51 Ульяна

Давид приближался, а я все отчётливее видела, как он смотрит сквозь меня, что-то произошло, он еще не смотрел на меня как на пустое место.

— Любовь-морковь, говорите? — Я грустно улыбнулась мужчине и махнула в сторону Давида.

— Очухалась? — Лучше бы он просто прошел мимо, чем слышать такой холодный тон в свою сторону.

— Давид, — мужчина его окликнул.

— Петрович, спасибо, ты очень помог, машину завтра заберу. — Я даже не рискнула к нему подходить, похоже я и правда начудила.

— Давид, — опять позвал мужчина, но Давид посмотрел так, что и Петрович похоже решил не вмешиваться.

— Удачи, дочка, — сказал мужчина, положив мне руку на плечо.

И Давид просто пошел вперед, не сказав мне ни слова, как будто меня здесь и нет, я осталась стоять и просто смотрела на то, как мужчина удаляется, мой мужчина…

Перевела взгляд на Петровича, а тот всеми своими жестами показывал мне, чтобы я бежала за ним, я фыркнула, тоже мне цаца… Ага, поверили? Побежала как миленькая, мне было стыдно, столько дел натворила….

— Давид, — пискнула я, мужчина резко остановился, а я, не ожидая такой реакции не успела сбавить скорость и влетела в его спину и больно ударилась носом. Я услышала, как глубоко и тяжело он вдохнул и быстро обернулся ко мне. Он смотрел мне в глаза, а я молчала, Мурлыкина, ты идиотка! Он приподнял вопросительно брови.

— Привет, — я глупо улыбнулась и приподняла плечи. Он слегка растерялся, наверное, рассчитывал, что я не до такой степени больная.

— Это все? — Наконец он начал разговаривать.

— Нет, прости и спасибо, — я опять улыбнулась, но его эта картина явно не умиляла.

— Теперь все? — Никакого намека на улыбку, сжатые челюсти, злость в глазах, похоже это действительно все. Я стояла и молчала, а Давид просто развернулся и пошел дальше, я больше не бежала за ним, а смысл? Я его раздражала.

Я стояла минут пять, пока его фигура не скрылась из виду, а потом почувствовала, как по щеке течет слеза, приложила ладошки, черт! Да я рыдаю, как сопливая девчонка.

— Дочка, — услышала я сзади, вот же дерьмо! Не хватало еще чтобы меня видели в таком виде.

Развернувшись, я увидела все того же Петровича, у него в руках была моя сумка.

— Забыл тебе отдать, там телефон, кошелек, ну в общем все, что у тебя забрали, — я забрала сумку.

— Спасибо, — я сказала тихо, так как голос был охрипший из-за слез.

— Поговорить хочешь? — я подняла глаза на мужчину, а о чем тут говорить? Я все испортила.

— Да похоже, тут больше не о чем говорить. — Я пожала плечами.

— Да неужели, — мужчина весело улыбнулся и подставил мне локоть, я ухватилась ручкой, и мы пошли к его машине.