. Залезли в наш передвижной домик, так же молча, я попыталась придать кровати более или менее удобный вид, а Анрэй замер у входа и нечитаемым лицом наблюдал за моими суетливыми движениями.

— Куинн, — мужчина несколько мгновений пристально меня разглядывал, а потом в один миг оказался рядом. Его сильные руки, бережно подхватив меня под спину, прижали к широкой груди, — не пугай меня больше…

Мы просидели так, наверное, около пятнадцати минут. Наконец он отстранился и посмотрел мне в глаза. В его взгляде было столько боли, что я невольно отшатнулась.

И мне стало стыдно, за свою глупую обиду и необдуманные действия, прижавшись к мужу всем телом, я прошептала:

— Прости, я не хотела.

Наверное, это была наша самая длинная ночь. Мы не могли оторваться друг от друга. И если первая была полна страсти и осторожности, следующие мы будто подростки, торопливые и жадные, ловили каждое мгновение. То эта, была полна нежности и какой-то болезненной тяги, нам было страшно оторваться от друг друга. Мы словно две слипшиеся конфетки. Тянулись всем телом, впитывали в себя запахи, дыхание, ощущения — запоминая.

Утро было чудесным, я проснулась рядом с мужем, он ещё спал и во сне выглядел умиротворённым. Видеть его таким, удаётся очень редко и я не удержалась. Чуть пододвинувшись, я осторожно коснулась его губ и тут же была обнята и расцелована, этим хитрым захватчиком.

— Попалась? — прошептал Анрэй, щекоча мою ушко своим дыханием.

— Попалась, — согласилась я, заглядывая ему в глаза. И я действительно попалась, словно муха в паучью сеть и теперь из неё не выбраться, да и не хочется. Так хорошо с мужчиной мне никогда не было, я словно наконец нашла свою половинку, давно утерянную и долгожданную. С ним хорошо, одним своим присутствием он создаёт в моей жизни радость, я чувствую себя красивой, счастливой и окрылённой. Неважно что он говорит, я прислушиваюсь к своему состоянию рядом с ним. И сейчас я наслаждалась каждой секундой своей жизни.

— Идём проверим появившуюся расщелину? — спросил муж, после завтрака.

— Идём, — кивнула осматриваясь.

Мужчины и мальчишки постарше ушли в лес и теперь оттуда раздавался стук топоров и визг пилы. Женщины распределив между собой обязанности, сновали по стоянке. Детям поручили разобрать остатки шерсти и связать в пучки собранные травы. Силан и Беран ушли к реке, вчера ими были срубленные кривые тонкие деревца для жердей. Будем делать походную баню и пусть речушка узкая и неглубокая и набрать воды из неё проблематично, помыться всё же очень хочется.

До образовавшейся расщелины добрались быстро, несколько огромных валунов, скатилось метров на пять, а мелкие камни образовали внушительную насыпь.

— Обвязываемся верёвкой и ты идёшь вслед-вслед за мной, — сказал Анрэй и пока не получил от меня подтверждение, не двигался с места.

Забираться по обвалившимся камням, которые сложились идеально острыми краями кверху, словно специально усложняя нам подъём, было очень тяжело и опасно.

Медленно, наступая на каждый камень минимум трижды, специально расшатывая его, мы продвигались к вершине насыпи. Эти осторожные действия дважды помогли нам, не свалиться вниз. Одни раз, Анрэй проверяя устойчивость глыбы, своими действиями скатил её на землю, она, прихватив с собой товарок, с грохотом приземлилась у подножия скалы.

Второй раз, из-под моих ног выскочил небольшой камушек, неловко взмахнув руками, я приготовилась к полёту вслед за ним, но сильные руки мужа прижали меня к себе.

— Ты как? — спросил, бегло, осматривая меня.

— В порядке, просто немного испугалась.

— Продолжаем?

— Да.

Два часа подъёма и спуска привёл нас к огромной скале, преградившей наш дальнейший путь, она высилась над нашими головами, словно надсмехаясь.

— Чёрт! — воскликнула я, злясь на саму себя и на ситуацию в целом. Столько трудов и всё напрасно.

