Глава 39

Осень. Промозглая, дождливая и откровенно мерзкая. Солнце ни на минуту не выглядывало уже на протяжении несколько недель. Обычно с утра начинает исподволь накрапывать дождик – тихий, неторопливый, порой даже и не дождь вовсе, а морось, дождевая пыль, рассеянная в воздухе.

В лес теперь ходили только взрослые, детки сидели в основном доме. Те что постарше занимались повседневной работой, помладше перетащили замок с улицы, соорудили из веточек деревянные домики и маленькими вырезанными из дерева куклами — играли. Этих крошечных жителей игрушечного городка, Лула и Дерин приодели в яркие наряды, покрыв их остатками краски в несколько слоёв и намазав жиром, чтобы краска не сходила.

— Куинн, здорово придумала, сделать, как ты сказала: детский сад? Теперь вся малышня в одной комнате под присмотром, а мы по очереди приглядываем.

— Угу, — кивнула, продолжая вывязывать сложный узор на свитере для мужа. Синид научила меня вязать замысловатые косы и теперь я каждый день, в свободное время готовила подарок для Анрэя.

— Завтра день рождения у Мираны, есть планы? — поинтересовалась Кира, тоже корпевшая над подарком. Она не оставляла попыток научиться у Энис плести Ирландское кружево и, кажется, у неё стало получаться.

— Наверное, придётся выйти во двор, там мужчины сделали навес побольше и зашили две стены доской, ветер с океана не должен задувать. В доме, к сожалению, все не влезем.

Дни рождения мы продолжили отмечать, наш мини туат прирастает жильцами, праздники стали больше похожи на деревенские гуляния. Но отказываться от столь шумного мероприятия никто не хочет, теперь жду, когда оно само себя изживёт. Ведь надоест же когда-нибудь?

— Куинн, там тебя Кахир зовёт, — крикнула Дерин, в чуть приоткрытую дверь. Мы: я, Мерин, Кира, Энис, Агна и Кара, каждый вечер собирались у меня в доме и занимались творчеством. Кто-то вязал (как я), кто-то плёл, а кто-то бурчал (как травница) но всё равно это были тихие и уютные вечера.

— Иду, — ответила, поднимаясь, — что там случилось?

— Не знаю.

Закутавшись в тёплую одежду, я высунула нос за дверь.

— Опять дождь, когда он уже закончится, — пробурчала, выходя на улицу.

Когда-то наш с Анрэем дом был самым крайним, но за два месяца наше селение разрослось. Теперь на широкой улице стояли четыре больших общих дома и три маленьких. Вдоль каждого разместили лавки, чтобы можно было посидеть тёплыми летними вечерами. И клумбы, их было много, сложенные из камня, ещё летом они горели яркими пятнами цветов.

Уличная кухня так и осталась стоять у подножия горы, но стало только шире, одна её сторона — это скала, а две другие мужчины зашили доской. Там изменилось только количество столов и лавок, правда, с наступлением холодов, готовили в основном дома. На улице проходили лишь только праздники, собирая все семьи под одной крышей.

За два месяца наш мини туат прирос ещё на пятьдесят человек, многие покидали свои туаты, чтобы сохранить жизнь своих детей. Их направлял наставник Анрэя — Тирс, но сам пока так и не появился.

С появлением новеньких жизнь немного усложнилась, были недовольства, ругань и мелкие обиды. И я не знала, как к этому относится, с одной стороны, мне было жаль этих людей, которые были вынуждены покинуть свой дом, и хотелось создать им максимально комфортные условия для жизни, с другой стороны, такое количество людей изменило привычный уклад нашего маленького септа. Исчезло то спокойствие и доверие, сейчас взаимодействие людей строилось в пределах общинного дома.

Задумавшись, я прошла мимо Кахира, стоящего под навесом у чанов с краской.

— Куинн?

— Прости, задумалась. Что случилось?

— Ты пропускаешь занятия, — грозно сдвинув брови, произнёс мужчина.

— Холодно и мокро, — тут же повинилась я, состроив, как мне казалось грустную мордаху.

— Угу…нападающие не спросят, так что вечером жду. И ещё, Анрэй уехал две недели назад и должен вот-вот вернутся, я хочу отправить людей к нему навстречу, неспокойно мне.

— Конечно, если ты считаешь это нужным, — пожала плечами не понимая, что от меня хотят.

— Я должен узнать не против ли ты этого, я лишаю наш туат троих защитников, — пояснил мужчина, заметив моё недоумение.

— Кахир, я думаю, мы справимся. Ты хорошо подготовил оборонительную стену, но надеюсь, она нам не понадобится.

— Я тоже молю Богов об этом, — вдруг произнёс он, — я хочу увидеть рождение сына.

— Увидишь, и вырастишь, и женишь, — быстро произнесла я, не нравятся мне все эти упаднические мысли.

Поговорив с Кахиром, я решила прогуляться. Идя по улице, под моросящим дождём я вспоминала, что было сделано за время нашего нахождения на этой земле.

Построили жильё, пусть пока в основном общинные дома, но люди в тепле и сыты. Расширили огород, теперь там было больше двенадцати соток, на первой половине уже подросли маленькие кочаны капусты, всего с кулак размером и морковь с палец толщиной. Не уверена, что зимой они будут расти, но точно не должны замёрзнуть.

Баню нам тоже всё-таки удалось построить, небольшую общей площадью около двадцати квадратных метров. Но я и этому была рада, были, конечно, маленькие сомнения об общественной, смущало меня это, но за время пребывания в этом мире от брезгливости пришлось отучиться. Зато как приятно выйти из бани на улицу, распаренной, обновлённой и подставить горячее лицо под холодный моросящий дождик.

Скот пасли все там же у болот, трава ещё была и по заверению Раяна и Берана на зиму хватит. Шерсть, что привезли с собой новые жители, мы тоже переработали и покрасили. К нашему, сожалению, Синид не удалось найти злодея и красный пигмент нам пока недоступен.

А сколько восторга было у новеньких женщин, когда они воспользовались нашей стиральной машинкой. Дерин тихонько хихикая рассказывала, что с их лиц не сходила блаженная улыбка. Кардер их покорил, засунув кусочек шерсти, в итоге получаешь пушистую и ровно вычесанную прядку, а прялка «Джени» сделала меня в их глазах божеством.

Мерин и Кира втихую посмеивались, наблюдая, как я прячусь от чересчур благодарных женщин, которые, не прекращая, подкармливали меня. Ведь такими благими намерениями я скоро превращусь в колобок.

Лиам, бросив на время изготовлении бумаги, стал золотоискателем. Вместе с Колумом они нашли две небольшие горсти драгоценного металла их то и повёз Анрэй в ближайший от нас туат Дуйбне. Людей в нашем туате стало больше, а зёрна, крупы и прочих продуктов перезимовать не хватит.

Он, как всегда, взял с собой Колума, надеясь, что на обратном пути с ним поедет Тирс и поможет перегнать гружёные телеги.

А мы с Силаном продолжали корпеть над изготовлением ткацкого станка и пока у нас ничего не получалось. Каждый раз, собирая агрегат, пытаясь его запустить, выявляется потерянная, но очень важная деталь. И начинаем опять: разобрать, вырезать или Конола попросить сковать. И снова сборка… Каюсь, дважды не выдержала, высказалась на великом и могучем, теперь Силан нет-нет, но тоже повторит в особо сложных ситуациях. Мне было стыдно…

— Куинн, подожди, — меня окликнула девушка, одна из последних прибывших в наше селение. Она была очень милой, доброй и всегда предлагала помочь. Я несколько дней к ней приглядывалась, не верю я в такой альтруизм. Но пока на вранье не попалась, надеюсь, я ошибаюсь.

— Тиган? Что-то случилось?

— Куинн, я хотела тебя предупредить. Каела гадости про тебя говорит, её пока никто не слушает, но…

— Вот как, а я думала, успокоилась. Спасибо, что предупредила.

— Пожалуйста, мне нравится жить в этом туате. Здесь столько всего нового и интересного, а ещё так спокойно. Никто не наказывает, не отбирает твои вещи и еду, не заставляет работать без оплаты.

— Я очень рада, что тебе комфортно жить в нашем селение, всё зависит от нас. И если есть предложения, я всегда готова выслушать и обсудить.

— Спасибо Куинн, — кивнула Тиган.

Как только девушка скрылась в доме, я отправилась дальше, бурча сама себе под нос:

— Вот ведь паразитка мелкая, неймётся ей. И отправить её из туата пока не получится, втихую действует. Ладно, похоже, у неё слишком много свободного времени, надо занять её чем-нибудь.

— Что ты там бормочешь, — Кара подкралась незаметно.

— Да Каела воду мутит, болтает всякое, — буркнула я, оглядываясь на травницу.

— Слышала, хоть и старается говорить это новеньким, пока нас нет. Ей не верят, не переживай. Все видят, сколько ты делаешь для туата.

— Почему туата?

— Так здесь посчитай уже больше пяти септов, есть, конечно, маленькие всего из трёх семей, но у нас уже туат. Анрэй риаг, а ты его супруга и твоё слово закон, — растолковала травница, подмигнув мне.

— Ясно, из принцессы в королевы, — хмыкнула я, — идём домой, холодно на улице и мокро. Не люблю такую осень, когда уже солнышко появится.

— Скоро, в конце осени возвращается.

— Дождаться бы ещё, — прошептала и, подняв голову, увидела, что на ещё совсем недавно безмятежном и спокойном небе закружились хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи. Недалеко сверкнула молния, а через несколько секунд пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на землю обрушится ливень.

В доме было тихо, женщины уже разбрелись по своим семьям, предварительно сложив все свои рукоделия в корзинку. Её для меня сплела Лула, корзинка получилась небольшой и крепкой. Её я установила на невысоком шкафчике, высотой где-то мне по пояс, там же стоял глиняный горшок с засушенными ветками и травой. Лучина немного чадила, небольшое оконце, практически не пропускало свет.

— Скорее бы ты уже вернулся, — прошептала, усаживаясь на кровать. Днём было много дел, забот и скучать некогда. Вечерами приходили подружки, и мы, болтая, рукодельничали (кошмар, кто бы мог подумать, но отсутствие книг, телевизоров и интернета приучили к другому развлечению) но, когда женщины уходили к своим родным, несколько часов до сна я скучала, по сильным рукам, по тихому голосу, по родному запаху, по мужу.

— Нет, так не пойдёт, — рыкнула сама на себя и достав из шкафа листы бумаги, чернила и перо, вернулась к записям.

Надо столько всего вспомнить и постараться применить здесь, в этом мире, где я очутилась. Ведь можно облегчить труд людей, улучшить жизнь, сделать её комфортнее.

— Нус, приступим, — пока глаза не стали слезиться я записывала, всё что могла вспомнить. Потом это надо обдумать и реализовать, в условиях нынешнего времени. Всё что мне вспоминается, для этого необходимо железо, но руды в наших горах нет, извести тоже.

Кстати, можно начать изготовление стекла, а то привезённое Анрэем стекло размером с две моих ладони, стоит как десять коров. Точно, завтра пристану к Берану… с этими мыслями я и уснула.