— Куинн. Надо было проверить, ты права, — попытался успокоить меня Анрэй. А я с тихим стоном, опустилась на ближайший камень и недовольно уставилась на скалу, силясь рассмотреть хоть небольшую щёлочку.

— Отдохнём и возвращаемся? — произнёс муж, подавая мне бурдюк с травяным отваром.

— Угу, — кивнула, отпивая тёплой жидкости, — я так надеялась, что за этой скалой есть проход.

— Горы огромные. Мы пытались перебраться через них — не удалось.

— Да, без специального снаряжения и навыков это опасно, — проронила и осеклась.

Но или Анрэй не обратил внимание или был погружен в мысли и не заметил мой фразы.

— Идём? — позвал мужчина, спустя десять минут молчания.

Возвращаться было гораздо тяжелее, наверное, отправляясь на разведку, меня подгоняло любопытство и предвкушение чего-то волшебного, а возвращаясь, не обнаружив ничего, меня придавливало мешком разочарования. От этого шагать было трудно, ноги отказывались подниматься. Делая перерывы, восстанавливая дыхание, мы всё же выбрались из этого каменного плена.

— Феликс! Ты нас встречаешь, — прохрипела я, увидев у подножия скалы собаку, при нашем появлении он приветливо завилял хвостом.

— Удивительно, но пёс слушает только тебя, — сказал Анрэй, помогая мне спуститься с последнего камня.

— Мы же друзья, — с улыбкой ответила и потрепала собаку между ушами.

К стоянке шли медленно, я потому что сильно устала, а муж не хотел оставлять меня одну. Бухнувшись на лавку, я с благодарностью взглянула на Мерин, которая подала мне и Анрэю по миске похлёбки. Обед давно прошёл и наши желудки уже около часа пели песни, в основном завывающие.

— Я в лес, надо помочь с деревом.

— Хорошо, — кивнула мужу, тоже поднимаясь из-за стола, — Мерин было очень вкусно. Спасибо.

— Пожалуйста, Куинн, — ответила женщина, пряча своё лицо.

Дождавшись, когда муж уйдёт подальше, я подошла к Мерин поближе, и чтобы никто не слышал, поинтересовалась:

— Что случилось?

— Ничего особенного, — так же тихо ответила женщина.

— И всё же, Мерин, посмотри на меня.

— Броган снова полезла со своими приказами, я не стерпела, — произнесла Мерин, поднимая своё лицо. Её глаз немного припух, губа была разбита, а на скуле красовалась длинная царапина.

— Кара обработала, — махнула рукой на её рану.

— Да и глаз успокоила, он перестал заплывать.

— А Броган? — я с ужасом представила произошедшую драку, худенькая Мерин и дородная Броган, — и где сие действие произошло?

— У реки, когда по воду ходили. Волосы выдрала ей, губы разбила, глаз заплыл, — гордо подбоченясь произнесла Мерин.

— Хм…, — я растерялась и не знала, что сказать. С одной стороны, я и сама с удовольствием бы треснула эту особу, которая не прекращала совать свой нос во всё. Критиковала, была вечно недовольна, все её обдирают, недодают. И что интересно ныла она в основном не при мужчинах, а рядом мужем так вообще молчала.

А с другой стороны, это не педагогично. Ну что это, взрослые женщины подрались. Надо что-то делать с этим, направить бы энергию Броган, в нужном направлении. Но куда? И поможет ли?

Думая, что сделать, я тем временем проверила работу женщин, которые, сидя у края стоянки, медитативно скатывали листья вайды в шарики, раскладывая их для сушки в сколоченный мужчинами ящик.

Прошлась вдоль будущего поля, крохотного всего два на два размером. Камни убрали и теперь, мальчишки таскали из леса землю, она тоже оставляла желать лучшего, но хоть что-то. «За торфом бы кого отправить» мысленно сокрушалась я, что не прихватили с собой такое ценное и полезное ископаемое.

Изготовление бумаги временно приостановили, не до неё пока. Обходя вокруг стоянки, я мысленно расчерчивала план построек, хотелось, чтобы как в деревне у бабушки. Ровные улицы, небольшие домики с ажурными ставнями и палисадником, в котором весной цвела сирень и черёмуха. Крик петухов, мычание коров и аромат свежей выпечки. А здесь было бы удобно построить детскую площадку: качели, песочница, домик.